— Что случилось? — Е Ли поспешно подошла к ним и, лишь увидев, что Мо Сяобао и Лэн Цзюньхань в целости и сохранности стоят на месте, слегка облегченно вздохнула и обратилась к стоявшим рядом шивэй.
Двое бойцов Цилинь, временно исполнявших обязанности аньвэй, с некоторым сочувствием посмотрели на неопрятную женщину неподалеку, а затем перевели взгляд на своего маленького господина. Даже будучи своими людьми, им было неловко кривить душой и заявлять, будто их маленького господина кто-то обидел.
Е Ли, едва взглянув на аньвэй, поняла, в чем дело, и бросила на Мо Сяобао бесстрастный взгляд. Мо Сяобао ничуть не испугался и даже расплылся перед Е Ли в притворно-милой улыбке. Осмотревшись, Е Ли заметила рядом еще нескольких симпатичных детей семи-восьми лет. Неподалеку от земли, с трудом, поднималась миловидная женщина в ярко-красном одеянии с узором из переплетенных лотосов. На ее одежде расплылось пятно непонятной субстанции, чей странный цвет вызывал одно лишь отвращение. Возле женщины в красном стояла ослепительная красавица в светло-алом платье, она протянула руку, желая помочь той подняться, но была бесцеремонно оттолкнута грубым ударом ладони. Красавица не обиделась, лишь слегка улыбнулась и отошла в сторону.
Е Ли нахмурилась и, наконец, узнала эту женщину в красном, лицо которой казалось ей знакомым. Это была та самая невеста шицзы Муян-хоу, которую она мельком видела много лет назад, ныне Му-шаофужэнь, шицзыфэй Муян-хоу. Вот только та миловидная и утонченная девушка, в которой когда-то сквозила девичья застенчивость, превратилась теперь в замужнюю даму в парадном красном платье, чье величие было отравлено печатью язвительности и злобы.
Едва Му-шаофужэнь поднялась, она тут же замахнулась, чтобы влепить пощечину стоявшей рядом Яоцзи. Хотя Яоцзи и не владела боевыми искусствами, ее танцевальное мастерство считалось непревзойденным в нынешние времена. Ловкости ей было не занимать, стоило руке подняться, как Яоцзи уже уклонилась, подавшись корпусом в сторону.
— Му-шаофужэнь! — Яоцзи отступила на шаг и произнесла глубоким, изменившимся в лице голосом.
Промахнувшись, Му-шаофужэнь еще больше помрачнела.
— Мерзавка! Ты еще смеешь уворачиваться! Думаешь, сейчас всё как дома, когда муж во всем тебя поддерживал?
Яоцзи спокойно посмотрела на нее.
— Я не знаю, может ли Му Ян поддержать меня сейчас, я знаю лишь, что мы находимся во дворце. Если Му-шаофужэнь действительно желает устроить скандал, то в неловком положении окажетесь не только вы, но и весь дом Муян-хоу.
Му-шаофужэнь невольно осеклась. Ей было прекрасно известно, что ее свекор и свекровь больше всего на свете дорожат честью семьи. Что бы ни произошло сегодня, и кто бы ни был виноват, если она опозорится во дворце, ей несдобровать. Однако отпустить Яоцзи просто так ей было нестерпимо больно. Раньше, когда Му Ян был в поместье, он на каждом шагу защищал эту женщину, заставляя законную жену терпеть унижения. Теперь Му Ян, к счастью, отправился на войну, но свекровь, из-за того, что у самой Му-шаофужэнь не было детей, души не чаяла в сыне этой женщины и, разумеется, проявляла к ней долю уважения. К тому же за эти годы Яоцзи стала куда более опасной противницей, ни тайно, ни явно уязвить ее не удавалось. На этот раз Му-шаофужэнь надеялась использовать случай как предлог, но это произошло во дворце, да еще и привлекло внимание Дин-ванфэй.
Окинув полным ненависти взглядом Е Ли и троих детей, она холодно усмехнулась.
— Что такое? Дин-ванфэй пришла, чтобы поддержать эту дрянь? Не знала, что ничтожная наложница нашего особняка Муян-хоу удостоилась такой заботы от Дин-ванфэй.
Е Ли слегка нахмурилась и сухо ответила.
— Му-шаофужэнь принимает желаемое за действительное. Эта Ванфэй пришла сюда лишь на крики, чтобы убедиться, что моему ребенку не грозит опасность.
Говоря это, Е Ли, втайне сокрушаясь, вздохнула. Всего за несколько лет эта Му-шаофужэнь изменилась до неузнаваемости, из расчетливой, но всё же нежной девушки она превратилась в нечто иное. Больше всего Е Ли не понимала, откуда в этой женщине взялась такая ненависть к ней самой.
Хотя Яоцзи вернулась в особняк Муян-хоу с ее подачи, Му-шаофужэнь никак не могла об этом знать. А, во время их единственной встречи в прошлом, Е Ли, как ей казалось, не выказывала явного предпочтения Яоцзи.
— Похоже, с Му-шаофужэнь всё в порядке. Тогда эта Ванфэй не будет вам мешать. Прощайте, — сказав это, Е Ли повернулась к Мо Сяобао. — Живо забирай Цзюньханя и иди сюда. Опять ты повсюду озорничаешь?
Мо Сяобао надул губки, медленно подошел к Е Ли и, задрав голову, произнес.
— Дитя вовсе не озорничает, дитя нашло нового друга. А-нян, я хочу поиграть с ним, — Мо Сяобао указал на стоявшего в стороне ребенка, коим оказался единственный маленький господин особняка Муян-хоу — Му Ле.
Прежде чем Е Ли успела ответить, Му-шаофужэнь издала холодный смешок и пронзительно выкрикнула.
— А у маленького Шицзы дома Дин-вана вкус весьма специфический, бегать по пятам за сыном ничтожной наложницы и проситься с ним поиграть? Неудивительно, что он совсем не знает приличий…
С этими словами она с отвращением взглянула на подол своего верхнего платья, где красовалось пятно неизвестного происхождения. На праздничном и величественном красном наряде знатной дамы оно выглядело вопиюще ярко. Стоявшая рядом Яоцзи потянула ее за руку и прошептала.
— Му-шаофужэнь, следите за словами.
Му-шаофужэнь яростно сверкнула глазами на Яоцзи, и гнев в ее сердце вспыхнул с новой силой. Пятно на ее одежде было делом рук этого маленького шицзы дома Дин-вана, который в своих черных парчовых одеждах выглядел таким послушным и красивым. Изначально она прогуливалась с Яоцзи по саду, попутно используя прием «указывать на шелковицу, а ругать акацию»1, чтобы побольнее уколоть мать и сына. Случайно она увидела двоих детей, одного в белом, другого в черном, играющих на краю сада. Прожив с Му Яном столько лет и не имея детей, она всегда с особой завистью и симпатией смотрела на чужих чад. Разумеется, за исключением Му Ле, рожденного Яоцзи.
Увидев, что дети сидят на корточках, Му-шаофужэнь подошла поближе, желая рассмотреть их. Сопровождавшие Мо Сяобао аньвэй, не заметив в ее действиях злого умысла и увидев знак, поданный их маленьким господином, не стали ей препятствовать. Кто же знал, что стоит ей присесть, даже не коснувшись Мо Сяобао, как из его объятий вырвется некое существо и бросится на нее. Му-шаофужэнь испугалась и попыталась отпрянуть, но зацепилась за что-то под ногами и повалилась на землю. Черный, мокрый и непонятный комок, то ли кошка, то ли собака, несколько раз пробежался по ней и стремительно скрылся. И, это было еще не всё, напугав человека, Мо Сяобао не только не выказал ни капли раскаяния, но и бесцеремонно высмеял ее, после чего принялся весело болтать с Му Ле. Оказалось, что у Мо Сяобао были «уши чутки, а глаза остры»,2 и он слышал все те язвительные слова, которыми Му-шаофужэнь поносила Яоцзи и Му Ле. Поэтому маленький господин Сяобао решил немного «повершить рыцарские дела и постоять за справедливость»3, а заодно и завести друга.
Пока они разговаривали, знатные дамы и сяоцзе, следовавшие за Е Ли, уже подошли к ним. Увидев столь плачевный вид Му-шаофужэнь, все они застыли в изумлении. Под их взглядами Му-шаофужэнь почувствовала смесь стыда и ярости. Она происходила из уважаемой семьи, а после замужества в особняке Муян-хоу привыкла к роскоши и всеобщему почтению. Никогда еще она так не позорилась. В порыве крайнего негодования гнев ударил ей в голову, и она, перестав следить за языком, с вызовом бросила Е Ли.
— Разве я не права? Я всего лишь хотела поздороваться с Шицзы дома Дин-вана, а он довел меня до такого состояния! Если это не отсутствие воспитания, то что же это такое?
Лицо Е Ли помрачнело. Возможно, Мо Сяобао и поступил неправильно, но слова Му-шаофужэнь были чересчур резкими. К тому же, не семье Муян-хоу поучать людей из рода Дин-вана! Все присутствующие дамы и сяоцзе смотрели на растрепанную Му-шаофужэнь как на сумасшедшую.
Прежде чем Е Ли успела открыть рот, Мо Сяобао высунул голову из-за ее спины.
— А-нян, всё было не так, дитя сделало это не нарочно, — в его больших черных глазах заблестели слезинки, и сердца окружавших их дам тут же смягчились в его пользу.
Е Ли с улыбкой наклонилась, погладила сына по голове и спросила.
— И, как же всё было на самом деле? Расскажи няньцинь.
Мо Сяобао обиженно проговорил.
— Я увидел там щенка, который упал в воду, и велел людям вытащить его. Мы с Лэн Сяодаем как раз думали о том, чтобы высушить ему шерстку. И вдруг, эта тётушка подошла сзади и хотела меня похлопать. Я испугался, и щенок выскочил из рук, а потом… Няньцинь, я не хотел пачкать одежду тётушки… Но, эта тётушка очень сердится. Няньцинь, давай возместим ей ущерб и купим новую, хорошо? У меня нет денег, пусть няньцинь заплатит за меня. А когда я вырасту, то обязательно заработаю и всё верну няньцинь.
Глядя на стоящего перед ней красивого ребенка, который не достигал ей и до бедра, и с крайне серьезным видом вел переговоры со своей няньцинь, присутствующие фужэнь и сяоцзе почувствовали, как их сердца смягчились. Если бы они имели то же происхождение, что и Е Ли, то они бы знали одно слово — «моэ».4 Группа живущих в почёте и довольстве5 фужэнь и сяоцзе в одно мгновение была сражена наповал видом этого послушного, милого, доброго и умеющего признавать свои ошибки ребенка.
— Сяо-шицзы, это всего лишь случайность. Уверена, Му-шаофужэнь не будет принимать это близко к сердцу, — тут же поспешил утешить его кто-то из стоявших рядом.
— Правда? — Мо Сяобао поднял голову и посмотрел на заговорившую фужэнь, его большие влажные глаза были полны тревоги.
— Конечно, правда. Одно платье стоит не так уж и много. Сяо-шицзы не стоит беспокоиться, — заверила та фужэнь, совершенно не обращая внимания на пострадавшую сторону, стоявшую неподалеку.
Стоявший в стороне аньвэй посмотрел на Мо Сяобао взглядом, полным восхищения. Их сяо-шицзы в столь юном возрасте уже в совершенстве овладел искусством лжи, умением обходить важное и напирать на пустяки,6 и врать не моргнув глазом. Поистине… безграничные перспективы. Разумеется, если не брать в расчет, что щенок упал в воду только потому, что сяо-шицзы случайно его туда столкнул, если не брать в расчет то, что упал он именно в тот момент, когда Му-шаофужэнь вошла в Императорский сад, и если уж совсем не брать в расчет результат попыток сяо-шицзы высушить щенка, после которых тот стал еще мокрее, да к тому же приобрел пестрый окрас. Строго говоря, их сяо-шицзы даже не соврал.
Глядя на женщин, чьи лица светились состраданием из-за обмана сяо-шицзы, аньвэй лишь тайно покачал головой, вместо того чтобы жалеть их сяо-шицзы, от которого порой вынужден терпеть скрытые убытки7 даже сам ванъе, им лучше было бы пожалеть того самого щенка, который сейчас неизвестно где пытался отмыться.
Е Ли несильно похлопала сына по макушке, внешне это выглядело как утешение, но на деле служило предупреждением вовремя остановиться. Мо Сяобао моргнул и послушно прижался к Е Ли. Левой рукой он тянул Лэн Цзюньханя, а правой Му Ле, приняв вид самого примерного ребенка.
Е Ли посмотрела на побледневшую от гнева Му-шаофужэнь и мягко улыбнулась.
— Мой сын проявил некоторое озорство, прошу Му-шаофужэнь простить его. Сын и Му-сяогунцзы как будто стали старыми друзьями с первой встречи8, так пусть они поиграют вместе какое-то время. Что вы об этом думаете?
На лице Му-шаофужэнь промелькнуло отвращение.
— Му Ле по природе своей строптив, он крайне груб и невежественен, боюсь, он лишь дурно повлияет на Сяо-шицзы, — холодно ответила она.
_______________________________________________-
- указывать на шелковицу, а ругать акацию (指桑骂槐, zhǐ sāng mà huái) — иносказательно поносить одного человека, делая вид, что ругаешь другого. ↩︎
- уши чутки, а глаза остры (耳聪目明, ěr cōng mù míng) — идиома о сообразительности и проницательности ↩︎
- вершить рыцарские дела и стоять за справедливость (行侠仗义, xíng xiá zhàng yì) — благородно заступаться за слабых. ↩︎
- Моэ (萌了, méng le) — сленговый термин, означающий нечто до крайности милое и вызывающее глубокое чувство нежности. ↩︎
- Живущие в почёте и довольстве (养尊处优, yǎng zūn chǔ yōu) — находиться в привилегированном положении и не знать тягот жизни. ↩︎
- Обходить важное и напирать на пустяки (避重就轻, bì zhòng jiù qīng) — умышленно избегать обсуждения главных проблем, переводя разговор на незначительные детали. ↩︎
- Терпеть скрытые убытки (吃闷亏, chī mèn kuī) — быть вынужденным смириться с несправедливым ущербом, не имея возможности открыто пожаловаться. ↩︎
- Как старые друзья с первой встречи (一见如故, yī jiàn rú gù) — почувствовать мгновенную душевную близость при первом же знакомстве. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
