Выйдя из раздевалки, Чжу Юнь получила от официанта длинное полотенце.
Зона горячих источников делилась на две части: крытую и открытую. Чжу Юнь осмотрела всё внутри, но Ли Сюня не нашла. Она направилась к выходу на улицу; чем дальше она шла, тем холоднее становилось. Снаружи уже совсем стемнело.
Чжу Юнь осторожно толкнула стеклянную дверь. Поток ледяного ветра заставил её кожу покрыться мурашками, и она плотнее закуталась в полотенце. Однако оно прикрывало лишь верхнюю часть тела, а её белоснежные длинные ноги оставались обнажёнными и слегка дрожали.
Она шла, глядя под ноги. Земля была выложена галькой, на которой лежал снег, отчего было скользко. Уличных фонарей здесь не было, свет исходил только от самих термальных бассейнов, из-за чего пар над ними казался глубоким светло-зелёным. Изумрудные волны колыхались, время от времени обнажая чёрные необрезанные ветви деревьев, а звук падающих в бассейн капель был мягким и чистым.
Чжу Юнь следовала по галечной тропинке. В нескольких бассейнах подряд никого не было. Она мёрзла всё сильнее, зубы начали постукивать, и горячие источники по обе стороны пути казались необычайно притягательными. Как раз в тот момент, когда она уже была готова сдаться и нырнуть в один из них, она наконец увидела силуэт Ли Сюня.
Он появился в её поле зрения совершенно неподвижным: Ли Сюнь сидел в бассейне, прислонившись к краю, скрестив руки на груди и закрыв глаза. Его плечи, покрытые каплями воды, возвышались над поверхностью, а по телу скользили блики света, отражавшиеся от дна.
Из-за пара Чжу Юнь не могла чётко разглядеть его лицо. Она предположила, что он уснул, но на самом деле это было не так: он то и дело непроизвольно менял положение тела, словно не мог найти позу, в которой сумел бы полностью расслабиться.
Когда Чжу Юнь подошла, Ли Сюнь быстро это заметил. Он открыл глаза, а она присела рядом на корточки.
Ли Сюнь посмотрел на неё, слегка повернув голову.
Этот ракурс, это выражение лица. Всё неизбежно напомнило ей о прошлом.
В тот вечер, когда она впервые решилась сама его найти, он сидел на школьном стадионе. Она, трепеща от страха, позвала его, и он поднял на неё взгляд. Сейчас всё было почти так же, только свет от ноутбука сменился сиянием термального бассейна, а они сами больше не были юны.
Неужели это привилегия старых знакомых — находить бесконечный смысл в любой случайной фразе или мимолётном взгляде?
Она помнила всё слишком отчётливо.
Они молча смотрели друг на друга, пока Чжу Юнь тихо не спросила:
— Тебе нехорошо?
С её приходом Ли Сюнь перестал двигаться. Он покачал головой:
— Нет.
Чжу Юнь продолжала сидеть рядом молча. Спустя некоторое время Ли Сюнь спросил:
— Тебе не холодно так сидеть?
Чжу Юнь пришла в себя.
— …Холодно.
Ли Сюнь кивнул на воду:
— Спускайся.
Чжу Юнь присела на край бассейна и тут же вздрогнула от холода. Она опустила голени в воду, и по сравнению с температурой воздуха вода показалась обжигающей. Она тут же выдернула ноги обратно.
— Почему так горячо?
Ли Сюнь вытянул из воды длинную руку и указал в сторону. Чжу Юнь посмотрела туда — на краю бассейна висело маленькое электронное табло, показывавшее температуру воды: сорок один градус.
— Не так уж и жарко, — сказал Ли Сюнь. — Заходи медленно.
Чжу Юнь снова опустила ноги в воду. Странно, но после его слов вода действительно перестала казаться такой горячей.
Обладает ли алкоголь парализующим действием или он может усыплять?
Чжу Юнь оставила полотенце на берегу. Пока она медленно погружалась в воду, прозрачный подол её купального платья постепенно всплывал, мягко колыхаясь в потоке воды.
— Всё ещё холодно? — спросил Ли Сюнь. Его голос доносился с расстояния в двадцать сантиметров и звучал всё так же чисто.
Чжу Юнь покачала головой:
— Нет.
Стало тепло, холод ушёл, в мире воцарился покой.
— Ты выпила, старайся не сидеть в источнике слишком долго, — добавил он.
Чжу Юнь смотрела на свой всплывший подол, голова всё ещё была тяжёлой, и она не совсем расслышала слова Ли Сюня, уловив лишь слово «выпила».
— А почему ты не пьёшь?.. — спросила она.
Ли Сюнь промолчал.
Чжу Юнь повернулась к нему и спросила снова:
— Почему ты не пьёшь?
Ли Сюнь внезапно усмехнулся. Он тоже повернул голову, и они встретились взглядами. Его рука под водой подцепила край её платья и слегка потянула вниз; подол перевернулся, словно развеянный в воде дым, под которым открылись гладкие бедра.
Его голос звучал ровно, почти в шутку:
— Если бы я выпил, разве ты смогла бы уйти?
Они были очень, очень близко. Вокруг было слишком жарко; Чжу Юнь чувствовала, как её щеки пылают — то ли из-за горячего источника, то ли по какой-то другой причине.
Она чётко расслышала его слова, и в её сердце внезапно вспыхнул порыв. Глядя ему прямо в глаза, она серьезно ответила:
— Если не смогу уйти, то не уйду.
Его ироничное выражение лица постепенно исчезло.
— Ты выпила, чтобы набраться смелости?
Лицу Чжу Юнь стало ещё жарче. Ли Сюнь снова откинулся на край бассейна:
— Некоторые вещи не стоит говорить во хмелю. Твоё поведение после выпивки всё такое же скверное, как и раньше.
Чжу Юнь лишилась дара речи. На подсознательном уровне она чувствовала, что он её упрекает и критикует, и она полностью признавала его правоту. Она внезапно ощутила, что они находятся во власти крайне противоречивых эмоций, прямо как в этой обстановке: тела погружены в тёплую воду, а лица и головы обдувает ледяной ветер.
Ли Сюнь долго не слышал от неё ни звука. Он повернулся и увидел, что её глаза покраснели.
Он нахмурился.
— Чего ты плачешь?
— Я не плачу.
— Я что, слепой?
Изначально Чжу Юнь не собиралась лить слёзы, но из-за резкого тона Ли Сюня они сами собой брызнули из глаз. Ли Сюнь, увидев это, стал ещё грубее:
— Я сказал, не плачь!
— Чего ты кричишь? — Чжу Юнь, задетая его окриком, тоже повысила голос.
Ли Сюнь отклонился в другую сторону и прищурился.
— И кто из нас сейчас кричит?
В порыве гнева Чжу Юнь толкнула его в плечо. Ли Сюнь, не желая уступать, тут же схватил её за запястье. Он сильно сжал свою большую ладонь, и Чжу Юнь невольно втянула плечи.
— Больно!
Ли Сюнь мгновенно разжал руку.
Чжу Юнь опустила голову, потирая запястье, и долго молчала.
Ли Сюнь нахмурил брови. Он помнил, что не применял особой силы. Поскольку Чжу Юнь не поднимала головы, он протянул руку, желая взять её за запястье и осмотреть, но в этот момент Чжу Юнь тихо произнесла:
— Неужели между нами всё кончено?
Рука Ли Сюня замерла.
Голос Чжу Юнь становился всё тише, напоминая пар от горячего источника — нужно было предельно сосредоточиться, чтобы уловить хоть звук.
— Все твои мысли только о компании. Раньше ты злился, если Тянь Сючжу помогал компании с рисунком, а теперь ради проекта сам пришёл к нему за помощью. Ты помнишь, что мы говорили раньше? Ты никогда об этом не упоминаешь, и я тоже не смею… Мы оба по умолчанию решили игнорировать тот период?
Воцарилось долгое молчание.
Спустя неизвестно сколько времени Ли Сюнь безэмоционально произнёс:
— Разве ты сейчас не упомянула об этом?
Чжу Юнь:
— Я выпила.
Ли Сюнь коротко рассмеялся, и в конце его смеха послышалась какая-то безысходность.
— Вино придаёт храбрости трусу.
Чжу Юнь снова замолчала, её иссиня-чёрные пряди волос плавали в воде, покачиваясь на волнах.
Ли Сюнь положил руки на край бассейна. Краем глаза он видел женщину, чьё мокрое тело и каждый дюйм кожи дышали соблазном.
Его взгляд постепенно стал тяжёлым, как сама ночь.
Каждая складка её платья сдержанно выражала её призыв. Она была совершенно беззащитна перед ним; если бы он захотел, он мог бы делать всё, что угодно.
Но сейчас ещё не время, сказал он себе. Все старые обиды и долги ещё не сведены, он не может нарушить ритм на этом этапе.
К тому же он не мог определить, было ли её решение плодом долгих раздумий или минутным порывом. Он не мог позволить себе обнять пьяную женщину в таком состоянии, особенно если этой женщиной была Чжу Юнь.
Ли Сюнь равнодушно произнёс:
— Тебе не нужно нести никакой психологический груз. Я уже говорил тебе раньше: слишком честным быть — себе в убыток.
Чжу Юнь посмотрела на него. Ли Сюнь холодно усмехнулся:
— Подобные вещи не имеют для меня никакой силы. Если не можешь отпустить, считай, что это я тебя предал. К чему принимать всерьёз клятвы, данные в юности? — Он постепенно приблизился к ней и сказал, словно в шутку: — Даже если мне суждено попасть в ад, мне всё равно. У меня богатый опыт, ведь я с самого детства бывал там с «экскурсиями» множество раз.
Он был совсем рядом. Прежде чем проанализировать его слова, Чжу Юнь заметила мелкие морщинки в уголках его глаз и несколько седых волосков в прядях у висков, подсохших на ветру.
Или это просто блики от воды?
Не дав ей рассмотреть внимательнее, Ли Сюнь поднялся и взял с берега полотенце.
— Ты выпила, так что не сиди долго в источнике. Если утонешь, спасать будет некому.
Сказав это, он ушёл.
Чжу Юнь смотрела, как его длинные ноги исчезают в темноте ночи.
Она на какое-то время с головой погрузилась в горячую воду, а затем резко вынырнула, окутанная паром, и с силой похлопала себя по щекам.
Капли термальной воды стекали по телу, ледяной ветер заставил её кожу сжаться. Она долго смотрела на колышущиеся в воде тени и свет, тихо прошептав самой себе:
— …Болтовня ни о чём, ни единого слова правды.
Когда она закончила приводить себя в порядок и вернулась в комнату, Ли Сюнь уже начал писать код.
Чжу Юнь молча посмотрела на его спину, затем на часы — было уже больше часа ночи.
То, как он выкладывался, заставило Чжу Юнь, которая последние дни только и делала, что отдыхала и развлекалась, почувствовать неловкость. Если забыть о делах сердечных, как коллега и руководитель группы, он оказывал на неё нешуточное давление.
— Может, отдохнёшь немного? — спросила она.
Ли Сюнь:
— Спи давай.
Чжу Юнь забралась под одеяло. Она выключила ряд красных фонариков и спросила Ли Сюня:
— Оставить тебе свет?
— Оставь.
Чжу Юнь хотелось, чтобы он поскорее лёг спать, и она попыталась найти предлог:
— Но если свет будет гореть, я не усну.
Ли Сюнь:
— Не уснёшь — накрой лицо чем-нибудь.
Чжу Юнь:
— …
Чёрт с тобой.
Чжу Юнь уткнулась в подушку, пытаясь уснуть. К сожалению, сказать легче, чем сделать: она ворочалась полчаса, чувствуя, как сон уходит всё дальше. Наконец она украдкой высунула глаза из-под одеяла и принялась тайком наблюдать за Ли Сюнем.
У него была широкая спина. Из-за работающего кондиционера на нём была лишь тонкая рубашка, и его лопатки плавно двигались в такт движениям рук.
Мужской скелет разительно отличается от женского.
Чжу Юнь перевернулась и увидела сумку на кровати Ли Сюня — ту самую, которую она подобрала перед уходом. Сумка была приоткрыта, и из неё виднелся уголок заламинированной фотографии.
Словно поддавшись неведомой силе, Чжу Юнь протянула руку, желая забрать фотографию.
— Веди себя прилично.
Чжу Юнь вздрогнула, подумав, что у Ли Сюня на спине выросли глаза, но тут же столкнулась с его взглядом в зеркале на столе.
Чжу Юнь невозмутимо улеглась обратно.
Это была её вещь, так почему же она чувствовала себя воровкой?
Ли Сюнь снова перевёл взгляд на экран.
Спустя ещё какое-то время сон так и не пришёл. Уставившись в потолок, она спросила:
— Куда ты поедешь на Новый год?
Ли Сюнь:
— Спи давай.
Чжу Юнь:
— А Фу Ичжо едет домой на праздники?
Ли Сюнь небрежно бросил:
— Возможно.
Чжу Юнь:
— Если он уедет домой, где ты будешь встречать Новый год?
Ли Сюнь был полностью сосредоточен на коде и даже не удостоил её формальным ответом.
Поняв, что он не ответит, Чжу Юнь отвернулась.
— Ладно, забудь.
На этот раз замолчала она. Стук клавиш Ли Сюня постепенно затих. Прошло немало времени, прежде чем он негромко произнёс:
— Он, скорее всего, не поедет домой.
Чжу Юнь тут же повернулась обратно.
— Ты поедешь к нему?
— Угу.
— Хорошо, поздравь его от меня с Новым годом.
— Ладно.
— Тогда я сплю.
— Угу.
— А ты…
Ли Сюнь с силой захлопнул ноутбук и резко обернулся.
Чжу Юнь:
— Сплю, сплю.
Ли Сюнь в упор смотрел на неё. Чжу Юнь и без лишних слов могла представить выражение его лица. Она плотно накрылась одеялом с головой и больше не смела шевелиться.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
