Она чувствовала себя несколько неловко и в то же время подавленно:
— Я думала, ты хотя бы проявишь печаль.
Янь Шан помолчал немного и сказал:
— Я всё же не стану тревожить Дянься подобными чувствами.
Му Ваньяо опустила взгляд и увидела, как он внезапно поднялся. В тесном пространстве повозки их одежды слегка соприкоснулись, и когда он встал, до кончика её носа вновь донёсся исходящий от него изысканный аромат благовоний цзянчжэнь… Дверь открылась, и в повозку залетело несколько капель моросящего дождя.
Му Ваньяо подняла голову и увидела, что Янь Шан собирается выходить.
Она не сдержалась:
— Янь Шан!
Янь Шан обернулся и посмотрел на неё.
Му Ваньяо молчала мгновение. Их взгляды встретились; в глазах обоих плескались напряжение и подавленные чувства. Словно под ледяной горой скрывался вулкан — они отчаянно сдерживались, не давая ему вырваться наружу.
Му Ваньяо медленно произнесла:
— Откуда тебе знать, что я не пойду к старшей принцессе, чтобы потребовать для тебя справедливости?
Янь Шан ответил:
— Вот как. Но даже если Дянься решит пойти, я всё равно буду этому препятствовать.
Му Ваньяо удивлённо посмотрела на него.
Он слегка улыбнулся и мягко произнес:
— Дянься, вы когда-нибудь задумывались об этом? Тайцзы-дянься велел дожидаться здесь, чтобы сообщить вам об оглашении списков завтра и об изменении квот сегодня. Он хотел, чтобы вы вмешались, хотел столкнуть вас со старшей принцессой. Я не знаю ваших внутренних распрей, но Тайцзы-дянься подталкивает вас к этому, используя в своих интересах.
— Если вы вступите в борьбу со старшей принцессой, учитывая ваш решительный характер — а вы действительно решительны, — ваша схватка неизбежно станет смертельной. В срыве императорских экзаменов в этом году Министерству чинов не удастся избежать ответственности. Когда дело дойдёт до Бися, возможно, вам и старшей принцессе «отвесят по пятьдесят палок», а нас с Фэн Сюаньюем зачислят. Но что от этого выиграет Тайцзы-дянься?
Му Ваньяо последовала за его мыслями.
Она знала об истинном положении дел гораздо больше, чем он. Стоило Янь Шану дать подсказку, как она всё поняла:
— …Возможно, цель Тайцзы — отобрать Министерство чинов у моего третьего брата. Да, власть Тайцзы и так велика, но пути назначения чиновников остаются в руках Цинь-вана, и Тайцзы не может с этим смириться. Последние несколько месяцев он то и дело обменивается с третьим братом скрытыми ударами.
Чем больше она говорила, тем увереннее становился её голос:
— В итоге и я, и старшая принцесса можем оказаться в проигрыше, а единственным победителем станет Тайцзы.
Янь Шан молча кивнул.
Му Ваньяо спросила:
— Но какое отношение это имеет к тебе? Если я вступлюсь за тебя, ты сможешь вернуть то, что принадлежит тебе по праву. Почему же ты, напротив, мешаешь мне?
Янь Шан уже спустился из повозки.
Рядом Чуньхуа заботливо раскрыла над ним зонт, а он, стоя под дождем, сложил руки в приветственном жесте перед повозкой принцессы:
— Потому что я не достоин той великой милости, которую Дянься окажет мне, вступившись за меня.
Он поднял взгляд сквозь пелену дождя; его одеяние быстро пропитывалось влагой:
— Милость, которую Дянься проявила, помогая мне с синцзюань1, я ещё смогу отплатить. Но если Дянься ради меня навлечет на себя гнев старшей принцессе, как мне отблагодарить за это? Благодеяние Дянься будет слишком велико — мне останется лишь отплатить смертью, иного пути нет.
Му Ваньяо хранила молчание.
На самом деле существовал ещё один способ отплатить.
Подобно тому как Фэн Сюаньюй посвятил себя старшей принцессе Лулин, Янь Шан мог бы отплатить собой.
Однако слова Янь Шана ясно давали понять: он не из таких людей. Слишком большой долг заставлял его отступать, он не желал даже платить смертью… Что уж говорить о прочем?
Му Ваньяо скрыла все чувства.
Она сидела в повозке, не шевелясь; даже лишний взгляд на него вызывал у неё отвращение.
Она зажмурилась и гневно выкрикнула:
— Проваливай!
Дверь повозки захлопнулась.
***
Чуньхуа с сочувствием отдала зонт Янь Шану и смотрела, как он, оступаясь в грязи, бредет под дождем обратно к храму Юншоу.
Силуэт юного ланцзюня выглядел одиноким, влажные рукава обвисли — он казался очень жалким.
Чуньхуа вздохнула, в её сердце поднялось смятение.
И Лю-лан таков, и Янь-эр-лан тоже, а Фэн Сюаньюй и вовсе рассорился с Янь-эр-ланом ради титула… Неужели путь наверх столь труден?
Янь Шан добрался до храма Юншоу только к полудню. По дороге он поскользнулся в грязи и вернулся в свою обитель в совершенном беспорядке.
Опустив взгляд на испачканную одежду, Янь Шан вздохнул.
Спустя некоторое время он переоделся и сел за письменный стол. Некоторое время он сидел в оцепенении, затем провел ладонью по лицу, заставляя себя успокоиться.
Он разложил на столе свитки и бумагу сюаньчжи и принялся упражняться в каллиграфии, чтобы привести мысли в порядок. Он научился этому способу у седьмого господина Вэя, когда завел с ним дружбу по приезде в Чанъань.
Дети из великих и знатных кланов все владели прекрасным почерком. Седьмой господин Вэй говорил ему, что для этого нет иного пути, кроме как практиковаться изо дня в день. Выходцы из бедных семей с завистью смотрели на отпрысков знати, но те и в самом деле продвинулись гораздо дальше на пути учености.
- Синцзюань (行卷, hángjuàn) — обычай в эпоху Тан, когда соискатели на экзаменах заранее представляли свои лучшие работы влиятельным лицам, чтобы получить их рекомендации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
