Цзяфу молчала.
Лао Ху всё поняла. Ее лицо стало тяжелым, во взгляде появилась печаль и разочарование. Через некоторое время она глубоко вздохнула:
— Ладно. Тебе пришлось нелегко. Главное, что ты вернулась. Иди.
Цзяфу поклонилась, коснувшись лбом пола, и сказала:
— Бабушка, я знаю, что вы всегда хотели использовать мой брак, чтобы укрепить положение нашей семьи. Так было с браком с домом Вэйго-гуна, и так происходит сейчас. Но если я уже не сохранила невинность, какая достойная семья захочет взять меня замуж? Даже если скрыть это до свадьбы, рано или поздно правда всё равно откроется. Если меня разоблачат, я не только не помогу дому Чжэнь, но и навлеку на нашу семью позор и вражду.
Цзяфу глубоко вдохнула и продолжила:
— Поэтому я осмеливаюсь просить вас больше не устраивать мой брак. Я не хочу выходить замуж. Прошу вас, не принуждайте меня.
Это был первый раз в жизни, когда Цзяфу осмелилась сказать бабушке подобные слова.
Старуха была поражена и одновременно рассержена. Она нахмурилась:
— Разве так разговаривают с бабушкой? Да, когда я подыскивала тебе подходящего жениха, я думала и о выгоде для дома Чжэнь. Но все семьи, которые я рассматривала, были достойными. Ты тоже моя внучка. Неужели я стала бы бездумно выдавать тебя замуж?
Она внимательно посмотрела на Цзяфу:
— Тебе не повезло, но даже если ты утратила невинность, это еще не значит, что всё нельзя скрыть. Зачем же ты так отчаиваешься? Девушка должна выйти замуж. Неужели ты собираешься всю жизнь прожить в родительском доме и состариться в одиночестве? Какой в этом смысл?
Цзяфу со слезами на глазах ответила:
— Простите внучку за непочтительность. Если бабушка снова станет устраивать мой брак, я постригусь и уйду в монастырь!
Лао Ху пришла в ярость и уже собиралась отругать ее, когда за дверью послышались торопливые шаги.
Слуга остановился снаружи и сказал:
— Госпожа, госпожа Мэн велела мне срочно передать, что в доме появился знатный гость!
Лао Ху сдержала гнев и повернула голову:
— Из какой семьи прибыл этот гость?
Слуга ответил:
— Говорят, приехал старший сын дома Пэй из столичной резиденции Вэйго-гуна!
Лао Ху замерла.
После короткого сомнения она поднялась со своего места:
— Зачем он приехал? Скорее пригласите его внутрь.
С этими словами она оставила Цзяфу и поспешно вышла.
Старая госпожа Ху переоделась в достойную одежду, взяла трость и вместе с мамушками и служанками направилась в парадный зал. Издалека она увидела госпожу Мэн, ожидавшую ее у боковой галереи.
Увидев свекровь, госпожа Мэн поспешно вышла ей навстречу и помогла идти.
— Мы никогда прежде с ним не общались. С чего бы старшему сыну дома Пэй вдруг являться к нам без всякой причины? — тихо спросила Лао Ху, направляясь внутрь.
Госпожа Мэн тоже выглядела озадаченной:
— Я и сама не знаю. Когда Чжан Да сообщил, что старший сын приехал с подарками, я решила, что он что-то перепутал. В прошлом году, когда я отвозила Яотина и А-Фу в столицу, он как раз вернулся, чтобы поздравить старую госпожу дома Пэй с днем рождения. Мы встречались один или два раза. Старший сын был очень вежлив, но мы лишь обменялись парой приветственных фраз. Я и представить не могла, что сегодня он лично явится к нам.
— Его уже приняли?
— Да. Чжан Да и Яотин сопровождают его в гостевом зале.
Пока свекровь и невестка разговаривали, они переступили порог и вошли внутрь.
Лао Ху подняла глаза и увидела мужчину в темной одежде. Его пояс был украшен нефритовыми вставками. Он обладал красивой, статной внешностью и мягкими манерами. На вид ему было немногим больше двадцати, но взгляд оставался необычайно спокойным и зрелым.
Пэй Юань сидел на почетном месте и слушал, как Чжэнь Яотин рассказывает о нравах, обычаях и выдающихся людях Цюаньчжоу. Иногда он задавал короткие вопросы, а затем улыбался.
Лао Ху сразу поприветствовала гостя:
— Какими ветрами занесло к нам столь почетного гостя? Старший сын Вэйго-гуна лично посетил наш скромный дом — это для нас большая честь. Простите, что заставила вас ждать.
Увидев вошедшую госпожу Мэн, которая помогала пожилой женщине в роскошной стеганой куртке, Пэй Юань понял, что перед ним, должно быть, бабушка Цзяфу.
У старой госпожи Ху были густые брови и широкий лоб. Ее проницательный взгляд и властная осанка выдавали главу семьи, привыкшую отдавать распоряжения.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
