Создание лаборатории вызвало множество пересудов, однако в последующие дни все своими действиями наглядно продемонстрировали смысл фразы: «На словах отказывались, а на деле — совсем наоборот».
Поспать подольше утром, посидеть в интернете подольше вечером — для студентов, еще не столкнувшихся с обществом и погоней за деньгами, это уже было самым труднопреодолимым искушением.
Поэтому всего за полмесяца с момента открытия лаборатории несколько десятков человек один за другим приходили к Ли Сюню, чтобы разузнать обстановку.
Ли Сюнь никому не отказывал.
Прийти мог кто угодно, принимали всех, кто записался, без каких-либо условий и ограничений.
В конце концов даже Фан Шумяо отправилась туда, чтобы просто числиться.
Фан Шумяо объяснила это так:
— В студсовете слишком высокая конкуренция, мне нужно выкроить время, чтобы примелькаться перед руководством университета.
Она не забыла и про хорошую соседку по комнате:
— Хочешь пойти? Я замолвлю за тебя словечко перед Ли Сюнем.
Чжу Юнь вежливо отказалась:
— Спасибо, мне пока не нужно.
Родители Чжу Юнь были учителями, и, согласно её воспитанию, посещение утренних и вечерних занятий по самоподготовке было естественной обязанностью студента, а вовсе не мучением.
К тому же она до сих пор не понимала, чем именно занимаются в этой так называемой «лаборатории».
В слухи о том, что факультет создал для Ли Сюня особые условия из-за его влиятельной семьи, Чжу Юнь не верила ни на йоту.
Почему не верила?
Да просто так.
Прошло некоторое время, и ситуация начала меняться. Чжу Юнь заметила, что многие студенты, которые раньше записались в лабораторию, чтобы прогуливать самоподготовку, один за другим возвращались обратно.
Фан Шумяо снова принесла сводки с передовой.
— Полный бред, — нахмурившись, сказала она. — Проект слишком сложный. Мы сейчас выучили только основы, видели всего пару строк кода, а нужно создавать такую сложную программу, голова просто взрывается.
— Очень сложно?
— Сложно! — отрезала Фан Шумяо.
Чжу Юнь хотела спросить, что это за проект, но вдруг вспомнила кое-что и спросила:
— А как же Жэнь Ди?
Если судить по предмету «Язык Си», где Чжу Юнь была старостой по предмету, Жэнь Ди просто копировала её домашние задания, и не было заметно, чтобы она питала хоть какой-то интерес к программированию.
При упоминании Жэнь Ди тон Фан Шумяо стал заметно уклончивым.
— Она… она не участвует в проекте.
— Тогда почему она осталась?
— Ли Сюнь разрешил. В первый же день работы над проектом он внес её имя в список, и ему все равно, приходит она или нет.
— Вот как…
Фан Шумяо пожала плечами, затем украдкой взглянула на Чжу Юнь и прошептала:
— Скажу тебе по секрету: Жэнь Ди почти каждый вечер ходит к Ли Сюню.
Чжу Юнь приподняла брови.
— И Ли Сюнь тоже хорош. Несколько раз, когда он был очень занят, стоило прийти Жэнь Ди, как он бросал работу и уходил, не возвращаясь до полуночи. Никто не знает, чем они занимались. Удивительно, правда?
Чжу Юнь только хотела что-то сказать, как Фан Шумяо добавила:
— Ну, не то чтобы совсем никто не знал. Гао Цзяньхун знает, но молчит. — Она скривила губы. — Пф-ф, таинственность развели. Какие дела могут быть у парня с девушкой? Все уже взрослые люди, чего стесняться?
— …
— И Жэнь Ди тоже глупа до невозможности. Кто же не знает, что Ли Сюнь меняет девушек чаще, чем перчатки? На что она рассчитывает?
Договорив, Фан Шумяо закатила глаза и не спеша удалилась.
Чжу Юнь не смогла вставить ни слова.
Сложность проектов в лаборатории отсеяла девяносто процентов бездельников.
Ещё одним явлением, заслуживающим внимания, стало то, что после возвращения эти люди почти перестали участвовать в обсуждениях, касающихся Ли Сюня.
Прошло ещё немного времени, все притихли — наступила пора промежуточных экзаменов.
Это был первый официальный экзамен с начала учебного года, составляющий тридцать процентов от итоговой оценки, поэтому все отнеслись к нему с особой серьезностью.
Чжу Юнь не была исключением, особенно когда дело касалось языка Си, где она была старостой по предмету.
Неизвестно, с кем она тайно соревновалась, но Чжу Юнь целыми днями пропадала в библиотеке. Установив на компьютер всевозможные программы и компиляторы, она без устали решала одну и ту же задачу разными способами.
Каждый раз, когда ей хотелось расслабиться, в голове автоматически всплывал тот пиксельный человечек с мечом. Он, дергаясь, замахивался на неё клинком, и боевой дух тут же возвращался к ней.
В день экзамена Чжу Юнь пришла в аудиторию в полной боевой готовности. На подобных курсах, связанных с программированием, ответы давались на компьютере. Как только экзамен начался, Чжу Юнь сразу пролистала задания до последней задачи по программированию.
Задание гласило: «С помощью программы нарисовать сердце».
Чжу Юнь нахмурилась. Профессор Линь слишком уж своеволен в составлении задач, это задание просто до неприличия простое…
Она чувствовала себя шеф-поваром, который приготовил ингредиенты для императорского пира, а в итоге обнаружил, что гость хочет лишь лапшу быстрого приготовления.
Чжу Юнь на одном дыхании выполнила задачу по программированию, а затем вернулась к теоретической части.
Она всесторонне подготовилась и быстро справилась с вопросами. Но когда она уже собралась сдать работу, то вдруг заметила, что сидевший через несколько компьютеров от неё Ли Сюнь всё ещё не встал.
Э-э…
Неизвестно почему, но рука Чжу Юнь, уже лежавшая на кнопке «Отправить», опустилась.
Она перепроверила ответы больше десяти раз и действительно не знала, что ещё можно исправить. Результат работы программы в последнем задании тоже был безупречным: самое что ни на есть стандартное изображение сердца, и к тому же…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
