— Ступай домой, не нужно здесь оставаться, мне и сиделки хватит, — сказал У Сун, глядя на У Манман.
У Манман покачала головой и, обняв свой компьютер, уселась на стоящий рядом диван.
— Дома мне всё равно делать нечего, лучше останусь здесь с тобой. Дань-Дань сейчас у дедушки, так что не волнуйся.
У Манман сидела на диване, сосредоточенно работая над диссертацией. Хотя поза была не самой удобной, с этим вполне можно было смириться.
Она была человеком опытным и знала: когда болеешь или ранен, как бы хорошо ни прислуживали няни и сиделки, это всё равно не сравнится с присутствием рядом близкого человека.
Пусть даже он ничего не делает, а просто находится рядом — этого уже достаточно.
Поставив себя на место другого, У Манман не хотела оставлять своего лаоде одного на больничной койке.
У-лаобань был человеком довольно уважаемым, так что навещали его многие, и корзин с фруктами приносили ещё больше. Однако чего никто никак не ожидал, так это того, что навестить больного придёт Лу Линь.
— Лу Линь-цзецзе, как ты здесь оказалась? — У Манман поспешно поднялась.
У Сун тоже сел прямо.
Лу Линь протянула корзину с фруктами У Манман.
— Я слышала, что У-сяньшэн попал в аварию, вот и зашла проведать.
С приходом Лу Линь палата буквально преобразилась. Лицо У Сун расплылось в довольной улыбке. Обычно он вёл себя весьма надменно, но с представителями семьи Лу всё было иначе: до открытого заискивания дело не доходило, но без трепета и подобострастия не обходилось.
Лу Линь посидела недолго и вскоре собралась уходить. У Манман проводила её до двери.
— Спасибо тебе, Лу Линь-цзецзе.
— К чему ты со мной церемонишься? Через пару дней я приглашу тебя на обед, а пока присматривай за отцом, — сказала Лу Линь, похлопав У Манман по плечу.
У Манман кивнула:
— Хорошо, но вообще-то это я должна пригласить тебя. Я ведь так и не поблагодарила за ту историю с одеждой.
Если говорить о той истории, то случилась она совсем недавно. У Манман и Цзэн Жулин отправились по магазинам. Семья Цзэн Жулин была обеспеченной, и бренды, которые ей нравились, стоили немало. Особенно она обожала марку «Шуан L weekend».
«Шуан L» принадлежал Лу Линь, а линейка «weekend» делала упор на повседневный стиль. Она отлично подходила молодёжи, а цены были лишь немногим ниже, чем в основной коллекции.
Тем не менее, вещи всё равно стоили дорого: цена на одну рубашку начиналась от четырёх тысяч, и Цзэн Жулин могла позволить себе купить максимум одну-две вещи в год.
Но если не покупать, то хотя бы посмотреть-то можно. Тогда Цзэн Жулин приглянулось зимнее платье, которое ей безумно понравилось. Увы, цена кусалась — целых девять тысяч юаней.
Однако из-за того, что платье ей очень приглянулось, она, набравшись наглости, спросила у консультанта, нет ли скидок.
На самом деле спрашивать было бесполезно — этот бренд никогда не устраивал распродаж.
Впрочем, в таких магазинах консультанты умеют оценивать клиентов с первого взгляда. Девушка с улыбкой ответила:
— Если у вас есть VIP-карта нашего бренда, вы можете получить скидку в пять процентов.
Чтобы получить VIP-карта «Шуан L», нужно было тратить миллион в год или совершить разовую покупку на сумму более трёхсот тысяч.
Обычным людям, которые месяцами копили деньги на брендовую вещь, о таком и мечтать не стоило.
Цзэн Жулин покачала головой и не удержалась от вопроса У Манман:
— А у тебя есть VIP-карта этого магазина?
Поскольку У Манман всегда носила одежду хороших марок, Цзэн Жулин и решила спросить.
У Манман действительно часто носила вещи этого бренда, но это было ещё в те времена, когда она была с Лу Суем — тогда новинки попадали в её гардероб автоматически, как только выходили коллекции.
На самом деле сама У Манман не слишком любила «Шуан L» — уж слишком этот стиль был светским.
— Я не знаю, — У Манман правда не знала, есть ли у неё карта. — Но у мамы может быть, ей нравится эта марка.
Консультант тут же расплылась в улыбке:
— Сяоцзе, вам достаточно просто продиктовать номер телефона.
У Манман небрежно произнесла:
— 139…
Договорив, она спохватилась, поняв, что назвала свой собственный номер:
— Ой, ошибка. Я назвала свой.
Но выражение лица консультанта вдруг стало странным. Она посмотрела в компьютер, затем на У Манман, снова на компьютер и снова на У Манман.
— Прошу прощения, подождите минутку.
У Манман и Цзэн Жулин в недоумении переглянулись.
Спустя минуту консультант вернулась:
— У-сяоцзе, ваша подруга может приобрести одежду нашего бренда за полцены.
Лицо Цзэн Жулин выражало крайнее изумление, рот сам собой расплылся в улыбке.
Тогда У Манман сразу позвонила Лу Линь.
Лу Линь ответила:
— То, что ты носишь мою одежду — это именно то, чего я желала. Твои данные я давно внесла в базу, так что выбирай что угодно. Отныне любая твоя подруга может покупать мои вещи с пятидесятипроцентной скидкой.
Слова властной бизнес-леди звучали весомо. У Манман теперь могла брать одежду, даже не платя за неё.
Разумеется, за ту историю с платьем У Манман должна была отблагодарить Лу Линь. Хоть сама она ничего и не выбрала, Цзэн Жулин теперь просто обожала её, и даже её бяогэ отошёл на второй план.
У Манман целую неделю ухаживала за У Суном в больнице. По вечерам её сменяла госпожа Лю, а У Манман приходила по утрам и приносила наваристый бульон.
В тот день У Манман, прихватив термос, торопливо вбежала в главные ворота больницы. На улице шёл дождь, поэтому на дорогах были пробки, и госпожа Лю постоянно подгоняла её звонками — у той были дела, и она ждала, когда дочь привезёт нужную одежду и украшения.
Увидев, что двери лифта впереди начинают закрываться, У Манман громко крикнула:
— Подождите, пожалуйста, подождите!
Держа в одной руке термос с едой, а в другой — большой бумажный пакет, она со всех ног бросилась к лифту и, влетев внутрь, тяжело дыша, произнесла:
— Спасибо, спасибо.
— Не за что.
Этот голос прозвучал словно гром среди ясного неба. У Манман подняла голову и увидела Лу Суя.
В этот момент в кабине лифта они были только вдвоём.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
