Тихий переулок был залит красным светом фонарей. На снегу, жалобно завывая, лежала лошадь. Слуги из поместья принцессы, услышав шум, поспешили наружу, чтобы осмотреть и коня, и наездницу.
Они увидели, что принцессу держит в объятиях опустившийся на колени Второй молодой господин Янь. Волосы и одежда принцессы были сплошь в снегу, будто её только что откопали из сугроба.
Слуги из поместья принцессы не осмелились задавать лишних вопросов и поспешили успокоить лошадь. Спустя еще некоторое время, наконец, подоспели Фантун и остальные. Увидев, что принцесса не умчалась прочь в порыве отчаяния, а догадалась вернуться в резиденцию, они облегченно вздохнули.
Янь Шан по-прежнему крепко обнимал Му Ваньяо. Его сердце гулко стучало, и Му Ваньяо отчетливо это слышала. Она моргнула и подняла голову от его груди.
Му Ваньяо несколько раз кашлянула, поперхнувшись снегом. Только тогда Янь Шан пришел в себя и помог ей подняться с земли. Обхватив её за спину, он придерживал её, словно заключая в объятия. Обычно Янь Шан никогда не позволял себе подобной близости с Му Ваньяо на людях, но сегодня сделал исключение, и слуги предпочли этого не замечать.
Янь Шан поддерживал Му Ваньяо за локоть, его дыхание касалось её уха, а её шпилька-буяо1 едва не коснулась его губ.
В тишине морозной снежной ночи, когда всё вокруг сковал холод, только его голос звучал по-прежнему мягко:
— Ты нигде не ушиблась при падении? Рука не болит? Ногу не придавило? Дянься, попробуй сделать два шага, хорошо?
Му Ваньяо упала с лошади, и у неё болела и голова, и спина, но, оказавшись в его объятиях, она доверилась его поддержке и, слушаясь его слов, послушно сделала два шага.
Её немного пошатывало.
Голос Му Ваньяо звучал очень тихо, с оттенком обиды:
— Нога болит.
Он тут же присел, желая осмотреть рану. Му Ваньяо посмотрела на него сверху вниз и увидела, что его рука уже потянулась к подолу её юбки, но он, словно внезапно вспомнив о приличиях, замер. Он поднял на неё взгляд, и Му Ваньяо посмотрела в ответ своими темными глазами.
Её сердце было полно опустошения, а вокруг расстилались лишь лед и снег, но, увидев его таким, она не удержалась — поджала губы и, лукаво сощурив уголки глаз, стала украдкой наблюдать за ним.
Заметив её взгляд, Янь Шан слегка смутился. Он поднялся, всё еще поддерживая её, и повел в сторону поместья, приговаривая:
— Давай позовем придворного лекаря осмотреть тебя, хорошо?
Му Ваньяо покачала головой: в этот вечер ей больше не хотелось видеть никого из дворца. Янь Шан беспокоился, что она действительно ранена, и нахмурился, раздумывая, как убедить её показаться врачу, но вдруг почувствовал холод на лбу.
Му Ваньяо протянула руку и коснулась пальцем его лба. Она спросила:
— Почему ты не ругаешь меня?
Янь Шан смотрел под ноги, помогая ей подниматься по ступеням:
— За что мне тебя ругать?
Му Ваньяо опустила голову:
— Я скакала так быстро, да еще и отвлеклась, а из-за того, что я была невнимательна, я упала и заставила тебя так переживать. Почему ты не отчитаешь меня, не скажешь пару резких слов? Почему не скажешь, что у меня ужасный характер и я совсем не считаюсь с вами?
Янь Шан посмотрел на неё, помедлил мгновение и мягко произнес:
— Дянься и так больно от падения, зачем же мне еще и ругать тебя? Должно быть, тебя что-то гложет? Хочешь мне рассказать?
Му Ваньяо посмотрела на него и медленно покачала головой.
Она не хотела, чтобы он знал о её прошлом; ей хотелось казаться в его глазах безупречно чистой.
Янь Шан на мгновение замолчал, а затем нежно произнес:
— Тогда мне остается лишь бесконечно надеяться, что Дянься больше никогда не придется терпеть обиды.
К этому времени они уже вошли в дом. Му Ваньяо и сама не знала, насколько серьезны её травмы. Наверное, не очень? Ведь она могла идти. К тому же Янь Шан поддерживал её, и все её мысли были сосредоточены на его руке, сжимавшей её локоть, и на его теле, прижатом к её спине, — его кожа была немного прохладной.
Му Ваньяо подумала: почему он такой холодный? Неужели он всё это время стоял на улице в такой снегопад? И зачем он там стоял?
Опустив голову, Му Ваньяо даже не заметила, что всё её поместье увешано фонарями.
Она только слышала, как он беспрестанно повторяет над ухом «Дянься» да «Дянься», и произнесла с досадой:
— Почему ты обычно никогда не называешь меня «Яо-Яо»? Потому что я когда-то запретила тебе это делать, и ты больше не смеешь?
Янь Шан на мгновение замер, прежде чем ответить:
— Я боюсь, что если привыкну, то случайно назову тебя так при людях… и это вызовет недоразумения.
Му Ваньяо повернула голову и уставилась своими черными глазами в его благородное и красивое лицо:
— Какие недоразумения? Ты не хочешь, чтобы твои друзья и коллеги знали о наших отношениях?
Янь Шан посмотрел на неё и через некоторое время ответил:
— …Дело не в том, что я не хочу. Этого не хочешь ты.
Му Ваньяо застыла, а затем опустила глаза. Она подумала: «Так вот оно что».
Какая же она плохая.
- Буяо (步摇, bùyáo) — традиционное китайское женское украшение для волос, шпилька, навершие которой дополнено подвесками, раскачивающимися в такт шагам. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
