В полночь на эстакаде второго городского кольца было светло от огней. Час пик давно прошёл, и поток машин двигался плавно.
Автомобиль стремительно пронёсся под светом уличного фонаря, оставив за собой белый росчерк света.
Чжу Юнь подняла голову, сверяясь с дорожными указателями, и, убедившись в направлении, продолжила путь. Она мельком взглянула на Ли Сюня, сидевшего на пассажирском сиденье. Стоило ему узнать местоположение Дун Сыяна, как они тут же отправились в дорогу: один вёл машину, другой отдыхал.
— Ты не хочешь получить водительские права? — спросила Чжу Юнь.
Ли Сюнь ответил:
— Нет времени.
— Мог бы считать это отпуском, — сказала Чжу Юнь.
Ли Сюнь промолчал.
Чжу Юнь добавила:
— Впрочем, у тебя такая плохая координация движений, что, пожалуй, учиться придётся долго.
Ли Сюнь наконец открыл глаза и бесстрастно посмотрел на неё. Чжу Юнь сказала:
— Разве не так? С тем, как ты играл в волейбол.
Ли Сюнь продолжал смотреть на неё. Чжу Юнь тоже взглянула на него и произнесла то, что вечно толкуют старые учёные.
— Я лишь обсуждаю. Тени деревьев за окном промелькнули на его щеке, и Чжу Юнь замолчала.
Следующий отрезок пути прошёл в исключительной тишине; вскоре они доехали до адреса, который дал Дун Сыян. Это место находилось на окраине города, в новом районе застройки. Чжу Юнь проезжала здесь пару раз, но никогда не останавливалась.
Согласно указаниям GPS-навигатора, Чжу Юнь подъехала к жилому дому апартаментного типа. Здание скрывалось в самой глубине улицы, где было безлюдно и тихо.
Сначала Чжу Юнь подумала, что ошиблась местом, но тут же увидела припаркованные у дома два фургона. Машины были довольно старыми, а их стёкла наглухо заклеены чёрной плёнкой. По духу эти автомобили слишком походили на те, на которых Дун Сыян возил их на ежегодное собрание компании.
В такую ночь, когда луна темна, а ветер высок1, при виде этих двух фургонов Чжу Юнь невольно занервничала.
— Ли Сюнь, ничего не случится? — тихо спросила она.
Ли Сюнь очнулся и открыл дверцу машины:
— Я пойду посмотрю, а ты оставайся здесь.
Чжу Юнь наблюдала за тем, как Ли Сюнь вышел из машины; в то же самое время из фургона напротив тоже вышел человек. Чжу Юнь уже выключила фары, поэтому могла лишь при слабом свете придорожных фонарей внимательно рассмотреть его: это был развязный молодой парень.
Ли Сюнь подошёл и обменялся с ним парой фраз. Парень указал рукой в одну сторону. Ли Сюнь посмотрел туда, и Чжу Юнь, прильнув к стеклу в машине, тоже изо всех сил задрала голову.
Жилой дом был высотой примерно в десяток этажей — обычная старая казённая постройка без лифта, с рядом балконов снаружи.
Ли Сюнь быстро вернулся от фургона и постучал в окно к Чжу Юнь.
Чжу Юнь открыла окно.
— Ну как там? Они в доме?
— Угу, — негромко ответил Ли Сюнь. — Я поднимусь, а ты жди здесь.
Чжу Юнь кивнула.
Как только Ли Сюнь ушёл, Чжу Юнь занервничала ещё сильнее. Стоило ему войти в здание, как парень у фургона впереди свистнул. Сердце Чжу Юнь екнуло — она подумала, что свистят ей, но, подняв голову, увидела, что тот смотрит в ту сторону дома, на которую указывал раньше. И не только он: вскоре из двух фургонов высыпало шесть-семь человек, которые с любопытством, словно наблюдая за представлением, задрали головы к жилому дому.
Чжу Юнь опустила стекло и посмотрела туда же.
Поначалу Чжу Юнь полагала, что тот парень указал Ли Сюню на дом просто чтобы сообщить, что Дун Сыян и Хоу Нин внутри, но теперь это казалось не таким уж простым делом. Иначе на какое зрелище они все смотрят?
Рассуждая так, Чжу Юнь прищурилась и начала внимательно наблюдать.
Она осматривала этаж за этажом вдоль ряда балконов, но не замечала ничего подозрительного, пока её взгляд не переместился на крышу. В тот же миг её прошиб холодный пот.
Там, на открытой всем ветрам крыше, виднелись смутные силуэты примерно четырёх или пяти человек. Один из них стоял у самого края. Понаблюдав несколько секунд, Чжу Юнь осознала, что там не один человек…
Крыша.
Дун Сыян был одет в официальный костюм, полы его пиджака были распахнуты. Ветер здесь был сильный; он неистово трепал края одежды, отчего фигура Дун Сыяна казалась ещё более устойчивой. В зубах он сжимал сигарету, глаза от дыма были слегка прищурены, а на губах застыла холодная усмешка.
В руке он держал донельзя худого и слабого Хоу Нина.
Дун Сыян, обладавший стальными жилами и железными костями, вцепился в воротник Хоу Нина, и его рука выдерживала почти весь вес того, оставаясь совершенно неподвижной. Хоу Нина отделяло от разверзшейся за спиной бездны всего полшага; он не смел ни оглянуться, ни сопротивляться, боясь, что Дун Сыян случайно разожмёт пальцы.
Но даже в такой момент тот продолжал упрямиться.
— Я знаю тебя, — нервно проговорил Хоу Нин. — Ты владелец компании «Фэйян», бывший бандит, трижды сидел в тюрьме за умышленное причинение вреда здоровью.
Дун Сыян скривил рот; от его вида Хоу Нин покрылся холодным потом. Он закричал:
— Ты не посмеешь меня столкнуть! Быстро отпусти! Ты что, хочешь вернуться в тюрьму?!
Дун Сыян смотрел на него, и изгиб его губ стал ещё отчётливее. Он невозмутимо произнёс:
— И чего же это я, по-твоему, «не посмею»?
- Луна темна, а ветер высок (月黑风高, yuè hēi fēng gāo) — описание ночи, подходящей для совершения злодеяний. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
