Дифэй эпохи процветания — Глава 338. Гэчжу Павильона Яньвана. Часть 2

Время на прочтение: 7 минут(ы)

— Гэчжу не стоит беспокоиться, мы оставили вашего младшего брата при себе не только из уважения к гэчжу Лину, — с улыбкой произнесла Е Ли.

Лин Техань, разумеется, понял смысл ее слов, достоинство Павильона Яньван следовало уважать, но и величественный род Дин-вана определенно не стал бы бояться Павильона Яньван. Самым важным по-прежнему оставался тот полный древний рецепт использования Било, что находился в руках Бин Шушэна.

Лин Техань беспомощно и горько усмехнулся.

— Не стану скрывать, я прибыл на Северо-запад именно ради этого дела.

Раз Бин Шушэн смог разузнать, что Дин-ван заполучил Било, Лин Техань, конечно, тоже мог это сделать. Однако Лин Техань отличался от Бин Шушэна, он не питал ненависти к Мо Сюяо, у него не было с ним ни старых обид, ни конфликта интересов, и жизнь или смерть Мо Сюяо никак на него не влияли. Если бы Мо Сюяо действительно безвременно ушел из жизни в расцвете лет, он бы, пожалуй, лишь вздохнул о том, что Небеса завидуют выдающимся талантам. Раз уж сложилась ситуация, когда обеим сторонам требовался Било для спасения жизни, и у Дин-вана были ингредиенты, а у Павильона Яньван древний рецепт, почему бы не сделать по шагу назад¹, чтобы достичь обоюдного выигрыша? По сравнению с жизнью и здоровьем собственного названого брата, та необъяснимая ненависть брата в глазах Лин Теханя не стоила и упоминания.

Е Ли подняла бровь и спросила.

— У Гэчжу Лина тоже есть этот рецепт?

Лин Техань честно покачал головой и серьезно ответил.

— Дин-ванфэй может быть спокойна, я обязательно предоставлю рецепт. В конце концов, это касается не только безопасности Дин-вана, но и жизни моего Сань-диди.

Кроме того, если бы Дин-ван действительно умер, то, даже если бы третий брат не скончался от болезни, дом Дин-вана наверняка не оставил бы его в покое. Е Ли с улыбкой посмотрела на него и с сомнением спросила.

— Цветок Било всего один. Неужели Гэчжу Лин не задумывался, что делать, если лекарства не хватит на двоих?

Лин Техань рассмеялся.

— Я не силен в медицине и ядах, но раз уж Саеь-диди планировал использовать половину Било для изготовления лекарства, а другую половину для создания яда, полагаю, его должно хватить. К тому же… мне не обязательно нужен именно Било, я лишь надеюсь, что здоровье Сань-диди станет немного лучше. С самого детства он перенес гораздо больше страданий, чем другие, оттого и характер у него стал более странным, чем у прочих. А после ранения он стал еще более замкнутым. Это я, как старший брат, не сумел его должным образом наставить, поэтому прошу у вас обоих проявить великодушие.

Проблема Бин Шушэна не была такой однозначной, как случай с ядом Мо Сюяо, его состояние было вызвано тяжелыми ранениями. Хотя Било был лучшим решением, он не обязательно был единственным способом спасения. С возможностями дома Дин-вана, какие лекарственные ингредиенты в поднебесной нельзя было найти? Каких известных врачей нельзя было пригласить? Лин Техань прежде не раз хотел лично отправиться к Дин-вану, чтобы попросить Шэнь Яна осмотреть и вылечить Бин Шушэна, однако Бин Шушэн яростно противился этому и даже готов был сбежать из дома, поэтому затею пришлось оставить.

Е Ли, разумеется, понимала, что имел в виду Лин Техань, и невольно почувствовала еще большее расположение к этому предводителю убийц, занимавшему первое место в цзянху. Чем бы ни занимались Лин Техань и Павильон Яньван, по крайней мере, Лин Техань действительно по-доброму относился к Бин Шушэну, брату, с которым его не связывало кровное родство. С таким характером, как у Бин Шушэна, он определенно не был тем, кто вызывает симпатию, и Лин Теханю было действительно непросто так внимательно заботиться о нем. Кроме того, с его нравом и жестокими методами, если бы не сдерживающее влияние Лин Теханя, он наверняка натворил бы немало бед в цзянху за эти годы. Несмотря на могущество Павильона Яньван, в цзянху лежащие тигры и затаившиеся драконы² неизвестно, в какой момент Бин Шушэн мог бы навлечь на себя неприятности, связавшись с кем-то, кто ему не по зубам.

— Гэчжу Лин и вправду прекрасный старший брат. Раз так, Гэчжу может вместе с Эр-гэчжу и Сань-гэчжу ненадолго задержаться в Личэне. Что касается древнего рецепта, в этом нет спешки. Не то, чтобы эта Ванфэй не доверяла Гэчжу, просто дело это крайне важное, и будет лучше, если Сань-гэчжу отдаст его добровольно, — кивнув Лин Теханю, произнесла Е Ли.

Лин Техань на мгновение задумался и кивнул, соглашаясь с предложением Е Ли. Он также понимал причину ее опасений, характер его третьего брата был слишком уж радикальным. Даже если он сам вмешается, не исключено, что этот названый брат проявит бычье сердце и своенравный характер³, решив пойти на смерть, лишь бы забрать Дин-вана с собой в могилу. Тогда ценой стали бы жизни не только Дин-вана и третьего брата, но и, боюсь, всех людей из дома Дин-вана и Павильона Яньван. О состоянии Мо Сюяо Лин Техань тоже кое-что знал, и, видя, что Е Ли в такой момент все еще способна не проявлять ни гордыни, ни нетерпения⁴, он не мог не посмотреть на нее с иным уважением.

— В таком случае, я обременю Ванфэй своим присутствием.

Закончив обсуждение дел Бин Шушэна и пребывания Лин Теханя, Е Ли поднялась, оставляя место для разговора Мо Сюяо и Лин Теханю, и направилась во двор к Шэнь Яну. Хотя та Эр-гэчжу Павильона Яньван появилась лишь на миг, Е Ли внезапно ощутила любопытство и интерес к этой холодной, словно лед, женщине.

В зале для приемов остались только Мо Сюяо и Лин Техань, и сразу воцарилась тишина. Оба мужчины обладали незаурядной статью. В облике Мо Сюяо было больше врожденного благородства и властности, присущих выходцу из аристократической семьи, в то время как в Лин Техане чувствовалось больше непринужденности и молодецкой удали, свойственных людям цзянху. С точки зрения красоты Лин Техань немного уступал Мо Сюяо, но такой уравновешенный, героический, лишенный скованности и исполненный великодушия характер Лин Теханя, очевидно, располагал людей к себе гораздо больше, чем нрав Мо Сюяо.

Тихо пригубив чаю, Лин Техань поднял чашку, салютуя Мо Сюяо, и с улыбкой произнес.

— Я давно слышал, что Дин-ванфэй одна из выдающихся и редких женщин современности. Нам уже доводилось мельком видеться в Наньчжао, но только сегодня, встретившись с ней, я убедился, что ее слава не пустой звук. Ванъе взял в жены прекрасную супругу, это истинное счастье.

Мо Сюяо без лишней скромности кивнул.

— А Ли, безусловно, прекрасная жена. Гэчжу Лин ведь прибыл на этот раз не только ради Бин Шушэна? Если так, то в этом не было нужды. У нас с тобой был уговор, пока он действительно не разгневает меня, я его не трону.

Лин Техань со сдержанной улыбкой посмотрел на него и с сомнением спросил.

— Почему же тогда мне только что показалось, будто Ванъе желал отправить его на тот свет?

Мо Сюяо тихо хмыкнул.

— Он хотел причинить вред А Ли! Но я оставил ему жизнь.

А уж в каком виде ее оставить, решать только ему. Оставить в нем лишь одно дыхание, это тоже считалось «оставить жизнь».

— Ты и я знаем, что он никак не смог бы навредить Дин-ванфэй.

Не говоря уже о боевых навыках самой Дин-ванфэй, страж, стоящий за ее спиной, тоже был не из тех, с кем легко совладать. С умениями его третьего брата, который без своих ядов превращался в наполовину бесполезного человека, пытаться ранить Дин-ванфэй было совершенной фантазией. Впрочем, Лин Техань не собирался спорить с Мо Сюяо по этому поводу; тот желал выплеснуть гнев за любимую жену, и поскольку вина была на стороне Павильона Яньван, он не мог этому препятствовать. В противном случае, если разозлить Мо Сюяо, третьему брату придется еще хуже. Вздохнув и стараясь не думать о диди, который вечно доставлял головную боль, Лин Техань произнес.

— Ты ведь спрашивал меня, зачем я прибыл в Личэн? Только что в Павильон Яньван поступил один заказ.

Мо Сюяо нахмурился.

— Это связано с домом Дин-вана?

Лин Техань кивнул.

— Именно так. Хотя Павильон Яньван давно объявил, что не принимает заказы, связанные с домом Дин-вана, на этот раз заказчик не желает убивать кого-либо из особняка, а предложенная цена заставляет сердце трепетать от соблазна.

Мо Сюяо вскинул брови и посмотрел на него с безразличным видом. Павильон Яньван занимался убийствами, если не ради убийства, то зачем их искать? В других делах наверняка найдутся те, кто справится лучше них. Лин Техань улыбнулся.

— Я уже принял его.

Мо Сюяо спокойно смотрел на него, и Лин Теханю оставалось лишь беспомощно вздохнуть. Приняв серьезный вид, он произнес.

— Не так давно ты ведь сразился с Лэй Чжэньтином? Заказчик желает, чтобы я еще раз сразился с тобой. Полагаю, если бы они смогли найти Му Цинцана, они бы позвали и его, чтобы устроить с тобой еще один поединок.

— Причина? — спросил Мо Сюяо.

Лин Техань покачал головой и, нахмурившись, сказал.

— В эти несколько дней я размышлял об этом не раз, когда вы с Лэй Чжэньтином схлестнулись, вероятно, никто из вас не приложил всех сил, и только потому вы оба смогли отступить целыми и невредимыми. Если мы с тобой по-настоящему сойдемся в бою, полагаю, это обернется ситуацией, когда оба потерпят поражение и оба будут ранены⁵. Однако… спустя десять с лишним лет я всё же с нетерпением жду возможности снова обменяться опытом с Дин-ваном.

Десять с лишним лет назад Лин Техань был всего лишь юношей чуть старше двадцати, пребывавшим в поре истинного расцвета сил и воодушевления. Чжэньнань-ван хоть и обладал громкой славой, всё же был намного старше их, и во всей Поднебесной лишь один Му Цинцан мог упоминаться наравне с ним. Кто же знал, что тогда четырнадцатилетний Мо Сюяо, облаченный в белые одежды, на коне и с мечом внезапно ворвется в этот мир, в тот год на собрании сильнейших мастеров Поднебесной для обсуждения мечей неизвестно скольких людей он поразил своим талантом. Хотя Лин Техань и не потерпел поражения, одержать победу над четырнадцатилетним подростком лишь с преимуществом в один прием, такой исход, граничащий с ничьей, для тогдашнего Лин Теханя не был чем-то приятным. В то время Лин Техань условился с Мо Сюяо через пять лет снова определить победителя, а затем вернулся в Павильон Яньвана, чтобы уйти в затворничество. Кто мог предположить, что первой новостью после его выхода из затвора через пять лет станет весть о том, что его собственный третий диди, не ведая жизни и смерти⁶, отправился искать неприятностей с Мо Сюяо. В то же время он узнал и о том, что Мо Сюяо получил тяжелые ранения и стал калекой. Тогда чувства Лин Теханя были еще более сложными и тонкими, чем после того давнего поединка с Мо Сюяо. Это было похоже на то, как если бы ты пять лет упорно трудился, чувствуя, что наконец-то сможешь убить своего врага, а в итоге кто-то сообщает тебе, что твой враг вчера как раз сам себя прикончил.

— Ты в самом деле хочешь сразиться? — спросил Мо Сюяо.

Лин Техань рассмеялся.

— Почему бы и нет? Или твое тело еще не полностью восстановилось? Тогда можно подождать, пока будет приготовлено снадобье из цветка Било, и сразиться позже, время еще терпит. Я как раз забыл согласовать с другой стороной дату поединка.

Он принял вызов лишь потому, что хотел обменяться ударами с Мо Сюяо, поэтому время и место, естественно, зависели от него и Мо Сюяо.

 

Прошло столько лет, а так называемые четыре великих мастера Поднебесной каждый поступали по-своему⁷, почти не имея возможности встретиться, что давно уже заставляло Лин Теханя чувствовать тоску. Ему было необходимо практиковаться с мастером равного уровня, чтобы совершенствовать свое боевое искусство. И среди них Мо Сюяо, несомненно, был лучшим противником. Что же касается Чжэньнань-вана, то, прослышав о его недавнем поединке с Мо Сюяо, Лин Техань уже потерял интерес к его боевым навыкам. Боевое искусство Чжэньнань-вана явно осталось на уровне десятилетней давности, если бы пришлось сразиться в полную силу, Лин Техань чувствовал, что имеет по меньшей мере восемь шансов из десяти на победу.

 

____________________________________

1. Сделать по шагу назад (各退一步, gè tuì yī bù) — пойти на взаимные уступки, чтобы разрешить конфликт. ↩︎
2. Лежащие тигры и затаившиеся драконы (卧虎藏龙, wòhǔ cánglóng) — о незаурядных людях, таланты которых скрыты от глаз. ↩︎
3. Бычье сердце и своенравный характер (牛心左性, niúxīn zuǒxìng) — идиома, означающая крайнее упрямство и нежелание прислушиваться к здравому смыслу. ↩︎
4. Не проявлять ни гордыни, ни нетерпения (不骄不躁, bùjiāo bùzào) — сохранять спокойствие, не кичиться успехами и не суетиться. ↩︎
5. Оба потерпят поражение и оба будут ранены (两败俱伤, liǎng bài jù shāng) — ситуация, в которой обе стороны несут тяжелые потери, не получая преимущества. ↩︎
6. Не ведая жизни и смерти (不知死活, bù zhī sǐ huó) — безрассудное поведение человека, не осознающего смертельной опасности. ↩︎
7. Каждый поступал по-своему (各行其 есть, gè xíng qí shì) — действовать по своему усмотрению, не считаясь с другими и не координируя действия. ↩︎

Мо Ли — Список глав