— Что ты делаешь?! — У Манман прижала шарящую руку Лу Суя.
— Я лишь пользуюсь своим правом победителя, — тяжело дыша, ответил Лу Суй.
У Манман попыталась оттолкнуть Лу Суя ногами, стремясь подняться, но, к сожалению, в спальном мешке было слишком тесно. Хотя она уже поняла, что это специально подготовленный двухместный спальник, места для манёвров всё равно не хватало.
В тесноте У Манман не могла с силой упереться ногами, и Лу Суй, обхватив её за талию, одним рывком затащил её обратно.
— Лу Суй, это насилие, это преступление! — припугнула его У Манман. На самом деле, даже если бы она позже отправилась на экспертизу, выиграть подобный суд было бы крайне сложно. Не говоря уже о подписанном ею соглашении, она подозревала, что красноречивый адвокат Цзян в итоге перевернёт всё с ног на голову и скажет, что это она изнасиловала Лу Суя.
— О, завтра я сам отведу тебя в полицию, — руки Лу Суя ни на мгновение не остановились.
Задыхаясь, У Манман взмолилась:
— Лу Суй, ты же не опустишься до такого уровня? — Принуждать женщину — это ведь так низко.
Лу Суй на мгновение задумался и с улыбкой произнёс:
— Тогда сделай так, чтобы я был на высоте.
***
Ослепительный солнечный свет проникал сквозь окно, падая на веки У Манман. Она нахмурилась и поглубже зарылась в спальный мешок.
Вокруг царил полнейший беспорядок, и У Манман совершенно не хотелось просыпаться.
— Пора вставать, — Лу Суй поднёс к лицу У Манман тёплое молоко.
У Манман просто с головой спряталась в спальнике.
— Вставай, уже восемь. Скоро придут люди из оргкомитета, чтобы убрать лагерь, — послышался звук расстёгиваемой молнии, и в следующий миг рука Лу Суя скользнула сбоку под одежду У Манман. — Или мы могли бы ещё…
У Манман тут же закрыла уши руками и нехотя высунула голову из спального мешка. Она уставилась на Лу Суя:
— Ты что, мстил мне вчера ночью?
Она совершенно не выспалась. Невыспавшиеся люди всегда особенно язвительны и резки.
— Ты вчера под кайфом был, что ли?
Лу Суй проигнорировал её провокацию, поставил перед ней молоко и, отвернувшись, начал собирать вещи.
У Манман тоже понимала, что сейчас не время сводить счёты с Лу Суем. Состязание закончилось в восемь, и если они не вернутся, сотрудники, скорее всего, поднимутся на гору на их поиски.
У Манман вытянула руку и принялась шарить вокруг в поисках своей одежды. От усталости глаза едва открывались, но даже при мимолётном взгляде она видела на своих руках свежие красные отметины.
Прошлой ночью Лу Суй развлекался с её телом вовсю.
У Манман с трудом нащупала и надела свой лифчик, затем высунулась, чтобы найти майку. Она уже собиралась её надеть, как вдруг вспомнила, что Лу Суй вчера вечером, кажется, вытирал ею тело.
К тому же трусики тоже было не надеть — они насквозь пропитались выделениями.
Раздражённо встряхнув майку, У Манман воскликнула:
— Лу Суй, как я, по-твоему, должна это надеть?
Лу Суй обернулся, видимо, тоже вспомнив об этом. Уголок его губ приподнялся, он достал из своего рюкзака чистую футболку и бросил её У Манман:
— Надень это.
Кроме того, он порылся в рюкзаке и нашёл для неё свои трусы-слипы.
Говорят, мужчины, которые носят слипы, довольно похотливы, и теперь У Манман в этом убедилась.
Сначала она хотела швырнуть их Лу Сую в лицо, но её собственные брюки вчера валялись на земле и давно испачкались. Надевать их на голое тело У Манман просто не могла.
Пришлось зажмуриться и натянуть трусы Лу Суя. Хотя они были великоваты, но, к счастью, не спадали.
У Манман схватила молоко, яростно выпила его и только после этого встала умываться.
От лагеря №3 до пункта сбора на склоне горы было больше часа пути. Пока они шли, У Манман чувствовала, что вчера слишком быстро сдалась, и если сейчас не прояснить ситуацию, Лу Суй может неверно её понять.
К тому же она чувствовала боль — всё тело ныло, особенно ноги.
Когда она раньше была с Лу Суем, всё было не так серьёзно, тогда он был более-менее нежным.
Поэтому У Манман уставилась в спину Лу Суя и произнесла:
— Лу Суй, я и подумать не могла, что ты окажешься таким человеком. Неужели в детстве все уроки этики и морали прошли мимо тебя? Принуждать женщину!
Лу Суй искоса взглянул на У Манман и с усмешкой спросил:
— Тебе не совестно говорить, что вчера ночью я тебя принуждал?
Взгляд Лу Суя упал на внешний карман его рюкзака, где лежали майка и трусики У Манман, до сих пор насквозь мокрые.
Лицо У Манман мгновенно вспыхнуло, но ей не хотелось проигрывать в каждом споре:
— Почему Лу-сяньшэн теперь такой изголодавшийся? Неужели ты настолько груб, что не можешь найти себе женщину?
Лу Суй обернулся и тихо рассмеялся.
От того, как он покачал головой и вздохнул, У Манман почувствовала, что он явно невысокого мнения о её интеллекте.
— Ты мне не девушка, с чего бы мне быть нежным? — сказал Лу Суй.
У Манман чуть не упала от ярости. Разве нормальный человек может такое сказать? Если женщина ему не девушка, значит, её можно использовать как угодно? Со всей дури?
У Манман была вне себя от гнева, но она никогда не могла переспорить Лу Суя. Иначе в своё время она не чувствовала бы себя так, будто готова лезть на стенку от его контроля, и не сбежала бы в итоге так позорно.
Человеку важнее всего знать свои возможности, поэтому У Манман просто замолчала. Если не можешь справиться с кем-то, лучше держаться подальше.
Хотя У Манман понимала, что это дело так просто не закончится — раз уж Лу Суй с его характером решил вернуться к прошлому, это нельзя было объяснить лишь минутным порывом.
Но У Манман считала, что раз в прошлый раз Лу Суй так спокойно принял их расставание, то и сейчас, если она приведёт ему факты и доводы, ей удастся выйти сухой из воды.
В крайнем случае она просто больше никогда не увидится с Нин Чжэном, и дело с концом!
Когда они подошли к пункту сбора, У Манман издалека увидела, что машина уже ждёт.
Заметили спускающихся с горы Лу Суя и У Манман, Нин Чжэн и Шэнь Тин, сидевшие в первой машине, открыли дверцы и вышли.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
