Они сидели в одной повозке, но внутри были не только Му Ваньяо и Янь Шан. Добавился ещё один чиновник, и в повозке сразу стало тесно.
К тому же, этот чиновник был вне себя от восторга, впервые оказавшись в повозке принцессы Даньян. Он болтал без умолку, явно намереваясь проговорить с Му Ваньяо весь путь:
— Дянься сегодня выглядит великолепно, являя собой всё величие нашей великой державы.
— Почему Дянься пригласила в свою повозку ничтожного слугу вроде меня? Неужели Дянься знает меня? Последний раз я видел Дянься три года назад, когда вы только вернулись в Чанъань…
Му Ваньяо нетерпеливо помахивала круглым веером, нагоняя прохладу. Лицо её было холодным — своим видом она старалась заставить чиновника замолчать. Просто сиди смирно в повозке, к чему столько слов?
Но тот не умел читать по лицам и продолжал без остановки щебетать с принцессой.
В сравнении с ним Янь Шан казался необычайно тихим.
Му Ваньяо взглянула на Янь Шана и увидела, что он сидит напротив, опустив голову. Слушая, как чиновник докучает ей, Янь Шан едва заметно улыбался уголками губ. Му Ваньяо сердито уставилась на него, и он, словно почувствовав её пристальный взор, поднял глаза и, прежде чем чиновник успел начать новую тему, вставил:
— Скоро будем у резиденции Цинь-ван-дянься.
Му Ваньяо тут же ухватилась за возможность:
— Неужели Секретариат собирается наказать Цинь-вана? Он два месяца удерживал моих людей, прежде чем отпустить, его следовало бы проучить как следует!
Словоохотливый чиновник тут же заверил Му Ваньяо, ударив себя в грудь:
— Будьте спокойны, Дянься, мы двое как раз везём указ, чтобы призвать Цинь-вана к ответу. По меньшей мере ему придётся в ближайшее время сидеть взаперти и размышлять о своих проступках.
Му Ваньяо продолжила:
— Он управляет тремя ведомствами, и если он будет в опале, в делах этих ведомств наверняка могут возникнуть трудности. Думаю, Секретариат мог бы воспользоваться случаем и присмотреться повнимательнее. Если нужно, я могу порекомендовать нескольких чиновников…
Молодой чиновник понял её желание расставить своих людей и улыбнулся:
— Подобные пустяки… Если у Дянься есть кто-то на примете, Секретариат рассмотрит эти предложения.
Му Ваньяо пришла в восторг.
И какая польза от того, что Янь Шан служит в Секретариате? Никакого содействия в личных делах, ни в чём не поможет. За полгода, что он там провёл, Му Ваньяо не получила никакой выгоды, разве что узнавала о государственных переменах чуть раньше остальных.
А этот молодой чиновник, едва вернувшись в столицу, запросто пообещал ей небольшую услугу.
Му Ваньяо улыбнулась, перестала махать веером и даже немного подалась к нему:
— Позвольте спросить, как величать вас, ланцзюнь?
Красота принцессы была ослепительной, а в глазах мерцали озёрные блики. Молодой чиновник тут же смутился:
— Фамилия вашего слуги — Цзян.
— О? — протянула Му Ваньяо. — Не тот ли вы ланцзюнь из знатного рода Цзян из округа Цинхэ?
— Именно так.
Му Ваньяо лучезарно улыбнулась:
— Я так и знала. Одна из моих двоюродных сестёр вышла замуж в вашу семью. Мы не виделись много лет, как ей живётся в Цинхэ?
Так они наконец нашли тему для разговора. Янь Шан, видя, как принцесса столь открыто заискивает ради выгоды, лишился слов. Он попытался кашлянуть, предостерегая её, но Му Ваньяо бросила на него грозный взгляд, веля не мешать ей заниматься важным делом.
Поначалу содержание их беседы казалось Янь Шану допустимым, но разговор становился всё глубже, они уже принялись обсуждать будущие перестановки при дворе… Видя, что эти двое потеряли рассудительность, Янь Шану пришлось вмешаться и стать тем самым «третьим лишним»:
— Цзян-лан, не стоит разглашать планы Секретариата.
Молодой человек опешил, осознав, что Му Ваньяо вытянула из него лишнее. А Му Ваньяо яростно посмотрела на Янь Шана, всем видом показывая, как ей досадно из-за его вмешательства.
За этими препирательствами они доехали до резиденции Цинь-вана. Чиновники покинули повозку: сначала молодой Цзян, затем Янь Шан. Прежде чем выйти, Янь Шан обернулся. Он колебался и, видя её ледяное, мрачное лицо, слегка потянул её за рукав.
— Дянься, я ведь желаю тебе блага… — негромко произнёс он.
Му Ваньяо смерила его надменным взглядом и холодно усмехнулась:
— Янь Шан, ты у меня дождёшься.
Янь Шан вздохнул, решив, что на этом всё.
Однако Му Ваньяо внезапно подалась вперёд и стремительно прикусила его за ухо. Его лицо густо покраснело, он замер от ужаса и резко обернулся, боясь, что стоящий снаружи чиновник мог это увидеть.
Му Ваньяо вновь коснулась его уха, прошептав приторно-сладким голосом:
— Жди меня в постели.
Янь Шан: — …
Она с силой оттолкнула его, отчего он пошатнулся и, спотыкаясь, вывалился из повозки. Он поднял глаза: Му Ваньяо прикрыла лицо веером, оставив лишь глаза, подобные осенним водам1, которые смотрели на него с манящим блеском. Его кадык дёрнулся. Поразившись тому, что в нём вмиг пробудилось вожделение, он поспешно отвёл взор, не смея более смотреть на неё.
Повозка принцессы неспешно укатила. Янь Шан привёл мысли в порядок и, почувствовав, что вновь владеет собой, обратился к молодому чиновнику.
- Осенние воды (秋泓, qiūhóng) — образное описание ясных, чистых и глубоких глаз. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
