На следующий день, когда Лифэй проснулась, она почувствовала, что её оттеснили к самому краю кровати. Одна рука и одна нога уже свешивались вниз, ещё чуть-чуть, и она бы свалилась. Оглянувшись, она с изумлением обнаружила, что Байли Гэлинь спит рядом с ней. Она не только стянула на себя всё одеяло, но и почти вытеснила её с постели.
Когда это она прибежала? Да и спит она просто ужасно… Лифэй зевнула и, ещё не протрезвев со сна, собралась вставать, как вдруг у края кровати раздался знакомый хриплый голос:
— Хм! В таком юном возрасте уже не учишься ничему хорошему, зачем ты пила вино!
Лифэй вздрогнула и увидела того самого крохотного белоснежного лиса, который сидел на её туфлях и, гордо задрав голову, сердито смотрел на неё. От волнения она прямо-таки скатилась с кровати.
— Жи Янь! Ты очнулся?! — вскрикнула она, не обращая внимания на острую боль в ушибленной голове.
Всё ещё крепко спящая Байли Гэлинь невнятно промычала, и напуганная Лифэй поспешно зажала рот рукой. В её глазах, однако, светилась безграничная радость, и она, улыбаясь, уставилась на маленького лиса.
Жи Янь повёл ушами:
— Если бы я не проснулся, то и не знал бы, до какого падения ты дойдёшь! Вся комната провоняла вином!
— Я лишь изредка пригубила немного. — Она протянула руку, желая погладить его крохотную голову, но, к сожалению, пальцы снова прошли насквозь. Как и ожидалось, коснуться его можно было только в его сознании.
— Как ты себя чувствуешь? Есть ли ещё какой-то дискомфорт? Неужели в следующий раз ты снова проспишь два месяца? — засыпала она его вопросами.
Жи Янь равнодушно ответил:
— Зачем тебе так сильно беспокоиться о моих делах? Лучше последи за собой, твой аромат просочился наружу раньше времени.
Аромат? Она потянула ворот одежды и принюхалась. Какой ещё аромат?
— Пусть другие скажут тебе, впрочем, это не такое уж важное дело. — Жи Янь шевельнул носом. — Кто просил тебя так заигрывать со смертью? Сама о себе позаботиться не можешь, а лезешь спасать других?
Лифэй поняла, что он имеет в виду спасение Цзи Тунчжоу, и тут же возразила:
— Раз уж спасла, значит спасла. Мы все в одной группе, разве я могла бросить его умирать?
Жи Янь фыркнул:
— Что с того, если бы он умер? Ты ещё мала! С какой стати ты целыми днями якшаешься с мальчишками? Сосредоточься на практике! Если будешь забивать голову всякой ерундой, я тебе все волосы выдеру!
О чём это он печётся, словно старший в семье! Лифэй просто лишилась слов:
— Мы вчетвером в одной группе, как же нам не проводить время вместе?
Лис гордо отвернулся, всем своим видом показывая, что ему лень с ней препираться:
— Ладно, довольно пустой болтовни. В этот раз я спал слишком долго. Сначала расскажи мне о том, что произошло в запретных землях, а затем подробно опиши, с чего это тебе вдруг приспичило сбросить оболочку. И не смей упускать ни единого слова!
Сказав это, он улёгся на пол, подёргивая ушами.
Он что, собрался слушать сказку? Лифэй невольно усмехнулась, но всё же честно пересказала ему всё случившееся. Она не была из тех, у кого язык расцветает лотосами, поэтому её повествование было предельно кратким и прямым. События, которые могли бы прозвучать захватывающе, в её изложении закончились довольно быстро.
Жи Янь, поводя ушами, хмыкнул и рассмеялся:
— Повезло же этому монстру суаньни получить больше десятка демонических киноварных плодов — он, должно быть, до смерти рад! Хм, основатель Академии и впрямь силён, раз задумал объединить две школы, Гор и Морей, против Морского крушения. Нельзя сказать, что никто раньше не пытался этого сделать, однако ваши человеческие сердца слишком сложны. Так называемый союз в итоге наверняка снова рассыплется на куски из-за бесконечных подозрений…
Сказав это, он, казалось, немного утомился и небрежно бросил:
— Не будем об этом, я ухожу.
Лифэй изумилась:
— Ты только проснулся и снова спать? Тебе не надоело столько спать?
— Кто тебе сказал, что я только что проснулся? Я очнулся ещё вчера вечером, просто ты спала как свинья!
Очнулся ещё вчера вечером? Тогда почему он её не позвал? Лифэй улыбнулась:
— Жи Янь, периоды твоего бодрствования становятся всё длиннее, это просто замечательно.
Он фыркнул:
— А я бы предпочёл поспать подольше, лишь бы не просыпаться и не разгребать вечно завалы, которые устраиваешь ты, дурында.
Лифэй вспомнила его истинный облик девятихвостого лиса в его сознании и огромную кроваво-красную печать на спине ту самую печать, о которой он говорил, что в злосчастный год вся его демоническая энергия была запечатана. Она спросила:
— Кстати, Жи Янь, что такое злосчастный год? Твою энергию запечатал кто-то другой? Можно найти кого-то, кто снимет печать?
Она думала, что он не ответит, но, к её удивлению, лис отозвался довольно быстро:
— Это не чужая печать. Просто во время практики я сбился с пути, и вся демоническая энергия внезапно оказалась заблокирована. Точно так же, как небожители постоянно должны проходить через испытания, у демонов тоже существует понятие злосчастного года. По мере того как совершенствование становится глубже, испытания тоже становятся невероятно трудными. Этот год — мой злосчастный год. Ту печать я могу прорвать только сам, полагаться на внешнюю силу невозможно.
Лифэй удивилась:
— Проходить через испытания? Я слышала, что небожителей бьёт небесная молния, разве у вас не так?
Он холодно усмехнулся:
— Что за слухи невежественных людей? Если бы всё действительно было так просто, каждый стал бы небожителем, а все птицы, звери, рыбы и насекомые превратились бы в великих демонов! Именно потому, что испытание странно и непредсказуемо, оно и зовётся испытанием. Часто оно приходит в самый неожиданный момент, и лишь когда душа улетит и дух рассеется, можно осознать, что это было испытание.
Странно и непредсказуемо? Лифэй немного занервничала: с какими испытаниями столкнётся она, когда будет становиться небожителем?
Словно прочитав её мысли, Жи Янь сказал:
— Ещё ползать не научилась, а уже думает о полётах! О каких испытаниях ты сейчас беспокоишься? Боюсь, ты скорее поседеешь, чем станешь небожителем!
Он определённо её проклинал! «Поседеешь, а небожителем не станешь» — это значит, что даже если она достигнет цели, то будет лишь дряхлой старухой? Она вдруг вспомнила слова Байли Гэлинь о том, что та не хочет быть морщинистой и седой старухой-небожителем и жить тысячу лет. Тогда Лифэй не придала этому значения, но сейчас подумала, что это и впрямь довольно жутко.
Пока они разговаривали, спящая на кровати Байли Гэлинь внезапно дважды всхлипнула. Неизвестно, какой кошмар ей приснился, но она начала невнятно и сбивчиво бормотать во сне.
Жи Янь снова фыркнул:
— Посмотри на неё, в таком возрасте, а в голове слишком много забот! Даже если эта дурочка в будущем станет небожителем, с её характером ей не избежать любовного испытания, которое необходимо преодолеть для духовного роста! Смотри не бери с неё пример!
— Любовного испытания? — Лифэй окончательно запуталась. — Что это значит? Что с Гэлинь?
Жи Янь холодно произнёс:
— Так называемое испытание хоть и непредсказуемо, но зачастую отражает то, чего сердце боится или о чём печётся больше всего. И среди всех видов испытаний любовное — самое опасное. Как у вас говорят, чужая душа — потёмки, и чувства человеческие тоже неисповедимы. Будь то любовь между мужчиной и женщиной, дружба или родственная привязанность — быть слишком многоречивым в чувствах вовсе не благо. Эта девчонка ещё мала, а её сердце открылось слишком рано, к тому же у неё упрямый нрав. Если она слишком рано погрузится в любовные страдания и метания, это не сулит ничего хорошего. За тысячу лет я видел бесчисленное множество людей поразительного таланта и исключительного изящества, которые угасли в безвестности, и большинство из них сгубило любовное испытание. Поскольку человек является душой всех существ, у него в самосовершенствовании есть талант, недоступный демонам, однако человеческое сердце слишком сложное и слишком хрупкое. В конце концов тех, кто постигает Великое Дао, остаются лишь перья феникса и рога единорога. Если хочешь чего-то достичь, поменьше связывайся с подобными вещами! Разве возлюбленные, друзья и семья могут сравниться с постижением Великого Дао?
Отчего-то по его словам выходило, что Гэлинь в большой опасности.
— Тогда… как ей можно помочь? — спросила Лифэй.
Он снова холодно усмехнулся:
— Помочь? Человек, пребывающий в любви и вожделении, подобен тому, кто в тёмную ночь в одиночестве идёт против ветра, держа в руках свечу: горе и боль ведомы лишь ему самому, кто же сможет помочь? Человеческие чувства — будь то обожание, страх или зависимость — возникают лишь из-за хрупкости человеческого сердца. Тебе тоже не стоит впадать в зависимость от меня, мы лишь используем друг друга. Ты помогаешь мне скрываться, я помогаю тебе в практике, только и всего!
Опять он за своё, опять это «используем друг друга».
Лифэй тихо проговорила:
— Вы все — важные для меня люди. Если жить без семьи, на которую можно положиться, без друзей, с которыми можно поговорить по душам, если даже бояться нечего — то, наверное, очень одиноко постигать Великое Дао, верно? Немудрено, что достигших Дао — единицы, ведь людей с такой одержимостью наверняка немного. Жи Янь, ты вечно твердишь о какой-то взаимной выгоде. Я не хочу спрашивать, что у тебя на самом деле на уме, но я точно так не считаю и в будущем никогда не буду так думать.
Его маленькие светло-зелёные глазки сузились, и он гневно воскликнул:
— И правда, из гнилого дерева не вырезать скульптуру!
Она рассмеялась:
— Разве ты, Жи Янь, не неплохо режешь по этому «гнилому дереву»? Моё совершенствование идёт очень гладко.
— Опять эти сладкие речи и медовые слова! — Его острый нос внезапно дёрнулся. — Она просыпается, я ухожу. В общем, будь осторожнее! Не приближайся слишком сильно к этим вонючим мальчишкам!
Его тон был похож на ворчание родителя, который боится, что дурная компания испортит его собственное дитя; он неохотно превратился в струю зелёного дыма и исчез.
Этот лис вечно напускает на себя таинственность.
Стоило Лифэй присесть на край кровати, как Байли Гэлинь открыла глаза. С отсутствующим видом она посмотрела на неё, затем на потолок и, пробыв в оцепенении добрую половину дня, произнесла:
— Ой? Я вчера так напилась, что оказалась у тебя?
Лифэй притворно рассердилась:
— Вот именно! Ты не только захватила мою кровать, но и одеяло всё прибрала к рукам.
Байли Гэлинь, зевая, поднялась и вдруг принялась усиленно принюхиваться. Удивлённо воскликнула она:
— Как вкусно пахнет! Опять тот же аромат! Я чувствовала его и в прошлый раз, когда приходила!
Аромат? Лифэй сразу вспомнила недавние слова Жи Яня о том, что благоухание начало просачиваться наружу. Она горько усмехнулась:
— Что за запах? Почему я ничего не чувствую?
Байли Гэлинь долго принюхивалась, прильнув к ней, и со смехом сказала:
— Как чудесно пахнет, Лифэй. Я слышала, что люди с естественным ароматом тела встречаются крайне редко! Раньше у тебя его не было, а теперь вдруг появился — это точно необычайный дар.
Лифэй совсем не хотелось обсуждать это дальше, поэтому она просто спрыгнула с кровати:
— Вставай, скоро наступит Час Мао, нельзя опаздывать.
Девушки наспех умылись и только собрались выйти, как увидели во дворе Лэй Сююаня и Цзи Тунчжоу — те словно сговорились и одновременно открыли двери своих комнат. Столкнувшись лицом к лицу, Цзи Тунчжоу удивился:
— А ты-то здесь что забыла?
Байли Гэлинь рассмеялась:
— Я вчера перебрала и пришла пристроиться на кровати Лифэй. Вы тоже только встали? Вот и славно, пойдёмте вместе.
Четверо ребят с шутками и смехом летели на мечах к особому залу боевых искусств. Теперь они стали по-настоящему сплочённой четвёркой, и от прежних обид и раздоров не осталось и следа.
— Цзян Лифэй, это тебе, — Цзи Тунчжоу внезапно протянул Лифэй тонкую тетрадь с несколько смущённым видом.
Лифэй пролистала её: почерк оказался на удивление аккуратным и красивым, ровными рядами были выписаны основные моменты недавних занятий. Она невольно изумилась:
— Это?..
— Ты проспала пять дней. Чтобы ты не тянула нас назад, я специально выписал ключевые моменты, которым обучал сяньшэн за это время. Изучи их как следует, — Цзи Тунчжоу скрестил руки на груди, вновь принимая вид вожака их четвёрки. — Обязательно прочти!
Кто бы мог подумать, что этот младший ван-е способен на такую чуткость. Лифэй была тронута, она бережно спрятала тетрадь за пазуху и с улыбкой ответила:
— Хорошо, спасибо тебе, Цзи Тунчжоу, я непременно всё внимательно изучу.
Он с важным видом кивнул и в одиночку улетел на мече вперёд. Байли Гэлинь скорчила гримасу ему в спину и прошептала:
— Ты ему точно нравишься, ха-ха.
Лифэй просто не смогла сдержать смешок:
— О чём ты говоришь? Только наши отношения наладились, не хватало ещё каких-то раздоров.
Байли Гэлинь уже собиралась что-то ответить, когда сзади её участливо окликнул какой-то мальчик:
— Гэлинь! Я принёс тебе баоцзы с бобовой пастой!
Все обернулись и увидели того самого мальчика по фамилии Чжао, попавшего в когти Гэлинь. Краснея, он подлетел к ним и протянул исходящий паром бумажный пакет, добавив:
— Тот… если сегодня сяньшэн вашей группы снова накажет вас переписыванием книг, я сделаю это за тебя!
Байли Гэлинь расцвела в улыбке:
— Правда? Спасибо тебе большое! Ты уже завтракал? На, возьми баоцзы, по одному каждому.
Она протянула ему баоцзы, и они полетели дальше бок о бок, переговариваясь, смеясь и завтракая на ходу. Онемевшая Лифэй осталась позади, застыв в изумлении.
Лифэй чувствовала, что в будущем Гэлинь станет очень сильной гунян. Да, выдающейся.
Но что же всё-таки значили слова Жи Яня о любовном испытании?
— Пока Час Мао не настал, взгляни на ключевые моменты практики, — Лэй Сююань внезапно пролетел на мече мимо неё. — Я вперёд.
Лифэй поспешила за ним:
— Лэй Сююань, это ведь ты проводил меня вчера? Спасибо.
Он взглянул на неё и негромко бросил:
— Ты очень тяжёлая, у меня из-за тебя руки до сих пор ноют.
Лифэй лишилась дара речи. Разговор с этим юношей действительно требовал колоссального терпения. Вчера вечером он вёл себя вполне нормально, а сегодня взялся за старое: только что он был ласковым и приветливым, а в следующее мгновение выдал фразу, от которой можно лопнуть от злости.
Она сухо ответила:
— Вот что я тебе скажу: если будешь продолжать в том же духе, рискуешь остаться без друзей.
— У тебя на поясе рисинка прилипла.
— Ладно… не в этом дело. Вообще-то я хотела сказать…
— Коса криво заплетена.
— …
Голоса постепенно удалялись. Ветер и снег утихали; возможно, сегодня будет ясный день.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
