— Восемьдесят тысяч в месяц — ты хоть понимаешь, что это значит? — сказал Чжао Ганьчжэ. — Рабочие на подземных работах нефтепромысла относятся к категории повышенного риска, у них самые высокие зарплаты, но за весь год вместе с премиями они получают на руки около восьмидесяти тысяч. А Хань Пиньму зарабатывает восемьдесят тысяч в месяц! Было бы странно, если бы за этим ничего не стояло.
Мне это показалось весьма логичным, но я никак не мог обнаружить, какие именно проблемы скрываются за Хань Пиньму.
В том игровом чате «Киберспорт Нефтеграда», где состояло чуть больше двадцати человек, Хань Пиньму обладал статусом сродни крёстному отцу.
Кто-то из товарищей по команде в чате звал его «Лао Хань», кто-то — «брат Хань» или даже «дедушка Хань» — в любом случае, все эти обращения подчёркивали его исключительное положение. Обычно участники группы обсуждали там самые разные вопросы, и они далеко не ограничивались самой игрой. Иногда это были забавные истории из интернета, иногда — сплетни Нефтеграда. Хань Пиньму почти никогда не писал сам, но стоило ему высказаться, как отзывался практически каждый участник. Даже если он внезапно писал что-то посреди ночи, на следующее утро обязательно появлялись ответы от товарищей по команде. Если Хань Пиньму сам тегал кого-то из участников, тот в большинстве случаев выказывал крайний трепет, а его тон становился глубоко почтительным.
Такую ситуацию было легко понять. В некоторой степени Хань Пиньму являлся главным спонсором для этих двадцати с лишним человек в чате. В организованных им матчах они чаще выигрывали, чем проигрывали, и любой, кого он выбирал для участия в соревновании, мог получить около трёх-четырёх тысяч юаней призовых. Даже в случае проигрыша Хань Пиньму отправлял каждому по двести юаней в качестве утешительного бонуса.
Состав участников на каждый матч, за исключением самого Хань Пиньму и Фэй Яна, не был постоянным: во-первых, это зависело от свободного времени игроков, во-вторых — от настроения Хань Пиньму. К тому же Хань Пиньму установил правило: если предыдущий матч был проигран, то, если только это не произошло по личной вине кого-то из игроков, в следующем матче принимал участие тот же состав, и так до тех пор, пока они не одержат победу.
В то время ежемесячная зарплата работников нефтепромысла составляла около двух-трёх тысяч юаней, что считалось довольно высоким уровнем дохода в городе. Однако призовые за один лишь матч с Хань Пиньму превышали месячный доход штатного сотрудника нефтепромысла, так что неудивительно, что все туда рвались.
Со временем, по мере того как я всё дольше оставался в команде, я начал замечать, что её участники — люди далеко не простые.
Они представляли самые разные сферы деятельности: среди них были врачи, госслужащие, нефтяники, повара, нелегальные таксисты, студенты, учителя и, поговаривали, даже двое уличных хулиганов. А если добавить к ним меня, полицейского, то компания в чате подбиралась на редкость пёстрая.
Иногда Хань Пиньму, сталкиваясь с какой-то проблемой, напрямую тегал в чате кого-то из участников, и тот давал ему весьма профессиональные советы. Например, как-то раз Хань Пиньму пожаловался, что днём чувствует вялость, ночью не может уснуть, да к тому же часто ощущает стеснение в груди, и один из участников, врач, прямо в чате выписал ему рецепт. Или в другой раз Хань Пиньму упомянул, что его знакомый хочет открыть в городе магазин украшений, но не знает, как это сделать, — тогда участник, работавший в торгово-промышленной палате, подробно расписал в чате процесс регистрации индивидуального предпринимателя. Когда Хань Пиньму добавил, что у друга много работы и он не успевает съездить в ведомство, один из нелегальных таксистов тут же вызвался съездить и уладить дела за него.
Если Хань Пиньму нужно было разузнать о ком-то или о чём-то, ему достаточно было просто заикнуться об этом в чате, и вскоре кто-нибудь приносил ответ. Постепенно мне стало казаться, что эта киберспортивная команда превратилась в личных помощников и аналитический центр Хань Пиньму. Что бы он ни задумал сделать или узнать, всегда находился человек, готовый оказать ему любую помощь.
— Ну, тогда тебе стоит быть поаккуратнее, — когда я рассказал об этом Чжао Ганьчжэ, он заметил: — Вся наша работа связана с секретностью. Если вдруг он станет расспрашивать тебя о делах управления общественной безопасности, помалкивай.
— Само собой разумеется, базовой бдительностью я всё-таки обладаю, — ответил я.
— А этот парень довольно интересен… — пробормотал Чжао Ганьчжэ.
— Он снова начинает вызывать у меня интерес, — продолжил он.
То, что Чжао Ганьчжэ проявил интерес, вряд ли предвещало Хань Пиньму что-то хорошее. Однако нельзя было не признать: Хань Пиньму обладал умом, хладнокровием, невозмутимостью и самодисциплиной, и в его совершенно лысой голове явно таилось нечто поразительное.
— Ты посмотрел те материалы, которые я скинул тебе на FTP в прошлый раз? — спросил меня Чжао Ганьчжэ. У меня внутри всё похолодело: за всеми этими бесконечными делами последних дней я напрочь забыл о тех документах.
— Эх… — вздохнул Чжао Ганьчжэ, видимо, прочитав ответ по моему лицу.
— Смотри сейчас, — он перетащил файлы, уже отправленные на FTP, обратно на рабочий стол компьютера и встал, уступая мне место за столом.
— А я пойду поем рыбы. Если заметишь что-то подозрительное, запиши. Как закончишь, приходи ко мне в ресторан запечённой рыбы, — с этими словами Чжао Ганьчжэ вышел из кабинета.
Я сел за его рабочий стол и принялся изучать материалы.
На самом деле материалов оказалось немного: всего три группы скриншотов, разложенных по трём папкам. Судя по всему, они были собраны с трёх разных интернет-платформ. Внутри папок на каждом скриншоте ключевая информация была обведена красным цветом. Похоже, сотрудники отдела интернет-безопасности перед отправкой уже провели первичный отбор и проделали определённую работу.
Первая группа скриншотов была взята с местного BBS-форума. Пост был опубликован очень давно — 24 марта 1999 года. Автор публикации под ником Санко-кун1999 предлагал вознаграждение за реставрацию снимка. Этим снимком оказалась та самая размытая фотография со спинами трёх мужчин из дела Ду Цзюань. «Санко-кун», скорее всего, и был Хань Пиньму. В комментариях к посту он просил пользователей сети помочь улучшить чёткость изображения и опознать этих троих мужчин.
В то время на нефтепромысле как раз произошла серия из четырёх изнасилований и убийств, и полиция уже заклеила все улицы и переулки Нефтеграда объявлениями о вознаграждении за любую информацию. Большинство жителей видели эту фотографию, поскольку она также фигурировала в полицейских ориентировках. Поэтому, едва публикация появилась на форуме, она вызвала бурю обсуждений, и пользователи сети, возомнив себя Шерлоками Холмсами, принялись наперебой предлагать идеи и давать советы.
Однако с просьбой восстановить снимок никто помочь не мог. Это было вполне объяснимо, ведь в те годы даже полиция оказалась бессильна. 11 апреля Хань Пиньму оставил комментарий под собственным постом, указав, что если кто-то сможет восстановить фотографию или опознать этих трёх мужчин, то он выплатит вознаграждение в размере трёх тысяч юаней.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
