Если разобраться, положение Чуньхуа было гораздо тяжелее, чем у принцессы.
Клонилось к вечеру, солнце светило тускло. Янь Шишэн сидел на корточках под галереей и махал веером, готовя отвар для принцессы и то и дело кашляя от едкого дыма. Служанки, прислуживавшие внутри, видели сквозь занавес труды второго молодого господина Яня и про себя вздыхали: до чего же второй молодой господин Янь хороший человек.
Однако на душе у них было неспокойно, ведь принцесса пребывала в забытьи и всё никак не приходила в себя.
Пока служанки горевали, Янь Шишэн вошел в комнату, неся чашу с лекарством. Кашляя, он проговорил:
— Поднесите это лекарство Дянься. Мы обычно пьем такой отвар, чтобы справиться с ядовитым туманом1. Если он подействует, то Дянься, быть может, придет в себя еще до того, как придет лекарь.
Служанки приняли из его рук чашу и принялись благодарить:
— Ланцзюнь, ты хлопочешь с самого вчерашнего возвращения и за всю ночь глаз не сомкнул, ступай скорее отдохни.
Янь Шишэн мягко ответил:
— Когда Дянься выпьет лекарство и мое сердце успокоится, я уйду.
Служанки кивнули и понесли отвар, чтобы напоить Му Ваньяо. Янь Шишэн помедлил, но не стал уходить, а последовал за ними в личные покои — очевидно, он тоже хотел увидеть, как она. Девушки лишь удивленно оглянулись на него, но, вспомнив, что он из местных, препятствовать не стали.
В конце концов, он был столь мягким и добрым ланцзюнем, что ни у кого не поднялась бы рука прогнать его из покоев принцессы.
Служанки присели у края кровати, пытаясь напоить принцессу, а Янь Шишэн наблюдал за ними сквозь полог. Он видел, как они перешептываются; одна за другой они отступали, но ни одной так и не удалось влить в неё лекарство. Глаза Янь Шишэна, стоявшего позади, блеснули, однако он был посторонним мужчиной, и то, что ему позволили здесь находиться, уже само по себе было немалым, поэтому он не решался что-либо говорить.
Наконец служанки отодвинули занавес и вышли с чашей, огорченно произнеся:
— Ланцзюнь, ничего не выходит, принцесса не желает пить лекарство.
Янь Шишэн спросил:
— Позволите ли сяошэню взглянуть?
Одна из служанок помедлила, но, решив, что Янь Шишэн всё равно ничего не сможет сделать, передала ему чашу. Остальные же, посовещавшись, направились к выходу из покоев, причитая:
— Так нельзя, нужно поторопить людей, пусть лекарь придет скорее.
«Проблема вашей Дянься в том, что она не хочет пить отвар, какой прок звать лекаря?» — подумал про себя Янь Шишэн.
Подхватив полы халата, Янь Шишэн отодвинул занавес и опустил взгляд на девушку, лежавшую в постели.
Её глаза были закрыты, длинные волосы, густые, словно черная тушь, рассыпались по подушке. От жара лицо раскраснелось, будто покрытое румянами, и выглядело неописуемо нежным и прекрасным. Она спала под пологом, но, должно быть, внезапно почувствовав чужой пристальный взгляд, открыла глаза.
Густые ресницы дрогнули, и черные, как чистая тушь, глаза туманно воззрились на Янь Шишэна.
Она казалась такой послушной и хрупкой.
Янь Шишэн почувствовал, как в груди разливается жар, и заставил себя не думать о лишнем. Он тихо спросил:
— Дянься, ты очнулась?
Му Ваньяо лишь смотрела на него, не произнося ни слова.
Янь Шишэн краем глаза глянул на стоявших снаружи служанок и осторожно поднес к её губам ложку с отваром. Как и говорили девушки, она плотно сжала губы, наотрез отказываясь пить. После нескольких попыток Янь Шишэн едва заметно улыбнулся и, не говоря ни слова, улучил момент, когда служанки отвернулись: он быстро выхватил из рукава кусочек сахара и поднес к её губам.
Глаза Му Ваньяо чуть расширились, став круглыми, точно у кошки.
И она действительно открыла рот, чтобы съесть сладость.
Янь Шишэн всё понял. Он присел у края ложа и, глядя, как она ест сахар, негромко заговорил:
— …Дянься, я дал тебе сахара втайне от твоих служанок, ты не должна меня выдавать. Раз съела мой сахар, то выпей и лекарство. Иначе в следующий раз сладостей не получишь, хорошо?
Му Ваньяо опустила веки и лишь перекатывала сахар за щекой, не обращая на него внимания.
Янь Шишэн не знал, намерена ли она его слушать. Он снова попытался дать ей лекарство, но она вдруг отвернулась, по-прежнему отказываясь пить.
— Дянься? — позвал Янь Шишэн.
- Ядовитый туман (瘴毒, zhàngdú) — вредоносные испарения, характерные для влажных южных регионов, вызывающие лихорадку и болезни. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
