Той ночью, когда Му Ваньяо с чашей лекарства в руках пришла навестить Янь Шана в его покои, при свете одинокой лампы Янь Шан сидел и разговаривал с сыном Фантуна.
Му Ваньяо постучала в дверь снаружи.
Изнутри донесся мягкий голос Янь Шана:
— У меня еще есть важные дела, вы приходите завтра.
Му Ваньяо не стала ждать и вошла прямо в комнату:
— Какое еще «вы»? Это я. Разве мне нельзя войти просто так? К чему эта ложная вежливость?
Янь Шан потер переносицу и тихо произнес:
— Моя ложная вежливость тебя все равно не остановила.
Он говорил непринужденно.
Сидевший рядом мальчик был крайне удивлен. Он и не подозревал, что второй господин Янь, обладавший на редкость кротким нравом, может так дерзить Му Ваньяо. Ребенок со страхом посмотрел на принцессу, которая обычно привычно не обращала на них внимания, но та, услышав слова второго господина Яня, лишь приподняла бровь, не выказав и тени гнева.
Му Ваньяо села и фыркнула, глядя на ребенка рядом с Янь Шаном:
— Ты чего здесь засиделся? Сам не заметил, как из тебя вытянули все секреты. А ну марш к а-де!
Лицо Янь Шана слегка окаменело. Мальчик, испытывавший перед принцессой одновременно и робость, и обожание, едва услышав приказ Му Ваньяо, тут же умчался прочь. Му Ваньяо, опустив голову, поставила чашу с лекарством на столик перед Янь Шаном. Пользуясь тем, что его глаза плохо видели, она даже не пыталась скрываться — прямо у него на глазах капнула в чашу несколько капель снадобья.
Она непринужденно помешивала ложкой лекарственную кашу, смешивая ее с добавленным соком.
Янь Шан продолжал вполголоса:
— Какие еще «секреты»? Что за глупости ты говоришь при ребенке?
Помешивая лекарство, Му Ваньяо беззаботно улыбнулась:
— Я же не дура. Только утром я позволила тебе увидеться с сыном Фантуна, а вечером этот ребенок уже сидит в твоей комнате и ласково зовет тебя «гэгэ». Я не смею недооценивать твое обаяние, второй господин Янь, перед которым не устоят ни мужчины, ни женщины, ни старые, ни малые. Сейчас ты заперт здесь и не знаешь вестей извне, поэтому даже то, что может сболтнуть ребенок, для тебя крайне важно.
Она наклонилась к нему с улыбкой:
— Я ведь права, второй старший брат Янь?
Янь Шан долго хранил молчание.
Му Ваньяо тихо рассмеялась. Она нежно прильнула к нему, коснувшись головой его плеча. От ее смеха он отвернул шею и, чувствуя себя крайне неловко, попытался отстраниться, но она перехватила его руку. Ее пальцы мягко поглаживали его запястье. Янь Шан замер, внезапно почувствовав, что теряет самообладание.
Он подогнул ноги, меняя позу.
Му Ваньяо прижалась лбом к его плечу, наблюдая за всем из-под полуопущенных век. В ее сердце заиграло торжество. Голос ее звучал хрипло и нежно:
— И ты даже не отрицаешь. Даже не попытаешься меня обмануть, сказав, что просто любишь детей и не замышляешь ничего дурного?
Янь Шан тихо ответил:
— Даже если у меня и были свои цели, я не замышлял зла. И этот ребенок мне действительно симпатичен.
— Если хочешь что-то узнать, зачем выпытывать это у ребенка? Спроси меня напрямую, — предложила Му Ваньяо.
Янь Шан вздрогнул и склонил голову, словно «глядя» на нее:
— И ты мне скажешь?
Му Ваньяо закрыла глаза и едва заметно улыбнулась:
— Если развеселишь меня, то скажу.
Янь Шан негромко промолвил:
— Так, значит, Дянься решила заняться обхождением с гостями-покровителями1?
Му Ваньяо подняла на него взгляд:
— За последние два дня ты колко подшучивал надо мной чаще, чем за все время нашего знакомства.
Янь Шан покраснел и попытался вырвать руку из ее ладони, но она не отпускала, и он оставил эти попытки.
— Я никогда не позволяю себе дурно отзываться о людях, — произнес он. — Просто у Дянься слишком толстая кожа, по отношению к вам нельзя проявлять снисходительность.
— Неужели я такая плохая? — с улыбкой спросила Му Ваньяо.
— А ты разве не знаешь? — парировал Янь Шан.
Му Ваньяо закинула голову, глядя на него снизу вверх, пока он сидел, опустив лицо. Ей было жаль, что он сейчас не видит — вот было бы забавно. Впрочем, и в его слепоте была своя прелесть. Му Ваньяо небрежно пододвинула чашу с кашей к нему.
— Пей кашу и принимай лекарство, — сказала она.
Янь Шан нахмурился:
— Что ты даешь мне пить каждый день? У этого странный вкус. Я не болен, мне это ни к чему. После твоего лекарства я всегда чувствую какое-то беспокойство.
«Это все восстанавливающие силы средства, — подумала Му Ваньяо. — Если бы ты не чувствовал беспокойства, я бы всерьез заподозрила у тебя слабость почек».
Она рассмеялась:
— Просто я не могу смотреть на то, какой ты худой. Давай так: ты выпьешь лекарство, а я отвечу на несколько твоих вопросов, идет?
После секундного колебания Янь Шан протянул руку, чтобы нащупать чашу на столике. Му Ваньяо перехватила его ладонь, не давая прикоснуться. Как только он коснулся края, она ловко перехватила чашу, зачерпнула ложку, а затем набрала лекарство в рот, чтобы передать его ему. Янь Шан замер и долго не разжимал губ, а Му Ваньяо, теребя его рукава, жалобно захныкала и заластилась к нему.
- Обхождение с гостями-покровителями (恩客, ēnkè) — термин, обозначающий богатых покровителей куртизанок; здесь Янь Шан иронично сравнивает поведение принцессы с оказанием услуг за вознаграждение. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
