Шэнь Сихэ могла сказать лишь это, дальнейшие слова могли бы вызвать лишь досаду. Сможет ли Ци Пэй прислушаться и отпустить гнев в своем сердце — зависело только от него самого.
Будет ли он в будущем творить добро или зло, определялось его собственным выбором.
Когда она вышла за порог, ей в лицо ударил порыв холодного ветра. Шэнь Сихэ остановилась и слегка повернула голову:
— Ци Пэй, каким человеком был твой а-сюн?
— Мой а-сюн хоть и был торговцем, но всегда поступал по справедливости. В делах он превыше всего ставил честность. Каждый год он жертвовал средства Гудуюань и Бэйтяньань, и всегда подносил деньги на благовония, если путь его лежал мимо даосского или буддийского храма, — в сердце Ци Пэй старший брат был самым благородным и открытым человеком.
Шэнь Сихэ слабо улыбнулась в сумерках белесого рассвета:
— Если в твоем сердце поселится неуверенность, просто подумай о том, каким человеком твой а-сюн хотел бы тебя видеть.
Сказав это, Шэнь Сихэ переступила порог и скрылась в морозном ветре.
Взгляд Ци Пэй сквозь оконную раму следовал за ней. Он смотрел, как кружат лепестки зимней сливы в вихре снежинок, и в этом заснеженном мареве её изысканный профиль казался мягким, словно весенний свет. Её слова глубоко врезались в его память.
Каким человеком а-сюн хотел бы его видеть?
Его задумчивый взгляд постепенно потускнел в белизне снега, он вспомнил наставления, которые брат давал ему в прежние годы.
«Наш А-Пэй в будущем обязательно должен стать твердым и честным. Твой а-сюн не просит тебя о великом богатстве или высоком положении, он лишь хочет, чтобы ты жил с чистой совестью».
В глазах защипало, и прозрачные слезы, сорвавшись, упали на тыльную сторону ладони. Ци Пэй снова не смог сдержаться и разрыдался в голос.
Шэнь Сихэ издалека услышала плач Ци Пэй, который тот больше не пытался подавить, и лишь тогда удовлетворенно улыбнулась. Хорошо, когда можно выплакаться вволю.
Покинув двор, где поселили Ци Пэй, Шэнь Сихэ увидела спешащую к ней Хуньюй:
— Цзюньчжу, Мо Юань вернулся.
Шэнь Сихэ быстрыми шагами направилась в главный зал и увидела запыленного, выглядящего изнуренным Мо Юаня:
— Как поживает а-де?
— Цзюньчжу, в этот раз всё обошлось лишь благодаря тому, что тайцзы-дянься подоспел вовремя… — Мо Юань вовсе не пытался намеренно выгородить Сяо Хуаяна, он просто честно рассказал Шэнь Сихэ всё, что видел и знал сам.
Никто из них не ожидал, что тюрки, не побоявшись риска развязать войну между двумя государствами, тайно проникнут на их земли и будут несколько дней сидеть в засаде среди снегов. Они были готовы на любые жертвы, лишь бы убить ван-е.
Выслушав его, Шэнь Сихэ почувствовала глубокую благодарность к Сяо Хуаяну:
— Где сейчас тайцзы?
— Божественный конь тайцзы намного быстрее наших, боюсь, он вернулся во дворец еще этим утром или прошлой ночью, — ответил Мо Юань.
— Он не ранен? — снова спросила Шэнь Сихэ.
— Нет, — он даже оставался на ночлег в городке вместе с ван-е и пил с ним вино.
Только тогда Шэнь Сихэ успокоилась:
— Ступай скорее умойся и хорошенько отдохни вместе с остальными, эта поездка была для вас тяжелой.
— Это мой долг, цзюньчжу не стоит так говорить, — Мо Юань сложил руки в приветствии. — Позвольте мне удалиться.
Шэнь Сихэ повернулась к Чжэньчжу:
— Чжэньчжу, как мне отблагодарить тайцзы-дянься?
Хотя Чжэньчжу еще восстанавливалась после ран, это не мешало ей двигаться, поэтому она каждый день находилась подле Шэнь Сихэ. Поразмыслив, она сказала:
— Тайцзы-дянься спас ван-е, и ван-е обязательно отблагодарит его сам. Цзюньчжу достаточно просто выразить свое внимание.
Шэнь Сихэ подумала и согласилась. Если она подготовит слишком дорогой подарок, Сяо Хуаян может его и не принять. Поразмыслив, она сказала:
— Завтра отправлюсь в Дунгун навестить тайцзы-дянься.
Она решила приготовить для Сяо Хуаяна что-нибудь из еды, но из-за холодов привезти готовое блюдо из дома было невозможно. Ей оставалось лишь прийти в Дунгун и приготовить всё лично. В Дунгуне не было недостатка в продуктах, так что она возьмет с собой баночку приправ собственного приготовления и откопает кувшин хризантемового вина, которое они когда-то делали вместе с Шэнь Юньанем.
Пока Шэнь Сихэ обдумывала, как отблагодарить Сяо Хуаяна, сам он находился в Дунгуне. После осмотра Начальник императорских врачей лишь тяжело вздохнул:
— Дянься, вы не должны больше бездумно задействовать внутреннюю силу. Если об этом узнает старший брат, он снимет с меня три шкуры.
Начальник императорских врачей стал человеком Сяо Хуаяна потому, что в детстве тайно обучался у отца Линху Чжэна. Его отправили туда в строжайшем секрете, и никто при дворе об этом не знал. Имея такую связь с Линху Чжэном, Начальнику императорских врачей не оставалось ничего другого, кроме как встать на сторону Сяо Хуаяна.
— Я в порядке, — Сяо Хуаян убрал руку. — Передай Бися, что я уже выздоровел.
— Слушаюсь, — лекарь, склонив голову, принял приказ.
Когда тот удалился, Сяо Хуаян сказал Тянь Юаню:
— Завтра Ю-Ю непременно придет навестить меня. Не забудь сообщить ей, что я едва не повредил меридианы.
Тянь Юань: «…»
— Дянься, разве вы не говорили, что добрые дела нужно совершать, не называя своего имени? — Тянь Юань был в замешательстве. Разве дело со снежным лотосом не было важнее этого?
— Для истории со снежным лотосом нужно выбрать подходящий момент. Если использовать его правильно, я смогу покорить сердце красавицы, — Сяо Хуаян бросил взгляд на Тянь Юаня. — А если открыть это сейчас, какой в том прок, кроме того, что она станет чуть более мне признательна?
Он вовсе не собирался быть безвестным героем 1. Раз он приложил усилия, то должен требовать награды. Если он её не получит, то не станет жаловаться или раскаиваться, но это не значило, что он не будет просить.
Даже если у Шэнь Сихэ нет семи чувств и шести желаний, он всё равно затянет её в мир суеты, чтобы она пала вместе с ним.
— Но вы говорили… что впредь не станете обманывать цзюньчжу, — Тянь Юань должен был прояснить всё до конца. Он не хотел, чтобы в будущем, когда цзюньчжу начнет сводить счеты, бессовестный тайцзы-дянься выставил его виноватым и наказал, чтобы успокоить её гнев!
Взять вину на себя было не страшно, для подчиненного это обычное дело, но он хотел хотя бы понимать, за что идет на плаху!
— Когда это я обманывал Ю-Ю? — Сяо Хуаян окинул Тянь Юаня сомневающимся взглядом. — Разве моя внутренняя сила не пришла в беспорядок на самом деле? Разве я не был действительно на грани повреждения меридианов?
Тянь Юань подумал и кивнул:
— Так и есть.
Посмотрев на Тянь Юаня искоса, Сяо Хуаян произнес:
— Ты становишься всё глупее. Вижу, ты слишком долго жил в покое, может, стоит поменяться местами с Ди Фаном…
— Дянься! — не дав Сяо Хуаяну договорить, Тянь Юань с грохотом рухнул на колени. — Ваш подданный не может покинуть вас…
Сяо Хуаян потер лоб и нетерпеливо бросил:
— Убирайся. Я уже несколько дней не ложился на свою любимую подушку.
Тянь Юань не посмел медлить ни секунды и быстро отступил. Сяо Хуаян прилег на кровать и закрыл глаза. Знакомый аромат заставил его невольно погрузиться в негу.
Тянь Юань, закрывая дверь, даже не знал, как описать свои чувства.
Это всего лишь подушка. Когда цзюньчжу выйдет замуж и переедет в Дунгун, и они будут делить ложе, сможет ли тайцзы-дянься вообще хоть на шаг отойти от постели?
Когда Шэнь Сихэ вошла в покои и увидела Сяо Хуаяна, его лицо было бледнее обычного, а в глазах читалась усталость:
— Дянься… вы в порядке?
Мо Юань говорил, что Сяо Хуаян не ранен, но ведь он был отравлен редким ядом. Раз он применил боевое искусство, не могло ли это спровоцировать действие яда?
— Я…
— Цзюньчжу, редкий яд в теле дянься очень коварен, ему нельзя так просто пускать в ход силу. В этот раз он едва не повредил меридианы, — опередил его Тянь Юань с крайне обеспокоенным видом. — Прошу вас, цзюньчжу, уговорите его быть осторожнее. Дянься больше всего прислушивается именно к вашим словам.
— Много болтаешь, уйди, — негромко прикрикнул Сяо Хуаян.
— Слушаюсь, — Тянь Юань с обиженным видом попятился.
И его обида была совершенно искренней, он вовсе не притворялся!
***
- Безвестный герой (无名英雄, wúmíng yīngxióng) — китайская идиома, означающая человека, совершившего благородный поступок, но не ищущего славы. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
