В душе Вэй Шу возникло странное чувство отрешенности, он вспомнил один из канунов Нового года много лет назад, который он провел вместе со вторым старшим братом Янь и принцессой.
Только в то время принцесса и второй старший брат Янь еще не были парой открыто; тогда Дянься сидела рядом с ним, словно намеренно отдаляясь от второго старшего брата Янь, чтобы избежать подозрений.
Однако на этот раз все было иначе.
Теперь Му Ваньяо могла открыто прильнуть к плечу Янь Шан и склонить на него голову, не опасаясь сплетен и пересудов.
На лице Вэй Шу появилась безмятежная улыбка, и он негромко вздохнул:
— Как хорошо.
Янь Шан посмотрел на него; его глаза, черные как ночь, были полны заботы.
Вэй Шу искренне произнес:
— Я очень рад, что второй старший брат и Дянься поженились.
Янь Шан слегка смутился; он сложил руки в приветственном жесте, не зная, что ответить. Му Ваньяо же открыто улыбнулась, а уголки ее глаз тронул румянец:
— Мне тоже кажется, что это прекрасно.
Она вздохнула:
— Раньше я была молода и глупа. Думала, что замужество — это нечто ужасное. Твой второй старший брат тогда каждый день твердил наставления, торопил со свадьбой, а я все отказывалась. В то время мне казалось, что брак никак на нас не повлияет. Неужели отсутствие брачного свидетельства могло бы изменить наши чувства?
Она продолжила с искренностью:
— Только теперь я поняла, как важен официальный статус. Второй старший брат Янь избавил меня от страха перед браком, показал мне, что не все мужчины одинаковы. Он развеял многие мои опасения…
Ей хотелось сказать, что она больше не боится мужских поцелуев в темноте, зная, что это Янь Шан; она не боится его объятий со спины в моменты близости, ведь он так нежен; она не боится мужской властности, потому что Янь Шан никогда не проявит её к ней.
Цзюньцзы подобен воде, высшая добродетель — словно вода. Янь Шан и был таким цзюньцзы — подобным воде. Каждый день он обдумывал свои слова и поступки, истязая себя самодисциплиной, уподобляясь святому мудрецу, и Му Ваньяо наслаждалась плодами этого.
Поскольку это достоинство было столь велико, она могла примириться с другими его недостатками — например, с его всеобъемлющей любовью ко всему сущему или с его многочисленными друзьями.
Му Ваньяо тихо добавила:
— Пока мы не стали супругами, мы не были семьей, и между нами всегда оставалась преграда. Лишь став родными людьми, твой второй старший брат смог по-настоящему принять меня и начать со мной полноценную жизнь.
— Знаешь, до свадьбы он всегда спал, повернувшись ко мне спиной… М-м!
Ее рот внезапно заткнули кусочком очищенного фрукта.
Она возмущенно уставилась на мужа, а Янь Шан сказал:
— Ешь спокойно и не болтай чепухи.
Му Ваньяо понимала, что он не хочет обсуждать личное. Проглотив мякоть фрукта, она бросила на Янь Шан еще один взгляд и пожаловалась, словно маленькая девочка:
— Твой второй старший брат Янь просто неисправимый упрямец.
Вэй Шу улыбнулся.
Му Ваньяо, как и все счастливые в браке люди, считала замужество великим благом и желала окружающим такого же счастья.
Она с воодушевлением наклонилась к Вэй Шу:
— Цзюй Юань, ты уже достиг совершеннолетия, неужели тебе не нравится какая-нибудь девушка? Разве семья Вэй не заботится о твоем браке? Быть того не может. Если тебе кто-то приглянется, то я могу сходить и посмотреть на нее вместо тебя, помочь со сватовством.
Янь Шан прервал ее восторженные речи:
— Цзюй Юань только что вернулся в Чанъань, откуда у него здесь знакомые девушки? Не пытайся свести тех, кто друг другу не предназначен1.
К их удивлению, Вэй Шу на мгновение замолчал, а затем произнес:
— На самом деле, у меня есть та, кто мне дорог.
Янь Шан удивленно поднял брови. Он не ожидал, что такой тихий и сдержанный человек, как Вэй Шу, едва вернувшись в столицу, уже в кого-то влюбится. В его сердце закралось беспокойство, но он подавил его и с улыбкой спросил:
— И кто же эта счастливица?
Вэй Шу почувствовал себя неловко.
— Это пятая госпожа Чжао, — ответил он.
Му Ваньяо тут же воскликнула:
— А… это она.
Янь Шан переспросил:
— Пятая нян из дома цензора Чжао? Та самая, что была с тобой в посольстве?
Вэй Шу кивнул.
Му Ваньяо и Янь Шан переглянулись; оба невольно подумали о возможных трудностях. Теперь, по прошествии времени, они больше не придавали значения тому, как Чжао Линфэй когда-то отчаянно пыталась добиться расположения Янь Шан.
Но Вэй Шу только вернулся в Чанъань и вряд ли понимал нынешнюю обстановку в столице. Супруги подавили тревогу и тепло улыбнулись ему.
Янь Шан не стал касаться других тем, а заговорил о самой Чжао Линфэй:
— Пятая нян прелестна и мила, к тому же смела и оживленна. Вы с ней дополняете друг друга, это прекрасный союз.
Речи Янь Шан были столь приятны, что Вэй Шу, разумеется, обрадовался.
- Беспорядочно указывать на уток-мандаринок (乱点鸳鸯, luàn diǎn yuān yāng) — совершать необдуманное сватовство, сводя неподходящих друг другу людей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
