Днем Шэнь Сихэ была абсолютно свободна, так как Сяо Хуаян в это время не мог строить козни. За исключением того, что он пил лекарство только из ее рук, не было ничего, что шло бы вразрез с желаниями Шэнь Сихэ.
Впрочем, это случалось всего дважды в день, и Шэнь Сихэ терпела. Она полагала, что, разгневав его прошлой ночью, сегодня столкнется с его упрямством, но по какой-то причине его настроение снова улучшилось.
Словно почувствовав перемену в ее состоянии, Сяо Хуаян допил лекарство и, воспользовавшись тем, что рядом никого не было, открыл глаза. Глядя на Шэнь Сихэ, он беззвучно одними губами произнес:
— Разве у мужа с женой бывают обиды, что длятся дольше ночи?
Шэнь Сихэ, сжимавшая платок, чтобы вытереть ему уголки губ, внезапно с силой надавила. Сяо Хуаян скривился от боли, но так и не посмел издать ни звука.
Только тогда Шэнь Сихэ, втайне довольная, усмехнулась, поднялась и вышла.
Каждый день ей нужно было лишь присматривать за Сяо Хуаяном. О прочих делах она даже не пыталась разузнать. Император Юнин прикладывал все силы для поимки Сяо Цзюэсуна, желая прощупать истинную мощь врага. Прикрываясь поиском противоядия для тайцзы, он поднял такой переполох, что никто не посмел счесть это неуместным. Пока Сяо Хуаян лежал без чувств, никто не решался перечить государю.
К сожалению, Сяо Цзюэсун словно владел искусством сокрытия в земле 1 — он исчез бесследно. Император Юнин вел поиски полмесяца, но не обнаружил ни единой зацепки, отчего его опасения перед силами Сяо Цзюэсуна лишь возросли. Никто не знал, какую мощь накопил за двадцать лет человек, пребывавший в тени.
Спустя полмесяца погони император Юнин понял, что дальнейшее преследование не принесет плодов, и решил оставить это дело. Однако, поскольку яд в теле Сяо Хуаяна еще не был нейтрализован, для видимости требовалось, чтобы кто-то продолжал поиски с неослабевающим рвением.
При этом император Юнин не отдал приказ о возвращении во дворец, придерживаясь изначально намеченного срока — девятого месяца. В летнем дворце наступило обманчивое затишье. На деле же все стали крайне осторожны, утратив прежнюю непринужденность. Даже знатные девушки внезапно притихли: они безвылазно сидели в своих дворах, любуясь цветами, вышивая, готовя чай или занимаясь живописью.
Даже собираясь в одном дворе, они больше не смели шуметь так, как в начале поездки. Незримое давление нависло над летним дворцом, не давая людям вздохнуть полной грудью.
— Почему Бися не возвращается во дворец?
Наступила ночь. Было еще рано, и Шэнь Сихэ вполголоса беседовала с Сяо Хуаяном.
По логике вещей, после случившегося покушения, когда столько трупов было выставлено на всеобщее обозрение, и видя настороженность всех присутствующих, Бися должен был счесть это место зловещим.
— У Бися глубокие помыслы, разве могу я постичь волю монарха? — невозмутимо и высокопарно произнес Сяо Хуаян.
Шэнь Сихэ едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Подобными речами можно было одурачить тех, кто не знал его истинного лица. Но она — другое дело, да и Сяо Чанцин с Сяо Чангэном ни за что бы в это не поверили.
— Дянься, вы сами-то в это верите?
Сяо Хуаян попытался отделаться глуповатой улыбкой, надеясь сменить тему, но под пристальным взглядом Шэнь Сихэ он в конце концов сдался.
— Тайхоу не желает возвращаться, так как я еще не оправился.
Тайхоу не хотела уезжать, мотивируя это тем, что Сяо Хуаяну вредны любые перемещения. Раз тайхоу и тайцзы остаются, а никаких неотложных дел в столице не возникло, мог ли император Юнин бросить их и вернуться со свитой во дворец?
Очевидно, нет. К тому же поползли слухи, будто тайцзы — не его сын. Если бы он оставил Сяо Хуаяна здесь в такой момент, пресечь эти толки было бы невозможно.
Шэнь Сихэ кивнула. Тайхоу беспокоилась о Сяо Хуаяне, так что подобное решение было вполне в рамках здравого смысла.
Однако здесь даже мудрая Шэнь Сихэ упустила одну ключевую деталь. Сяо Хуаян не сообщил тайхоу о своем союзе с Сяо Цзюэсуном. Не зная, что все произошедшее — дело рук внука, тайхоу, только что пережив такую бурю, должна была бы прежде всего заботиться о безопасности летнего дворца и стремиться под защиту столичных стен.
К сожалению, Шэнь Сихэ полагала, будто тайхоу посвящена во все замыслы Сяо Хуаяна, а потому не сочла ее настойчивое желание остаться странным.
Разумеется, Сяо Хуаян не стал бы ей ничего объяснять. Ведь это он все подстроил. Он хотел оставаться в летнем дворце, хотел каждую ночь спать в одной комнате с ней, хотел, чтобы она весь день крутилась вокруг него. Этот вкус неописуемого блаженства заставлял его сердце трепетать.
— В последнее время кажется, будто кто-то за кулисами раздувает пламя, распространяя слухи о том, что вы не сын Бися, — снова спросила Шэнь Сихэ.
Это, конечно, тоже было делом рук Сяо Хуаяна — чтобы император Юнин еще тверже решил остаться. Но была и другая цель.
— Раз семена сомнения посеяны, кто-нибудь обязательно захочет проверить их на прочность. Лучше уж позволить им ясно увидеть отношение Бися, это избавит от лишних хлопот.
Услышав подтверждение, Шэнь Сихэ больше не задавала вопросов.
Напротив, видя ее молчание, Сяо Хуаян вдруг произнес:
— Тайхоу и Бися планируют устроить радостное событие для исцеления 2, чтобы развеять череду последних неудач.
— Радостное событие? — первой мыслью Шэнь Сихэ было приближающееся празднование дня рождения императрицы-матери, но оно выпадало на конец следующего месяца.
— Тайхоу и Бися решили даровать старшую законную дочь Пинъяо-хоу в жены второму хуансюн, — сообщил ей новость Сяо Хуаян.
Особняк Пинъяо-хоу должен был получить принцессу-консорт. Благодаря стараниям Юй Саньнин, император действительно захотел оказать честь этой семье. В недавнем подавлении мятежа и преследовании Сяо Цзюэсуна Пинъяо-хоу проявил себя с лучшей стороны, и его заслуги следовало вознаградить.
— Надо же, Чжао-ван-дянься… — Шэнь Сихэ была слегка удивлена. Она не собиралась принижать Чжао-вана, но у Сяо Чанминя уже был старший законный сын. Брать в жены девушку из столь знатного рода в качестве новой супруги казалось несколько несправедливым по отношению к ней.
Она полагала, что выбор падет на кого-то из братьев Синь-вана, ведь один из них был бездетен, а другой еще не женат.
— Изначально планировалось выдать ее за Сяо Цзю, — пояснил Сяо Хуаян. — Однако в деле с разоблачением тайных стражей Бися оказалась замешана и она вместе с Лиян-сяньчжу. В сердце Бися зародилось недовольство, и в итоге выбор пал на второго лао-эр.
В тот день он всего лишь хотел найти свидетелей из числа женщин, чтобы не вызвать подозрений. Если бы это были чиновники, они могли бы утаить правду. Даже те, у кого не было ума, могли проговориться отцам или братьям еще до того, как привезли тела, и те бы их остановили.
А женщины — другое дело. Они мало знают о происходящем, отцы и братья в такие моменты заняты устранением последствий и стараются не отходить от императора, разделяя его заботы. Женщинам нелегко их увидеть, и вероятность того, что они сообщат им в короткий срок, была крайне мала.
Когда же все случилось, их было двое — они не могли лгать, боясь разоблачения друг другом. Не разбираясь в политических течениях, они могли лишь честно рассказать о том, что видели.
Сяо Хуаян не целился в кого-то конкретно. Как и думала Шэнь Сихэ, эти девушки не имели для него никакого значения. Он лишь приказал найти двух дам, которые были бы вместе и в стороне от остальных. По воле случая ими оказались Ю Санцзы и Гу Циншу.
Из-за этой случайности Ю Санцзы лишилась возможности на более удачный брак.
— Эта судьба не досталась бы ей в любом случае, — у Шэнь Сихэ не было глубокого впечатления о Ю Санцзы.
Титул принцессы-консорт был целью интриг Юй Саньнин. Боюсь, то, что мужем станет Чжао-ван, а не Ле-ван, ее даже больше устроит.
Будь это Ле-ван, ей было бы трудно подменить собой сестру из-за недостаточного статуса, а с Чжао-ваном возможностей для маневра куда больше.
— Эх, знай я раньше, что они захотят свадьбы, я бы подождал с этим планом, — вздохнул Сяо Хуаян. Тогда можно было бы как раз подготовить их собственное торжество.
***
- Искусство сокрытия в земле (土遁术, tǔdùnshù) — даосская техника мгновенного перемещения или исчезновения сквозь толщу земли. ↩︎
- Радостное событие для исцеления (冲喜, chōngxǐ) — древний обычай устраивать свадьбу в надежде, что праздничная энергия поможет больному родственнику выздороветь. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
