В пять-шесть часов вечера, когда большинство магазинов уже закрывалось, Линь Чжися тоже захотела вернуться домой. Цзян Юйбай, как обычно, проводил её до общежития и даже зашёл к ней в комнату на некоторое время. Она встретила его очень радушно и собственноручно приготовила для него чашку чая с молоком. Вдвоём они сидели на краю кровати, каждый со своей чашкой. Сливочный аромат, смешанный с запахом чёрного чая, витал вокруг них, подобно лёгкой дымке. От этого простого и короткого мгновения, проведённого вместе, Линь Чжися чувствовала глубокое удовлетворение.
Она опустила голову и сказала:
— Ты мне и правда очень нравишься.
— Я хотел сказать тебе то же самое, — отозвался он.
— Я знаю, — её глаза радостно блеснули.
Он тихо рассмеялся.
Перед уходом Цзян Юйбай договорился с ней о следующей встрече. Послезавтра днём у него не было занятий, и если Линь Чжися не пойдёт в лабораторию, они смогут вместе позаниматься в университетской библиотеке.
Линь Чжися очень интересовалась его жизнью. Она видела множество его фотографий из университета и теперь хотела сама прикоснуться к его будням. Она с готовностью согласилась и проводила его до дверей общежития.
На следующее утро Линь Чжися прямиком направилась в кабинет своего научного руководителя.
Профессор беседовал с ней полчаса, помогая определиться с темой исследования, после чего отвёл её на сегодняшнее собрание группы и представил остальным студентам и докторантам.
Кроме Линь Чжися, в их группе был ещё один китайский студент, который в этом году тоже только начал обучение в докторантуре; его звали Вэнь Ци.
Вэнь Ци окончил бакалавриат в Имперском колледже Лондона, а для магистратуры и докторантуры выбрал Кембридж. Он был красив, держался вежливо и производил впечатление весьма умного человека.
Когда утреннее собрание закончилось, старшекурсница со второго курса докторантуры повела Линь Чжися и Вэнь Ци осматривать лабораторию и знакомиться с оборудованием. Та старшекурсница была родом из Индии, со смуглой кожей и небольшим акцентом, который, впрочем, совершенно не мешал общению.
Линь Чжися улучила момент и заговорила с ней по-английски:
— Можно задать вопрос? Я бы очень хотела стать ассистентом у бакалавров. Отбор на эту должность строгий? У меня нет подобного опыта, не знаю, повлияет ли это.
Старшекурсница объяснила Линь Чжися, что работа ассистентом отнимет у неё массу времени. Формально Линь Чжися ещё не стала полноценным докторантом. Ей предстояло за год подготовить отчёт по теме и пройти защиту, чтобы получить подтверждение своего статуса. Будучи ассистентом, она должна была бы следить за успеваемостью и развитием бакалавров, а любая оплошность приводила бы к жалобам — проблем было не оберёшься.
Выслушав этот длинный монолог, Линь Чжися невольно замерла в замешательстве.
Вскоре после того, как индийская старшекурсница ушла, Вэнь Ци прыснул со смеху. Он сказал Линь Чжися:
— На Айшварью жаловались бакалавры.
Айшварья — так звали ту индийскую старшекурсницу.
Линь Чжися спросила его:
— Откуда ты знаешь, что на Айшварью жаловались?
— Те, кто подал жалобу, учатся со мной в одном колледже, — ответил он.
— А почему на неё пожаловались?
— Из-за плохой подготовки к занятиям.
Линь Чжися никак не прокомментировала это.
Вэнь Ци снова спросил:
— Во сколько лет ты поступила в бакалавриат? Ты измеряла свой IQ?
— Я поступила в пятнадцать, — уклончиво ответила Линь Чжися. — IQ мне измеряли в детстве, не знаю, какой он сейчас.
Реакция Вэнь Ци была сдержанной, он не выказал ни капли изумления, будто привык слушать истории о вундеркиндах. На этом их разговор закончился. Он выудил пачку сигарет из кармана пиджака, развернулся и ушёл вниз курить.
В течение следующих полудня Линь Чжися в одиночку сходила в здание факультета на встречу для первокурсников. Следуя указаниям сотрудников, она нашла свой кабинет. На дверях была табличка с её именем, написанным пиньинем: имя впереди, фамилия сзади. Внутри стояли стол со стулом, компьютер, книжный шкаф и висела огромная белая маркерная доска.
Сбоку от стола находилось окно в пол, через которое она могла отчётливо видеть лазурное небо и ярко-зелёный газон. Внезапно она поняла, что ей вовсе не обязательно ходить заниматься в библиотеку.
Теоретические расчёты, которыми она планировала заниматься, вполне можно было делать прямо в кабинете.
Линь Чжися сделала здесь селфи и отправила его Цзян Юйбаю через QQ, приглашая его оценить её рабочее пространство. Она спросила:
— Мой кабинет ведь суперкрасивый?
Цзян Юйбай в это время был на профильном занятии по эконометрике. Ответ пришёл только через полчаса:
— Человек на фото — суперкрасивый.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
