— Мальчик? — голос Линь Цзэцю резко взлетел. — Линь Чжися! Ты девочка, и тебе следует играть только с девочками! Между мальчиками и девочками есть разница, неужели мне нужно тебе это объяснять?
Линь Чжися не ожидала, что её гэгэ зациклится именно на этом.
Ведь можно было всё спокойно обсудить, но он обязательно должен был состроить недовольную мину и затеять ссору, а теперь ещё и переложил вину на Цзян Юйбая!
Линь Чжися схватила плюшевого пингвинёнка и использовала аргумент Линь Цзэцю против него самого:
— Линь Цзэцю, я девочка, а ты мальчик, так что между нами тоже есть разница. Я больше с тобой не разговариваю.
Гнев Линь Цзэцю достиг предела:
— Я твой гэгэ! Откуда вообще взялся этот мальчишка?
— Не твоё дело, — Линь Чжися вскинула голову. — В школе мы с ним лучшие друзья, а с тобой мы там не родные гэгэ и мэймэй.
Она крепко прижала к себе пингвинёнка и развернулась, чтобы уйти в гостиную.
Линь Цзэцю поднял левую руку и через её плечо бесцеремонно выхватил пингвинёнка.
Он поднял плюшевую игрушку высоко над головой. Линь Чжися встала на цыпочки и потянулась к ней, но никак не могла достать. По сравнению с ростом гэгэ в сто восемьдесят сантиметров, Линь Чжися была слишком низкой.
Пингвинёнок был так близок и в то же время недосягаем. Разгневанная Линь Чжися вцепилась в край одежды Линь Цзэцю:
— Отдай! Верни его мне! Я каждое утро и каждый вечер сплю с ним в обнимку! Быстрее! Даю тебе четыре секунды на раздумья!
— Ты должна пообещать мне, что найдёшь себе в лучшие друзья девочку, и тогда я его верну. Иначе ты больше никогда не увидишь этого пингвина, — Линь Цзэцю выдвинул крайне суровое условие.
Он надеялся, что Линь Чжися сделает правильный выбор.
Он полагал, что тот мальчишка в сердце Линь Чжися не идёт ни в какое сравнение с этой игрушкой.
Ответа от Линь Чжися он не дождался. Ослеплённая яростью, она в гневе выскочила за дверь, громко хлопнув ею.
Спустя мгновение она вбежала обратно, держа в руках баскетбольный мяч и ножницы.
Линь Чжися опустилась на колени и медленно положила мяч на ноги. Сжимая в руке ножницы, она направила острое лезвие на поверхность мяча и твёрдо произнесла:
— Линь Цзэцю, в этом мире никто не может мне угрожать. Я ненавижу угрозы. Если ты не вернёшь мне пингвинёнка, я проткну твой любимый баскетбольный мяч и изрешечу его, как осиное гнездо.
У Линь Цзэцю ёкнуло сердце. Он сел, скрестив ноги, склонил голову и обеими руками почтительно вернул пингвинёнка.
Линь Чжися наконец спасла свою мягкую игрушку. Но её обида на гэгэ стала ещё глубже. С её точки зрения, всё его поведение было сплошным самодурством. Ему скоро исполнится четырнадцать, так почему он ведёт себя как четырёхлетний ребёнок?
Гэгэ с некоторой нерешительностью погладил Линь Чжися по голове. Его тёплая ладонь легла ей на макушку, кончики пальцев нежно коснулись волос, словно он пытался успокоить рассерженного зверька.
Линь Чжися постепенно успокоилась:
— Я проголодалась, хочу есть, в животе уже урчит.
— Не медли, пойдём есть, — гэгэ вывел её из спальни. — Мама приготовила куриные ножки в соевом соусе.
— Куриные ножки! — Линь Чжися вприпрыжку помчалась к обеденному столу.
На столе стояли три блюда и суп, от которых шёл пар: куриные ножки в соевом соусе, баклажаны под соусом, салат из огурцов и миска супа из помидоров с яйцом. Аромат еды был столь соблазнителен, что от плохого настроения Линь Чжися не осталось и следа. Она радостно взяла миску, зачерпнула ложкой подливку от курицы и полила ею белый рис.
Линь Чжися откусила кусочек курицы, медленно прожевала и, проглотив, в полном восторге воскликнула:
— Мамины куриные ножки — самые вкусные на свете!
Затем она подцепила палочками два кусочка баклажана, положила их поверх риса и продолжила есть маленькими порциями.
Линь Цзэцю вдруг сказал ей:
— Линь Чжися, мальчики и девочки — это не одно и то же. Ты понимаешь, о чём я?
— Почему ты решил обсудить это со мной именно во время обеда? — Линь Чжися палочками отделила мясо от кости и смешала его с рисом.
Линь Цзэцю, держа в руках миску с рисом, назидательно произнёс:
— Линь Чжися! Сегодня утром в школе я видел, как ты шла очень близко с тем мальчишкой, и поблизости не было ни одной одноклассницы. Это никуда не годится. Средняя школа — не начальная, ты должна знать меру в общении. Не думай, что раз ты такая умная, то тебе море по колено. Тебе категорически нельзя оставаться наедине с учениками или учителями мужского пола, рядом всегда должен кто-то быть. Если какой-нибудь учитель позовёт тебя в кабинет, сначала проверь обстановку — там должны быть другие учителя, лучше всего женщины. Если учитель захочет оставить тебя одну после уроков или пригласит к себе домой на дополнительные занятия, даже не слушай его, понимаешь? Раз отец и мама тебе этого не сказали, то не считай меня занудой.
Линь Чжися задумчиво спросила:
— И откуда гэгэ всё это узнал?
— Тебя это не касается, — нахмурился гэгэ. — В любом случае, я плохого не посоветую.
Линь Чжися отхлебнула суп из помидоров с яйцом, и по всему её телу разлилось приятное тепло. Утолив голод, она стала гораздо спокойнее. Может быть, в состоянии голода люди становятся более вспыльчивыми и раздражительными? Она рассеянно возразила:
— Гэгэ, всё то, что понимаешь ты, понимаю и я. Когда приходит опасность, неважно, мужчина перед тобой или женщина — физически я всё равно буду слабее. Но я всегда забочусь о своей безопасности. Я наблюдаю за выражением лиц одноклассников и учителей, пытаюсь предугадать их мысли и понять, нет ли у них злых намерений… Вот, например, гэгэ! Сегодня утром мне показалось, что ты настроен ко мне очень враждебно.
Линь Цзэцю отложил палочки и отвёл взгляд. Когда его что-то беспокоило, еда казалась ему безвкусной.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
