В кабинете императора Лю Цзюшао, руководивший всей поездкой в охотничьи угодья Шанлинь, подробно доложил о случившемся и добавил:
— Правый корпус Четырех гвардейских лагерей насчитывает более пяти тысяч человек. Большинство командиров его подразделений были доверенными людьми Чжоу Сина. В тот день, после того как государь покинул столицу, правый корпус самовольно начал тайно рассредоточивать и перебрасывать войска. Это была подготовка Чжоу Сина к захвату дворца на случай, если покушение на императора потерпит неудачу. Все показания собраны. Остается лишь дождаться решения Вашего Величества.
Закончив, Лю Цзюшао увидел, что император неотрывно смотрит на пламя свечи. Его фигура казалась застывшей, а лицо приобрело легкий серо-синий оттенок.
Лю Цзюшао не осмелился больше поднимать взгляд и опустил голову.
Лишь спустя некоторое время Сяо Ле произнес:
— Ты своевременно распорядился войсками. Твоя верность и храбрость достойны похвалы. Хорошо. Можешь идти. Позже я награжу тебя.
Лю Цзюшао поклонился, поблагодарил императора и вышел.
У дверей кабинета он увидел спокойно ожидавшего Пэй Юаня и поспешил подойти:
— Господин Пэй.
Теперь Лю Цзюшао испытывал к нему почти безграничное восхищение.
Если бы перед поездкой в Шанлинь Пэй Юань не предупредил его и не велел усилить меры предосторожности, при столь тщательно подготовленном покушении и попытке захвата дворца невозможно было бы представить, чем всё закончилось.
Даже теперь, вспоминая о случившемся, Лю Цзюшао ощущал холодный страх.
Пэй Юань слегка кивнул.
Задерживаться у дверей дворцового кабинета было нельзя, поэтому перед уходом Лю Цзюшао тихо сказал:
— Господин, будьте спокойны. Хотя вы не сопровождали государя в Шанлинь, я не осмелился скрыть вашу заслугу и подробно доложил о ней Его Величеству.
Пэй Юань едва заметно улыбнулся.
Лю Цзюшао ушел, а Пэй Юань остался у подножия лестницы. Он поднял глаза к крыше дворца и посмотрел на ряд фигур биши, сидевших на коньке.
Каменные звери стояли ровно. Их суровые морды с выпученными, словно барабаны, глазами надменно взирали на всё, что происходило внизу.
Из дворца вышел служитель и поклонился:
— Господин Пэй, Его Величество вызывает вас.
Пэй Юань отвел взгляд, поднялся по ступеням и вошел внутрь. Подойдя к Сяо Ле, он опустился на колени и совершил поклон.
Император сидел за столом. Серо-синий оттенок еще не сошел с его лица. Он смотрел на стоявшего перед ним на коленях Пэй Юаня и некоторое время молчал.
Пэй Юань тоже не поднимался.
— Юань, Лю Цзюшао только что доложил мне, что перед поездкой в Шанлинь получил от тебя предупреждение.
— Как ты догадался о замысле наследника? Если ты что-то заподозрил, почему не сообщил мне заранее?
— Подними голову и отвечай!
Сяо Ле наконец заговорил. Голос его звучал необычайно тяжело и почти обвиняюще.
Пэй Юань поднял лицо и встретился с его взглядом. Выражение его оставалось спокойным.
— Ваше Величество, прежде я не мог говорить об этом, но сегодня вынужден сказать правду. Причина проста: наследник давно смотрит на меня с непокорными намерениями, и я не мог не принять мер предосторожности.
В кабинете императора воцарилась тишина.
Через некоторое время Сяо Ле снова заговорил:
— Почему ты решил, что наследник не потерпит тебя? Я неоднократно наставлял его. Я был с твоим отцом словно родной брат и хотел, чтобы вы двое тоже…
Голос императора постепенно стал хриплым. Он замолчал, и в его взгляде появилась печаль.
Пэй Юань медленно поклонился до земли.
— Я виноват. Я не исполнил как следует свой долг подданного, позволил наследнику сохранить в сердце узел ненависти и тем самым довел Ваше Величество до такого разочарования.
Сяо Ле промолчал.
Пэй Юань выпрямился, позвал служителя и велел принести вещь, которую захватил с собой.
Служитель внес ее.
Пэй Юань развернул сверток, и император увидел женскую нижнюю одежду. Один рукав был покрыт темными, пожелтевшими пятнами, давно въевшимися в ткань.
Сяо Ле слегка нахмурился:
— Что это?
— Ваше Величество, это одежда, которую моя жена прежде надевала на день рождения матери супруги наследника.
— Вернувшись с того пира, она рассказала мне, что супруга наследника сама велела разлить вино по чашам гостей. Когда очередь дошла до моей жены, она заметила странное движение руки служанки с кувшином. Выпить она не осмелилась и незаметно вылила вино в рукав.
— После этого она вспомнила, как супруга наследника на пиру внезапно обезумела, и, испугавшись, рассказала мне о случившемся.
— Ваше Величество знаете, что я немного разбираюсь в медицине. С детства я изучал лекарства, в том числе средства, пришедшие из-за границ. Меня насторожило это обстоятельство, и я исследовал остатки вина, впитавшиеся в ткань.
— В итоге выяснилось, что это было особое снадобье. После его употребления человек выглядел пьяным, терял рассудок и впадал в состояние безумия.
Лицо Сяо Ле постепенно напряглось.
— Я до сих пор помню, как тогда одежда промокла от холодного пота. Если бы моя жена выпила это вино, последствия невозможно было бы представить.
— Именно с той ночи я вынужден был начать остерегаться. После случившегося супруга наследника, Чжоу Син и императрица Чжоу один за другим вызвали ваше недовольство. Несмотря на глубокую отцовскую любовь, которую Ваше Величество питаете к наследнику, тот всё же мог оказаться втянутым в беду вместе с ними.
— Я позволил себе предположить, что наследник испугался за собственную жизнь и решил действовать первым.
— Что касается нынешней поездки Вашего Величества в Шанлинь, первые подозрения возникли у меня после событий в монастыре Белого журавля. Я лечил Ханьчжэнь, но она говорила уклончиво, а болезнь то усиливалась, то отступала. В ночь перед поездкой ее состояние внезапно ухудшилось настолько, что она потеряла сознание, и я был вынужден попросить разрешения не сопровождать вас.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
