Чудовищные волны пламени разбивались о плотные ряды стен духовной энергии, выстроенных вдоль побережья Восточного моря. Вся мощь огня оказалась заперта в небольшом городке Союза Ваньсяньхуэй Восточного моря, расположенном в низине у самого берега. Почти в мгновение ока огненное море бесшумно сокрушило несколько стен духовной энергии и разом поглотило тех сяньжэней, что находились слишком близко и не успели уклониться. Когда остальные порывались спасти их, было уже слишком поздно.
Внезапная череда смертей не оставила людям времени на страх и трепет. Разрушенные стены духовной энергии немедленно возводились заново. Видя, что стена огня становится всё выше, сяньжэни могли лишь продолжать щедро источать духовную энергию, ярус за ярусом надстраивая преграды и стараясь удержать бесконечное неистовое пламя в этой импровизированной темнице.
Приносимые ветром искры едва не плавили их. Несмотря на то что бурлящая, туманная духовная энергия стихии воды плотным кольцом защищала людей, Лу Ли всё же почувствовал запах собственных опалённых волос и одежды. Он огляделся по сторонам, и ему показалось, возможно, это был лишь обман чувств, что сяньжэней вокруг стало гораздо меньше, чем раньше. Исчезли даже двое глав Уюэтин. Неужели их тоже унесло огненным морем?
Цуй Сюань-сяньжэнь подошёл к заместителю главы Павильона Синчжэн, Учжэньцзы, и что-то прошептал ему на ухо. Учжэньцзы, склонив голову, на мгновение задумался, а затем произнёс:
— Цуй Сюань-сяньжэнь весьма предусмотрителен. Хоть мы и прибыли к Восточному морю лично ради той иноземки, нынешнее Морское падение не похоже на прежние. Никто не знает, когда отступит пламя. Если мы все уйдём, как устоят стены духовной энергии? Гнаться за верхушками, забывая о корне1.
Цуй Сюань-сяньжэнь снова прошептал несколько слов, и Учжэньцзы, понимающе улыбнувшись, тут же улетел на мече.
В душе Лу Ли нарастало крайнее изумление. Под «иноземкой» они наверняка имели в виду Цзян Лифэй. Но что значил этот внезапный уход множества сяньжэней после прихода огня? Это особый способ, подготовленный специально для того, чтобы расправиться с Лифэй?
Вдруг он почувствовал на себе взгляд Цуй Сюань-сяньжэня. В прежде сонных глазах старика вспыхнул острый блеск. Горло Лу Ли внезапно сжало, словно невидимой рукой; дыхание оставалось свободным, но он не мог издать ни звука. В ужасе он смотрел на Цуй Сюань-сяньжэня, и тогда этот старый заклинатель, с самого начала проявлявший необычайную одержимость поимкой Лифэй, бесстрастно произнёс:
— Я знаю, что вас с Цзян Лифэй связывают глубокие узы. Но в этом мире истина и ложь делятся на великие и малые. По сравнению с вопросом жизни и смерти любые хрупкие чувства не стоят и упоминания. Сейчас огненное море заперто здесь, и ты не видишь чужаков, но Восточное море безгранично, и на побережье в тысячи ли всегда найдётся место, где защита будет прорвана. Только когда ты своими глазами увидишь, как твои собратья, учителя, друзья, а также знакомые и незнакомые тебе заклинатели будут убиты иноземцами, когда ты сам окажешься в безнадёжном положении, возможно, только тогда ты сможешь осознать это различие между великой истиной и великой ложью. Я запечатал твой голос, чтобы не возникло лишних случайностей, не вини меня.
Едва он договорил, как далеко на горизонте промелькнула тонкая полоска белого света, подобная падающей звезде. Сяньжэни разразились изумлёнными возгласами, а Цуй Сюань-сяньжэнь горько усмехнулся:
— Стоило сказать, и вот оно. Смотрите, там, где пронёсся белый свет, огня нет. Иноземцы уже прорвали сеть духовной энергии, оборона вот-вот падёт.
Вскоре прилетела маленькая бумажная птичка, неловко порхая в воздухе. Сан Хуацзюнь взмахнул рукой, и птица опустилась на его ладонь. Её клюв зашевелился, ведь на неё было наложено яньлиньшу:
— В трёхстах ли к западу от поселения Гуаншэнхуэй пробито две сотни стен духовной энергии. Слишком много убитых и раненых, ситуация критическая, срочно пришлите подкрепление.
Бумажная птица ещё не закончила говорить, как следом поспешно прилетела новая. Снова раздался голос заклинания:
— Барьер обители Гуаншэнхуэй разрушен, оборона полностью сокрушена, иноземцы врываются толпами. Опасайтесь тех седовласых мужей! Звери, которыми они управляют, невероятно свирепы! Не боятся ни воды, ни огня!
Лица сяньжэней изменились. Территория в радиусе двух тысяч ли вокруг Гуаншэнхуэй почти полностью охранялась членами этой фракции. Разрушение барьера обители означало, что фракция практически уничтожена: если бы в живых оставался хоть один высокоранговый старейшина, барьер невозможно было бы взломать. Кто такие эти седовласые мужи? Неужели снова якши? Морские фракции хоть и искусны в юйяошу, но это лишь в Срединных землях. Им не сравниться с заморскими иноземцами. По крайней мере, о свирепых зверях, не боящихся сил воды и огня, здесь слыхом не слыхивали.
Многие сяньжэни уже были готовы сорваться с места, чтобы прийти на помощь, но Сан Хуацзюнь звучно произнёс:
— Здесь необходимо удерживать огненное море стенами духовной энергии. Людей не должно становиться меньше, иначе стены рухнут, огонь разольётся повсюду, и тогда с ним будет не совладать. На побережье есть другие отряды сяньжэней для подкрепления, не теряйте самообладания, держите стены!
Этот маленький городок, находящийся под управлением Ваньсяньхуэй, был самой низкой точкой на побережье Восточного моря. Его заранее выбрали как лучшее место для блокировки огненного моря. Большинство оставшихся здесь защитников были весьма именитыми заклинателями Срединных земель. Главы фракций, прибывшие специально ради Лифэй, также оставались тут. Хотя огненное море наступало грозно, с ним было совладать легче, чем с появляющимся подобно божеству и исчезающим подобно призраку небесным громом.
Стены духовной энергии постепенно сжимались, удерживая пламя внутри; издалека оно напоминало огненного дракона, пронзающего небо и землю.
Шоу Чжун поднялся высоко в воздух и, осмотревшись, сказал:
— В глубинах Восточного моря всё ещё бушует огненное море протяжённостью в четыреста ли. Оно полностью выйдет на берег лишь через десять часов.
Момент, когда огненное море окончательно окажется на суше, станет временем, когда вероятнее всего появятся Лифэй и якши. Десять часов — это почти до полуночи завтрашнего дня. Неизвестно, смогут ли посты вдоль побережья благополучно продержаться до завтра.
Внезапно прилетела третья бумажная птица, гораздо быстрее двух предыдущих. Голос заклинателя, в котором смешались тревога и ужас, громом разнёсся вокруг:
— Земли в радиусе двух тысяч ли вокруг Гуаншэнхуэй полностью потеряны! Берегитесь тех свирепых зверей! С ними крайне трудно сладить!
Сан Хуацзюнь нахмурился. Среди свирепых зверей редко встречаются те, кто не боится силы пяти стихий; даже у Сы лишь Рог обладает такой мощью. В подлунном мире только божественные звери не страшатся пяти стихий: например, Белый тигр рождён от духовной энергии стихии металла, Лазурный дракон — от стихии дерева, и соответствующие техники бессмертных на них не действуют. Но что за звери одновременно не боятся ни воды, ни огня? У него в памяти всплывали какие-то обрывки, но он никак не мог вспомнить.
Вдалеке вдруг послышались звуки, напоминающие завывания призраков и вой волков2. Пугающая демоническая энергия словно рухнула с небес на плечи заклинателей. Казалось, бесчисленные холодные иглы вонзаются в костный мозг. Даже Цуй Сюань-сяньжэнь невольно вздрогнул, а Лу Ли и вовсе едва не вырвало кровью от давления этой энергии. К счастью, Шэнь-сяньшэн немедленно воздвиг вокруг них барьер воды и земли, позволив младшим ученикам перевести дух.
Все почувствовали, что жуткие крики приближаются. Они словно доносились из самой вышины небес. Подняв головы, люди увидели, как несколько огромных существ врезались в стену духовной энергии. Они, казалось, совершенно не боялись ослепительного небесного огня. Острые когти крепко впились в духовную преграду, а воздух наполнил вызывающий зубную ломоту рёв, похожий на погребальный плач.
Цуй Сюань-сяньжэнь увидел, что обликом они подобны чудовищным змеям, и у каждого зверя по девять голов. Сердце его екнуло, и он в изумлении воскликнул:
— Это цзюин3?! Неужели это чудовище и впрямь существует в подлунном мире!
Цзюин
Зверь цзюин упоминался лишь в самых древних легендах. Его девять голов могли извергать и огонь, и воду, и он не боялся сил этих стихий. Подобно фениксам и цилиням, о существовании которых все знали, но которых никто никогда не видел, Цзюин считался лишь символом. Никто не мог подумать, что найдутся иноземцы, способные управлять ими.
Он увидел, как Цзюины раскрыли пасти и вцепились в стену духовной энергии, словно поглощая из неё яростное небесное пламя. Лицо его исказилось от ужаса, и он выкрикнул:
— Возводите сеть духовной энергии! Живо!
В то же мгновение над головами людей раскинулась густая сеть духовной энергии. Одновременно с этим Цзюины начали извергать поглощённое небесное пламя вниз. Если позволить им и дальше впитывать огонь и обрушивать его на головы, любая духовная энергия заклинателей будет мгновенно истощена.
Сан Хуацзюнь уже собирался приказать людям из Павильона Синчжэн сперва уничтожить Цзюинов — в этой фракции было множество заклинателей с духовным корнем металла, что лучше всего подходило для подавления этих тварей. Но вдруг Цуй Сюань-сяньжэнь вдали вскричал в ужасе:
— Осторожно! Они здесь!
В то же мгновение десятки теней, быстрых как молнии, ворвались в толпу. Они проносились подобно ветру, и везде, где они появлялись, раздавались истошные крики сяньжэней. Коллективные защитные техники оказались бесполезны. Пришедшие голыми руками разрывали человеческие тела; у одних были вырваны куски плоти из рук, у других на лицах зияли кровавые дыры. Их быстрота и свирепость заставили всех вспомнить о двух якшах, живших пятьсот лет назад.
В те времена всего двое якш заставили заклинателей Срединных земель терять мужество, едва услышав весть. Сколько же их пришло на этот раз?! Удастся ли им вообще остаться в живых?!
Цуй Сюань-сяньжэнь взмахнул широким рукавом, оттесняя бросившихся на него иноземцев. Он заметил, что хотя эти десятки теней носились быстро, словно ветер, они были намного медленнее якш. К тому же у каждого были седые волосы, а их открытая кожа была бледной, как снег. Их нельзя было и упоминать в один день с теми якшами, чьи тела ослепительно сияли золотом. Он немедленно применил технику передачи звука:
— Это не якши! Не бойтесь!
Говорили, что за морем духовная энергия скудна, а потому бессмертные техники пяти стихий там не в ходу. Иноземцы в большинстве своём были во много раз сильнее кандидатов из Срединных земель; каждый обладал медной головой и железными костями. Им нравилось сходиться вплотную для рукопашной схватки, что в корне отличалось от манеры боя бессмертных Срединных земель, которые предпочитали сражаться на расстоянии, обмениваясь магическими техниками.
Увидев, что спереди и сзади на него снова нападают двое иноземцев, Цуй Сюань-сяньжэнь яростно выкрикнул, и всё его тело озарилось золотым светом. Прежде чем ладони врагов коснулись его, они мгновенно превратились в кровавую пыль. На мгновение встревоженные бессмертные также осознали, что, хотя эти десятки бледных заморских иноземцев быстры, справиться с ними не так уж трудно. В один миг все преисполнились отваги и отбросили страх, и ход сражения мгновенно переменился.
Цуй Сюань-сяньжэнь схватил одного седоволосого иноземца и сурово приказал:
— Живо вели этим цзюинам убираться!
Иноземец злобно уставился на него, внезапно открыл рот и пронзительно выкрикнул несколько фраз на неведомом языке. Цзюины, облепившие стену из духовной энергии, не только не ушли, но и стали ещё яростнее обрушивать небесный огонь, едва не пробив сеть духовной энергии над головами.
Цуй Сюань-сяньжэнь пришёл в ярость. Золотое сияние, и иноземец был разорван в клочья. Однако вблизи и вдалеке снова раздались звуки, подобные вою призраков и стенаниям волков, и сюда на огромной скорости устремились новые тени. На этот раз прилетели семь или восемь цзюинов; они также приникли к стене из духовной энергии, беспрестанно поглощая и сбрасывая вниз небесный огонь.
Подобно приливу, заморские иноземцы хлынули с востока, выкрикивая слова, которые никто не мог понять. Словно острое лезвие, они обошли группу бессмертных, охранявших этот городок. Многие впервые воочию видели иноземцев из-за моря: в этой плотной толпе встречались самые причудливые создания. Одни были высотой в несколько чжанов, другие походили на мясные шары, у иных было три головы и шесть рук, а некоторые с головы до ног заросли шерстью. Эти существа, обладавшие человеческим обликом, собравшись вместе, внушали больше ужаса, чем самые отвратительные демоны.
Цуй Сюань-сяньжэнь выпустил огромное облако золотого тумана, перемалывая странных иноземцев перед собой, но стоило одному пасть, как тут же набрасывалось ещё десять, а на смену десяти приходило двадцать — им не было конца. Он поспешно обернулся и увидел, что окружающие его бессмертные опутаны иноземцами и ведут тяжёлый бой, не имея возможности поддерживать разрушающуюся сеть духовной энергии над головой. Цзюины поглощали и обрушивали небесный огонь; крики мучений не умолкали. Ужасы пятисотлетней давности вновь предстали перед глазами, и запястья Цуй Сюаня невольно задрожали.
В вышине внезапно раздался чистый и звонкий свист, мелодия которого была весьма странной. Свирепые звери цзюины, прильнувшие к стене из духовной энергии, словно получили некий призыв и один за другим вскинули свои девять голов, глядя вверх.
Женский голос, прозрачный, как ветер, прозвучал отстранённо:
— Назад!
Бессмертные тут же подняли головы и увидели Цзян Лифэй и Лэй Сююаня, которых так долго ждали. Они внезапно появились в вышине. Девушка высвистывала странную мелодию, и цзюины, крайне неохотно взмахнув крыльями, развернулись и медленно полетели в сторону Морской фракции.
Сама же она, обогнув море огня, запертое внутри стены из духовной энергии, не проронив ни слова, стремительно полетела в сторону Морской фракции.
Море огня ещё не полностью вышло на берег, а она вот так просто вышла, и теперь так же просто хочет уйти?! Сан Хуацзюнь внезапно поднял руку, и перед ними возникли огромные иссиня-чёрные ворота. Что бы ни случилось сегодня, он не мог позволить им так уйти.
- Гнаться за верхушками, забывая о корне (舍本逐末, shě běn zhú mò) — уделять внимание второстепенным деталям, пренебрегая основой. ↩︎
- Завывания призраков и вой волков (鬼哭狼嚎, guǐ kū láng háo) — описывает леденящие душу, жуткие крики или шум. ↩︎
- Цзюин (九婴, jiǔyīng) — в китайской мифологии девятиголовое чудовище, приносящее бедствия, способное извергать огонь и воду. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
