Дуань Циянь уселся в машину и бросил Цзян Юйбаю вызывающую фразу:
— Догони меня, красавчик, наследник богатого рода!
В следующую секунду он ударил по газам и умчался прочь.
Цзян Юйбай ни капли не смутился.
А вот Линь Чжися вцепилась в руль и с яростным видом бросилась в погоню за Дуань Циянем. Её поведение полностью перевернуло представление о ней у большинства одноклассников. Срезав путь, она начала стремительно настигать Дуань Цияня, и тот завопил:
— Спасите! Кто-нибудь, спасите!
Спорторг Цао У был в хороших отношениях с Дуань Циянем. Он поспешил на помощь, пытаясь защитить друга:
— Староста Линь! Дуань Циянь сначала говорит, а потом думает, прости его!
— А ну, с дороги! — Линь Чжися вскинула голову, открыто угрожая ему. — Иначе и тебя протараню!
Цао У, подавленный властной аурой Линь Чжися, в испуге бросился наутёк. Он вдавил педаль газа в пол, хладнокровно бросив Дуань Цияня.
— Дуань Циянь, я сделал всё, что мог, не вини меня в бессердечии! — выкрикнул он.
— Цао У! Ну и предатель! — возмутился Дуань Циянь.
Дуань Циянь описывал круги, пытаясь оторваться от Линь Чжися. Но он был словно муравей на ленте Мёбиуса, не способный вырваться из зоны её контроля. Линь Чжися улучила момент и с разгона врезалась в него. Тот от неожиданности вскрикнул: «Ой!»
Пытаясь спастись, Дуань Циянь крепко сжал руль, намереваясь рвануть в другую сторону. Но вдруг к нему подобрался Цзян Юйбай. Дуань Циянь удивлённо повернул голову и спросил:
— Ты же вроде не злился? Зачем ты меня преследуешь?
Цзян Юйбай с напускным спокойствием ответил:
— Мне не нужны причины, чтобы преследовать тебя.
Дуань Циянь нахмурился:
— Ты такой мелочный! Я сказал всего одну фразу, а ты уже хочешь меня протаранить, да ещё и запугиваешь?
Цзян Юйбай холодно усмехнулся:
— Ты только что просил меня догнать тебя. Теперь я здесь, и тебе стоит не бояться, а радоваться.
Дуань Цияню казалось, будто на него ополчились настоящие злодеи. Машинки Цзян Юйбая и Линь Чжися, работая в паре, словно члены итальянской мафии, не оставляли ему ни единого шанса, твёрдо решив вырвать сорняк с корнем.
— Шэнь Фусюань, помоги мне! — закричал Дуань Циянь.
Шэнь Фусюань припарковал свою машину в стороне и, небрежно положив одну руку на руль, лениво отозвался:
— С чего бы мне тебя спасать? Я хочу посмотреть, как ты окажешься в тупике.
— Шэнь Фусюань, ну и жестокий же ты! — выругался Дуань Циянь.
Разве мог он в одиночку противостоять совместной атаке Цзян Юйбая и Линь Чжися? Вскоре его загнали в угол, и ему не оставалось ничего другого, кроме как отчаянно сдаться:
— Я проиграл, хватит за мной гоняться.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — Линь Чжися разразилась торжествующим смехом победителя.
*
Весь этот день Линь Чжися провела весело и счастливо. Смех одноклассников, переплетаясь, отдавался эхом в глубинах её памяти, даря ощущение лёгкости и радости.
Возвращаясь вечером домой, она всё ещё думала о том, какой же это был прекрасный день.
Однако, переступив порог дома, она почувствовала гнетущую и тяжёлую атмосферу. Остановившись в прихожей и даже не сменив обувь, она сухо поздоровалась:
— Дядя, тётя.
Дядя был старшим братом её матери и первым студентом в истории их деревни. Он работал в юридической фирме в столице провинции, прилично зарабатывал, жил в достатке и несколько лет назад приобрёл роскошную просторную квартиру в центре города. Он почти никогда не навещал семью сестры и редко интересовался жизнью Линь Чжися и Линь Цзэцю.
И вот сегодня дядя с тётей явились с визитом, да ещё и принесли немало подарков.
Линь Чжися мгновенно вспомнила предостережение Цзян Юйбая.
Сегодня утром Цзян Юйбай сказал: в жизни редко всё идёт по правилам, остерегайся внезапной доброты.
Линь Чжися захотелось одобрительно хлопнуть в ладоши. Она отставила рюкзак, переобулась в мягкие тапочки с кроликами и направилась прямиком в свою спальню.
Дядя окликнул её:
— Линь Чжися, мы с тётей специально пришли навестить тебя и твоего брата.
Тётя с улыбкой добавила:
— Линь Чжися получила золотую медаль на международной олимпиаде по математике, а Линь Цзэцю занял сорок девятое место в городе на экзаменах и попал в лучший класс первой провинциальной гимназии. Вы оба такие способные, вашим матери с отцом теперь не придётся так тяжко трудиться, верно, Линь Чжися?
Мать сидела рядом и молчала. Отец всё ещё был в супермаркете. Брат пока не вернулся с занятий.
Линь Чжися вернулась в гостиную и присела рядом с матерью. На матери был светло-бежевый свитер, связанный вручную бабушкой. Мать носила его уже много лет — Линь Чжися давала ей деньги, но та наотрез отказывалась покупать обновки. Она часто повторяла, что новую одежду нужно покупать детям, а взрослые уже привыкли к старому.
Единственным украшением на матери был браслет, который Линь Чжися привезла из Румынии.
А вот тётя, вся в золоте и серебре, выглядела блестяще и куда наряднее матери.
Линь Чжися не считала себя чистым априористом и не придавала большого значения деньгам — хотя на них и можно было купить много вкусностей, её аппетит был ограничен. Она обращала внимание на положение дяди лишь потому, что слышала от бабушки: в своё время дедушка мог позволить себе обучить лишь одного ребёнка. Мать училась очень хорошо, но она сама уступила эту возможность брату. Она даже пошла работать на завод, чтобы накопить денег и отправить их дяде на учёбу.
А позже родился Линь Цзэцю.
Сразу после рождения у него обнаружили врождённый порок сердца, требовалась срочная операция. К счастью, болезнь была в лёгкой форме, и при успешном вмешательстве он мог полностью выздороветь.
В тот год мать с отцом повсюду влезали в долги, чтобы оплатить лечение Линь Цзэцю.
Дядя не одолжил ни гроша.
Даже когда жизнь Линь Цзэцю висела на волоске, дядя не оказал ни малейшей помощи.
Даже бабушка не выдержала и постоянно ворчала: как можно было не дать ни единой монетки?
Если бы дядя полностью полагался на свои силы и сам поступил в университет, то к нему не было бы никаких претензий. Но шанс на образование он отобрал у матери, а та ещё и горбатилась на заводе, чтобы оплатить его учёбу, и он так и не вернул долг. А ведь должен был.
Вспоминая прошлое, Линь Чжися не особо хотела разговаривать. Дядя продолжал расспрашивать:
— Линь Чжися, тебя ведь уже зачислили без экзаменов в Бэйда или Цинхуа? В наше время без диплома университета никак.
Дядя был в костюме, из нагрудного кармана которого виднелась перьевая ручка. От всей его фигуры веяло солидностью, а в пальцах он держал сигарету. Не прикуривая, он вертел её в руках и добавил:
— Мой друг привёз с Хайнаня упаковку сухофруктов, я вам захватил. Попробуйте?
Мать с улыбкой ответила:
— Старший брат, забери их лучше с собой.
Дядя слегка повёл рукой:
— Это хорошая вещь, на оптовых рынках такую не купишь. Ты, небось, и не видела подобного.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
