У Манман сложила ладони в умоляющем жесте: — Пожалуйста-пожалуйста.
Ма Цзюнь убрал номер телефона, приговаривая: — Не переживай, обязательно передам твои слова. На самом деле в душе он сокрушался: и почему всех хороших девушек так рано топчут свиньи?
На следующий день после полудня вместе с Ма Цзюнем из городка вернулось не только свежее свиное мясо и предметы первой необходимости, но и человек, точнее сказать, целая компания.
Но У Манман видела лишь того, кто шёл самым первым.
У Манман отложила маленькую кисточку, быстро подбежала и бросилась в объятия Лу Суя.
Она не могла вымолвить ни слова, только безудержно плакала.
— Её парень? — спросила Ян Ли у стоявшего рядом Ма Цзюня.
Ма Цзюнь кивнул: — Манман попросила меня позвонить её парню, а оказалось, что он уже приехал в городок, так что мы вернулись вместе.
— Как же хорошо быть влюблёнными! — завистливо вздохнула Ян Ли. — Проделать такой далёкий путь, чтобы приехать сюда… А я уехала на полгода, и от мужа никакой реакции.
Ма Цзюнь, услышав это, не решился ничего ответить и лишь натянуто усмехнулся.
Когда У Манман подняла голову от груди Лу Суя, её лицо было настолько грязным, что на него прямо-таки больно было смотреть.
Работа, которой она сейчас занималась, не требовала особой квалификации: нужно было просто сидеть на корточках и маленькой кисточкой осторожно очищать от земли погребённые древности.
На этом комплексе древних гробниц остались следы разграбления, многие вещи оказались повреждены, поэтому требовалась крайне бережная очистка.
Из-за специфики работы при каждом дуновении ветра волосы и лицо У Манман покрывались пылью, так что каждый день она выглядела замарашкой. И этот момент, естественно, не стал исключением.
Слёзы промыли на её лице две дорожки, отчего она выглядела крайне комично.
— Как ты здесь оказался?! — в голосе У Манман слышались одновременно удивление и радость, после чего она размашисто вытерла лицо тыльной стороной ладони.
Лу Суй небрежно ответил: — До тебя невозможно было дозвониться, разумеется, мне пришлось приехать.
Именно так!
— Я не потому не звонила, что не хотела, просто здесь нет связи, нужно идти в городок. А я не могла отлучиться. На самом деле я уже попросила старшего соученика Ма набрать тебе, — поспешила объяснить У Манман.
Лу Суй хмыкнул, достал носовой платок и принялся вытирать лицо У Манман: — Прошло всего несколько дней, а ты уже испачкалась словно обезьянка.
Если посчитать дни, они расстались всего пять дней назад, но для обоих это время тянулось мучительно долго, словно годы.
Путь от города до деревни Хуанту и так занимал два дня. У Манман подсчитала: Лу Суй, должно быть, отправился в дорогу, когда от неё не было звонков чуть больше суток.
Об этом нельзя было по-настоящему задумываться, ведь от любой мысли накатывали нежность и порыв чувств. У Манман обнимала Лу Суя за талию, не желая отпускать, искренне боясь, что всё это лишь сон.
До темноты оставалось недолго, так что Лу Суй и его телохранители, разумеется, не могли сразу же отправиться в обратный путь.
Почти все деревенские дома уже были заняты проектной группой. У Манман и так теснилась в одной комнате с Ян Ли и другими женщинами, поэтому Лу Сую ночью, конечно, и мечтать не приходилось о том, чтобы обнять красавицу. К тому же всей его компании пришлось тесниться вместе с Ма Цзюнем и остальными.
К счастью, стояло лето, и на улице было не особо холодно. Глубокой ночью У Манман прильнула к груди Лу Суя, а сам Лу Суй откинулся на стог сена за спиной.
У Манман смотрела на Большую Медведицу в небе и спросила Лу Суя: — Правда же, это очень интересный опыт?
Лу Суй ответил вопросом на вопрос: — У Манман, что это от тебя за странный запах?
Запах человека, который не мылся несколько дней, вот что.
У Манман обиженно замолчала, но ей не хотелось обделять Лу Суя вниманием, поэтому она сдержала свой нрав и спросила: — Когда ты уезжаешь?
— Я освободил пять дней, так что могу побыть с тобой ещё один день, — сказал Лу Суй.
Будем радоваться каждому дню.
На следующий день У Манман с довольным видом руководила Лу-сяньсэном, который помогал ей счищать землю. Видеть всегда безупречно чистого Лу-сяньсэна с ног до головы в пыли было для неё настоящим удовольствием.
Но забавнее всего было то, что, вернувшись вечером после работы в деревню, У Манман увидела, что весь двор увешан её сохнущей одеждой.
— Это ты постирал? — У Манман крепко обняла Лу Суя.
— Не мог же я заставить телохранителей стирать её? — возразил Лу Суй.
У Манман бережно взяла обе руки Лу Суя и преувеличенно страстно поцеловала их: — Сердце кровью обливается! Руки уровня великого художника — и стирали мне вещи.
Лу Суй ткнул пальцем в лоб У Манман, слегка отстраняя её от себя: — Сможешь ли ты позаботиться о себе эти два месяца? Я действительно волнуюсь.
— Конечно, — ответила У Манман. — Я обо всём подумала заранее, даже трусики взяла одноразовые. Да и в нашей проектной группе работают не звери: мы наняли жену хозяина дома, чтобы она стирала нам одежду. И они зарабатывают, и мы экономим время.
— Значит, я зря старался? — нахмурившись, спросил Лу Суй.
— Как это зря? Ты смыл всю печаль из моей души! — У Манман крепко обняла Лу Суя и принялась осыпать поцелуями.
Вечером У Манман, подперев лицо руками, наблюдала, как Лу Суй собирает для неё самые разные вещи, и слушала его нескончаемые ворчливые наставления о том, на что стоит обратить внимание.
Лу-сяньсэн привёз ей очень много всего.
Капсулы для очищения кишечника — чтобы предотвратить проблемы со стулом из-за непривычной воды и пищи. Какая поразительная забота! У Манман мысленно закатила глаза: они, конечно, парень и девушка, но стоило ли продумывать всё до таких мелочей? Он решил контролировать даже её походы в туалет по-большому.
Помимо очищающих капсул, там были самые разные медикаменты: средство от насекомых, глазные капли, жидкий пластырь, витаминные комплексы и даже уходовые средства против свободных радикалов.
Разумеется, не обошлось и без огромной упаковки «белых ангелов с крылышками».
А также всевозможные лакомства.
Оказывается, слушать чьё-то ворчание порой бывает таким счастьем.
К сожалению, это сладкое время длилось всего несколько десятков часов.
В самом конце тысячи слов свелись к одной-единственной фразе: — Береги себя, — сказал Лу Суй, поцеловав У Манман в лоб.
У Манман неловко перебрала пальцами и сказала Лу Сую: — В следующий раз не приезжай. Мало того что дорога дальняя, так твой приезд ещё и отвлекает меня от работы. К тому же деревня слишком маленькая, тут и членам проектной группы места едва хватает, а с тобой прибывает целая толпа.
Лу Суй с силой ущипнул У Манман за щёку: — У Манман, ну и совесть же у тебя!
Совесть у У Манман, конечно же, была. В первую же ночь после отъезда Лу Суя она долго сидела, прислонившись к стогу сена, и считала звёзды.
На эти лишения в глуши она пошла совершенно добровольно — ради карьеры, как-никак.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
