Один вечер — и всё пройдёт спокойно.
Когда ужин подходил к концу, Шэнь Цяньчжань вежливо извинилась и пошла в туалет, а заодно и расплатилась по счёту.
Вернувшись, она, как и ожидалось, увидела Ай И у раковины: та поправляла помаду и ждала её.
Ай И:
— Сегодня такая злость?
Шэнь Цяньчжань открыла кран,
наклонила голову и быстро промыла тыльную сторону ладони, не ответив.
Ай И бросила на неё взгляд в зеркало, завинтила помаду и убрала её в свою маленькую сумочку:
— Ты ведь не можешь не заметить, что Цзян Ечэн хочет договориться о сотрудничестве с господином Цзи?
«Привлечение инвестиций — разве это не моя зона ответственности? Зачем господину Цзяну волноваться?» — Шэнь Цяньчжань повернулась, вытерла руки бумажным полотенцем и небрежно поправила пряди волос на лбу.
Ай И тихо рассмеялась и покачала головой:
— Цяньчжань, Бай Сюнь подписал контракт именно с «Цяньдэнь». Как заказчик, он имеет право потребовать замены продюсера.
— И, кстати, я слышала, что ты ради получения этого праздничного сериала согласилась на его драконовские условия. — Она оперлась спиной о стену, её улыбка была безмятежной и чуть насмешливой — как у женщины, не знающей забот мира сего, но при этом готовой заняться самым грязным бизнесом:
— Я не буду говорить о важности этого сериала для платформы, но предупреждаю заранее: если ты кого-нибудь обидишь и тебя заменят, я не смогу принять решение о нарушении контракта ради тебя.
Шэнь Цяньчжань аккуратно убрала последнюю прядь волос, посмотрела на своё отражение в зеркале — блестящее, безупречно красивое, — и её настроение наконец несколько улучшилось.
Су Цзань всегда думал, что ей нравится отель «Цзичунь Эрвань» из-за услуги расчёта по распознаванию лица и отсрочки оплаты, но это был лишь один из поводов. Другой она предпочитала не произносить вслух — посмотрите на это зеркало: оно как будто само добавляет эффект «красивого лица», как же приятно!
Она слегка наклонила подбородок и опустила взгляд — и, увидев, как под этим углом лицо кажется ещё меньше, наконец удовлетворённо кивнула:
— Неплохо.
Это «неплохо» прозвучало так легко и неопределённо, что Ай И не сразу поняла, относится ли оно к самой Шэнь Цяньчжань или является ответом на её слова.
— Мне не нужно, чтобы ты нарушала контракт, — Шэнь Цяньчжань улыбнулась, но в улыбке не было тепла, и она даже не попыталась скрыть правду:
— На поле интересов нет искренних чувств. Наша «пластиковая дружба» возможна только при взаимной выгоде и не выдержит никаких испытаний.
Она уже собиралась уйти, но, открыв дверь наполовину, вспомнила что-то и обернулась:
— Не беспокойся насчёт замены продюсера: пока я не уйду добровольно, никто не посмеет меня сместить.
Так она и сказала, но, вернувшись в переговорную, всё же слегка смягчила тон и с должным энтузиазмом, подобающим обращению с главным заказчиком, довела ужин до конца.
Из-за плохой атмосферы сегодня никто не стал много пить.
Расставались они в холодной, сдержанной и весьма рациональной обстановке.
Хотя объективные условия не позволили раскрыться в полной мере, Шэнь Цяньчжань по-прежнему умела уловить момент и не жалела сил, чтобы продемонстрировать свои качества внимательной и заботливой помощницы.
Она велела Су Цзаню заранее вызвать водителя для Цзян Ечэна, чтобы тот ждал у входа в отель — на случай, если господин Цзян, выпив, простудится на ветру.
Эта забота смягчила нахмуренное лицо Цзян Ечэна, которое оставалось таким весь вечер, и он с воодушевлением высказался о сотрудничестве с «Бучжунсуй», добавив, что Шэнь Цяньчжань должна активнее поддерживать связь с Цзи Цинхэ вне деловых встреч.
Шэнь Цяньчжань тут же согласилась, а затем занялась организацией транспорта для Ай И.
Компания Ай И находилась неподалёку, и она приехала на своей машине, поэтому Шэнь Цяньчжань вызвала для неё водителя на замену.
После того как она уладила все дела, ей будто вдруг вспомнилось, что она забыла про Цзи Цинхэ, и она с улыбкой, в которой было мало искренности, но много извинений, спросила:
— Господин Цзи, у вас есть отель в Пекине, в котором вы остановились?
Цзи Цинхэ наблюдал за нарочитым пренебрежением Шэнь Цяньчжань с самого начала; услышав её вопрос, он встретился с ней взглядом и ответил:
— Я недавно переехал в Пекин. — С этими словами он слегка постучал пальцами по столу.
Его пальцы были длинными и сильными, с чёткими, резкими линиями — для истинного ценителя рук они были совершенством, словно безупречное произведение искусства, рождённое, чтобы им любовались.
Шэнь Цяньчжань взглянула один раз — и ещё раз. Снова нахлынуло то самое ощущение удушья, будто её держат за загривок.
Словно он вовсе не стучал по столу от скуки, а намеренно вёл счёт её проступкам.
Шэнь Цяньчжань старалась сохранять спокойствие:
— Может, я вызову вам водителя?
Цзи Цинхэ поднял глаза — выражение лица было явно недовольным.
Шэнь Цяньчжань снова спросила:
— Или попросить Су Цзаня вас отвезти?
Цзи Цинхэ по-прежнему молчал, но на лице читалось откровенное:
— Су Цзань — кто это?
Шэнь Цяньчжань очень хотела бы притвориться, что не понимает, но интеллект не позволял.
Она колебалась, и фраза «Если вы не спешите, я вас отвезу» застыла у неё на губах, не находя выхода.
Цзи Цинхэ не собирался ставить Шэнь Цяньчжань в неловкое положение перед партнёром по сотрудничеству; он сохранил светскую учтивость и многозначительно произнёс:
— Не торопитесь. Я пока протрезвею.
Цзян Ечэн и Ай И, уже начавшие подниматься со своих мест, обменялись взглядами и в глазах друг друга прочли один и тот же вопрос:
— А он вообще сегодня пил?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.