— Мать твою, воришка.
Два часа спустя Чжу Юнь и Тянь Сючжу обнаружили, что кошелёк исчез. В этот момент они как раз закончили ужинать, и официант принёс счёт.
— Сяншэн, фужэнь, будете расплачиваться наличными или картой?
Тянь Сючжу, откинувшись на спинку стула, блуждал духом в великой пустоте.
А Чжу Юнь улыбнулась официанту:
— Принесите ещё десерт, мы посидим ещё немного.
Когда официант ушёл, Тянь Сючжу вздохнул:
— А он хорош. Стоило только столкнуться, и он уже всё украл, прямо как в кино.
— Ты ещё и восхищаешься им?
— Всё равно там было немного денег. Кстати, твои документы были в кошельке? Позвони ему, пусть оставит их себе.
— Тянь Сючжу, он украл наш кошелёк, — Чжу Юнь намеренно сделала акцент на слове «украл». — Почему ты ведёшь себя так, будто просто забыл вещи в гостях у друга?
Тянь Сючжу выпятил губы:
— Тогда заявить в полицию, чтобы их поймали?
Чжу Юнь замолчала.
Тянь Сючжу усмехнулся:
— Вот именно, так что забудь.
Зазвонил телефон. Увидев имя контакта на экране, Чжу Юнь мгновенно вскочила с места и отошла в тихий угол, чтобы ответить.
— Жэнь Ди.
— Ну?
— О чём ты только думала? — Чжу Юнь сжала телефон. — Ли Сюнь вышел, ты могла хотя бы словом обмолвиться. Ты хоть знаешь, что сегодня, когда мы встретились, он…
— И что он? — невозмутимо спросила Жэнь Ди. — Не помер ли он от злости?
— …
Жэнь Ди хихикнула:
— Я сделала это специально, и что с того.
Чжу Юнь:
— Почему?
Жэнь Ди:
— Видеть его тошно.
Этот довод был настолько исчерпывающим, что возразить было нечего.
— Тебе не кажется это странным? — спросила в ответ Жэнь Ди. — Кто ты ему такая, или, вернее, кем вы были друг другу раньше, что новость о его освобождении должна сообщать тебе я?
Чжу Юнь затихла, а затем спросила:
— Когда он виделся с тобой?
— Вчера вечером. Он вышел совсем недавно, и первым делом отправился к Гао Цзяньхуну. Видимо, его задело то, что он увидел этого по фамилии Фан, и он сразу прибежал ко мне просить денег. Кстати говоря, ты видела его лицо?
— Что?
— Будто всё небо, вся земля и вся вселенная ему должны. Кто ему должен? Никто ему, мать его, ничего не должен, — Жэнь Ди безучастно прикурила сигарету.
— Ты ведь тогда спонсировала группу благодаря его помощи…
Чжу Юнь поклялась себе, что лишь «случайно» вспомнила об этом и «вскользь» упомянула, но Жэнь Ди мгновенно взорвалась.
— Так ты теперь меня винишь?
Чжу Юнь тут же поправилась:
— Нет, ни в коем случае.
— Тогда что ты имела в виду?
Чжу Юнь обнаружила, что перед двумя людьми ей остаётся только признавать поражение: один — Ли Сюнь, вторая — Жэнь Ди. Так было всегда, и ничего не изменилось.
— Я просто, — Чжу Юнь не могла придумать оправдание, поэтому сказала правду: — …Я просто немного рада.
— Что?
За весь день все взлёты и падения постепенно улеглись. Чжу Юнь наконец осознала, что за всеми этими вынужденными сотнями поворотов и тысячами кругов, когда вещи те же, а люди не те, скрывалось самое обычное событие, которое больше всего заслуживало внимания и празднования — он на свободе.
На два года раньше. Два года, возможно, ничего не значат для других, но для Ли Сюня это слишком большая перемена.
Жэнь Ди: — И ты даже не сердишься?
Чжу Юнь: — А на что сердиться?
Жэнь Ди: — Он вышел и даже не собирался тебя искать, да ещё и ведёт себя так.
Чжу Юнь ответила:
— Он всегда был таким, ты ведь не первый день его знаешь.
Самоуверенный, жадный, с огромной разрушительной силой. Словно грабитель, он всегда должен сначала убедиться, что в его руках достаточно добычи, а до тех пор его ничто не интересует.
— Посмотри на это с другой стороны, — убеждала Жэнь Ди Чжу Юнь. — То, что он ведёт себя так, доказывает: он не из тех, кто может упасть и не подняться.
Жэнь Ди громко расхохоталась.
— Я, чёрт возьми, скорее поверю, что он породнится с Фан Чжицзином, чем в то, что он упадёт и не поднимется.
Некоторые люди рождаются несовместимыми с определёнными словами.
Поджоги, убийства, грабежи и мародёрство. Ветер, уносящий остатки облаков1 — либо агрессия, либо смерть.
Трудно сказать, правильно это или нет, но он всегда был таким.
— Кстати, — Чжу Юнь вспомнила кое-что и напомнила Жэнь Ди: — Ты пока не давай ему денег. С ним рядом тот, с кем он познакомился в тюрьме, мне кажется, с тем человеком что-то не так. Боюсь, как бы Ли Сюнь снова не совершил импульсивный поступок.
— Неважно, что кажется тебе, вопрос в том, что думает он. Кто может остановить его, если он решит что-то сделать? — холодно бросила Жэнь Ди. — Если так посмотреть, у этой твари тоже есть кое-что неизменное.
— Всё будет хорошо, — Чжу Юнь прислонилась к безупречно чистой мраморной стене ресторана. — Он только что узнал о делах Фан Чжицзина, его легко вывести из себя. Стоит ему только успокоиться, и всё будет в порядке, дай ему немного времени.
- Ветер уносит остатки облаков (风卷残云, fēngjuǎn cányún) — действовать стремительно и решительно, сметая всё на своём пути. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
