Янь Шан съехал из собственного поместья и поселился в уездной управе.
То, что хозяин покинул собственный дом, дабы не стеснять гостью, воистину не укладывалось в голове.
Му Ваньяо узнала о переезде Янь Шана в управу ранним утром, когда сидела у окна, составляя цветочную композицию.
Цю Сы, во все глаза наблюдавшая за принцессой, заметила, что та лишь на мгновение замерла, а затем как ни в чем не бывало продолжила свое занятие.
Если это известие и задело Му Ваньяо, то лишь мимолетной тенью горькой насмешки и одиночества, промелькнувшей в глубине ее глаз.
Му Ваньяо прекрасно понимала: это и есть ответ Янь Шана.
Он беспокоился о ней, он непременно хотел ее увидеть, но стоило ей его поцеловать, как он счел это неправильным. Он предложил обсудить их проблемы позже, и вот оно, его «позже» — добровольный уход и полное нежелание иметь с ней дело.
Он не осмеливался переступить озеро Лэйчи ни на шаг и взирал на неё, словно на великое наводнение и лютых зверей. Стоит ли ей в таком случае тешить себя напрасными надеждами? Если в этом мире не станет Янь Шана, найдется множество Чжао Шанов, Цянь Шанов, Сунь Шанов и Ли Шанов. Мужчины — существа такие: пока власть в твоих руках, не всё ли равно, скольких похожих ты себе найдешь.
Однако, когда Пэй Цин вновь заговорил с Му Ваньяо об отъезде из Наньяна, она по-прежнему ответила отказом.
Му Ваньяо твердо решила дождаться старого придворного лекаря, выехавшего из Чанъани. Только когда тот осмотрит глаза Янь Шана и она убедится, что с ними всё в порядке, она покинет Наньян.
Пэй Цин видел непреклонность принцессы. Он не знал, что Му Ваньяо терзается из-за возможного вреда, нанесенного здоровью Янь Шана в темнице, и полагал, будто принцесса просто никак не может забыть Второго молодого господина Янь.
На сердце у Пэй Цина было горько, но он не мог противиться воле принцессы.
В конечном счете, принцесса была его правительницей, а он — её подданным. И хотя они считались женихом и невестой, на деле он был призван служить ей, а не воображать себя ее настоящим мужчиной.
Пэй Цин всегда осознавал: принцесса — это власть, а имперская власть превыше всего. Даже если бы принцесса сейчас не просто тосковала по Второму молодому господину Янь, а открыто привезла его в свое поместье и содержала на глазах у мужа после свадьбы, Пэй Цин не посмел бы сказать ни слова.
Возможно, в подлунном мире и встречались пары, чьи отношения напоминали гармонию циня и сэ1, однако подобное редко случалось между принцессой и фума.
Пэй Цин, как и все прочие фума, был вынужден чутко ловить каждое изменение в выражении лица Му Ваньяо, выживая под гнетом имперского величия. К тому же принцесса снизошла до брака с ним лишь ради того, чтобы обеспечить ему чин — как он мог сметь выказывать недовольство?
Но Пэй Цин искренне любил принцессу и всем сердцем желал, чтобы она оставила мысли о Втором молодом господине Янь и хотя бы раз взглянула на него самого.
Он не смел говорить об этом с принцессой, но мог прийти к Янь Шану и заставить того отступить.
Ведь сейчас Пэй Цин был чиновником шестого ранга, а Янь Шан — лишь уездным начальником седьмого. Пэй Цин служил в столице, тогда как Янь Шан был мелким чиновником в провинции.
Пэй Цин отправился в управу, где теперь жил Янь Шан, чтобы поговорить с ним о принцессе.
Янь Шан как раз собирался уходить на встречу с цыши для обсуждения борьбы с разбойниками, когда Пэй Цин явился с визитом и преградил ему путь в галерее заднего двора управы. Сопровождавший Янь Шана Юньшу, услышав, что говорит этот Пэй-ланцзюнь, мгновенно вспыхнул от гнева. Их ланцзюнь уже и так съехал в управу, чего еще этому Пэй-ланцзюню нужно, как еще сильнее им избегать встреч?
Лицо Янь Шана залила краска стыда и негодования; слова Пэй Цина вызвали в нем невольную мучительную досаду. Ведь у них с Му Ваньяо было… а теперь к нему явился ее настоящий жених.
Он поступил столь неподобающе, нарушив все свои жизненные принципы, что от жгучего стыда Янь Шан готов был хоть сейчас броситься головой о стену.
Помолчав немного и справившись с собой, Янь Шан неловко и тихо произнес:
— Пэй-ланцзюнь, не беспокойся. Пока Ее Дянься остается в Наньяне, я больше ни за что не встречусь с ней, чтобы не доставлять хлопот ни принцессе, ни тебе. Мое поместье остается в вашем распоряжении, и, если вам что-то понадобится, просто скажите слугам, меня извещать не нужно. В ближайшее время я буду занят уничтожением разбойников и большую часть времени проведу в разъездах, так что ланцзюнь… может быть спокоен.
Пэй Цин отдал должное благородству Янь Шана.
Однако он все же помедлил и спросил:
— Я слышал, у ланцзюнь есть невеста, правда ли это?
Янь Шан вздохнул, подумав о той незнакомой девушке, которую видел лишь мельком издалека, а теперь вынужден использовать как щит. Он подтвердил, что это так.
Тогда Пэй Цин потребовал:
— Раз у ланцзюнь есть невеста, почему бы тебе не сыграть свадьбу поскорее, чтобы Ее Дянься окончательно оставила свои надежды? Боюсь, пока ты не отсечешь последнюю возможность, принцесса так и не даст тебе покоя.
Янь Шан замер и долго хранил молчание.
Поддерживавший его Юньшу в конце концов не выдержал и громко воскликнул:
— Пэй-ланцзюнь, не слишком ли вы давите на людей? Наш ланцзюнь только недавно обручился, разве не нужно время на подготовку к свадьбе? Наш ланцзюнь — видный чиновник здесь, в Наньяне, как может его женитьба быть столь поспешной лишь из-за ваших опасений? Разве нашему ланцзюню не нужно известить родителей и братьев? Вы сами не можете совладать с принцессой, а принуждаете к свадьбе нашего ланцзюня!
Пэй Цину стало стыдно, однако он продолжал упорно смотреть на Янь Шана, вновь обратившись к нему с мольбой.
Янь Шан негромко промолвил:
— …Я не могу жениться.
Пэй Цин поспешно перебил:
— Вы боитесь, что это будет неуважительно по отношению к вашей невесте? Неужели вы думаете, что присутствие моё и Ее Дянься может вас опозорить?
Янь Шан нахмурился.
- Гармония циня и сэ (琴瑟和谐, qín sè hé xié) — образное выражение, означающее супружеское согласие и любовь, подобно слаженному звучанию двух струнных инструментов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
