Кан Мин знал, что в этот момент командование на поле боя полностью перешло на их судно. Если всё пойдёт так, как и предполагалось, останется лишь дождаться, когда головной крейсер вражеского флота окажется прямо перед их судёнышком, и отдать приказ открыть огонь, поскольку, согласно известному построению вражеского флота, в этот момент все они как раз войдут в зону засады. Сейчас они делали последнее перед открытием огня: надевали спасательные жилеты. Флот быстро приближался; когда невооружённым глазом в этом море огней уже можно было различить отдельные корпуса кораблей, Кан Мин принялся опознавать цели, но вдруг услышал крик капитана ВМС:
— Смотрите, «Джон Стеннис»!
Вероятно, облик этого авианосца ещё в военно-морской академии глубоко запечатлелся в его памяти. Выкрикнув это, он взглянул на Кан Мина; подтекст был ясен: «Посмотрим, что вы теперь предпримете?» Кан Мин стоял на носу, невозмутимо наблюдая за стремительно приближающимся флотом.
Теперь на морской глади перед ними беспорядочно металось множество огромных эллиптических световых пятен от прожекторов флота. Рыбацкое судно то и дело попадало в кольцо этого света, отбрасывая на воду длинные тени, но лучи прожекторов быстро смещались в сторону: эти неприметные судёнышки явно не привлекли внимания. В этот миг на поверхности моря огромный флот был виден как на ладони. Детали двух головных крейсеров уже отчётливо различались в лунном свете и сиянии корабельных огней, шесть эсминцев по бокам пока оставались лишь чёрными силуэтами, а в самом центре их боевого порядка находились три авианосца; их исполинские корпуса отбрасывали на море три громадные тени. В это время люди на рыбацком судне услышали над головой резко нарастающий пронзительный свист, словно небо разрезали острым ножом; от этого звука кожа на голове поползла вверх. Они резко вскинули головы и увидели четыре истребителя, проносящихся в вышине. До них стал доноситься рокот, подобный ударам могучих волн о берег, — это носы стальных гигантов рассекали морские валы. Узкие белые корпуса крейсеров прошли мимо них по морю. Следом пошли несколько железно-серых эсминцев; хотя они были намного меньше крейсеров, из-за того, что они находились с этого края флота и ближе всего к ним, они казались куда массивнее последних. Сложные надстройки корпусов и лес всевозможных антенн слепили глаза; можно было отчётливо разглядеть прохаживающихся по палубе матросов. Вскоре на море впереди показались три авианосца, прежде скрытые эсминцами. Эти три морских города на атомном ходу, три приносящие смерть стальные горы; их колоссальные очертания на первый взгляд казались вовсе не творением рук человеческих. Перед лицом этого исполинского флота людей на рыбацком судне охватило сюрреалистичное чувство, будто они внезапно оказались на неведомой планете, поверхность которой усеяна гигантскими стальными крепостями.
Кан Мин вытянул из-за воротника маленькую трубку радиостанции. Двое стрелков отряда «Чэньгуан», всё это время остававшиеся в каюте, скинули брезент с пулемётов шаровых молний и прильнули к ним, целясь в проходящий мимо крейсер; пусковые установки медленно поворачивались вслед за целью. Кан Мин негромко произнёс:
— Всем огневым точкам, открыть огонь.
На переднем конце пусковой установки появились молнии; эта череда маленьких громов издала оглушительный треск, резко пульсирующий лазурный свет озарил окрестные воды ослепительно ярко. Цепочка светящихся красным шаровых молний полетела низко над водой, увлекая за собой длинные шлейфы и издавая резкий свист. Эта нить шаровых молний легко миновала корму первого эсминца, пронеслась перед носом второго и устремилась прямиком к крейсеру. В то же время другие огневые точки на рыбацких судах тоже выпустили по флоту цепочки шаровых молний, которые издали казались светящимися линиями. Стоило очереди молний задержаться в какой-то точке чуть дольше, как на траектории в этом месте оставался флуоресцирующий след; этот след образовывался из ионизированного воздуха и продолжал светиться ещё долго после того, как молнии улетали дальше. Эти прямые люминесцентные линии образовывали веера, центром которых служили рыбацкие суда; веера расширялись по мере движения очередей шаровых молний. Если смотреть на всё поле боя, эти цепочки шаровых молний и ещё более многочисленные светящиеся нити сплетались в гигантскую сеть, опутавшую флот.
Казалось, наступил блистательный миг в истории войн.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.