Тетя, о которой говорил Сяо Хуаян, по его статусу Хуантайцзы была сестрой его покойной а-нян, то есть сестрой императрицы, и к тому же — возлюбленной Бися.
— Неужели за столько лет никто не пытался подражать ей, чтобы снискать милость Бися? — спросила Шэнь Сихэ.
— Пытались, — кивнул Сяо Хуаян. — Внешнее сходство лишь заставляло Бися задержать взгляд, а сходство в характере позволяло ему запомнить человека.
Однако никому еще не удавалось добиться успеха.
Шэнь Сихэ опустила длинные ресницы:
— Раньше это не удавалось потому, что та, о ком Бися постоянно помышлял, была жива. Теперь же этой женщины больше нет.
— Это во-первых, — Сяо Хуаян сощурился, и в его глазах промелькнула улыбка. — Во-вторых, преимущество принцессы Яо Си не в том, чтобы подражать кому-то. Подделка в конечном счете остается подделкой, и даже самый глубокий сон рано или поздно заканчивается. Ее преимущество в том, что последние десять лет она жила с той женщиной под одной крышей.
Ей не нужно было копировать ее или становиться двойником — участь двойников никогда не бывает завидной. Принцессе Яо Си достаточно было рассказывать о мелочах жизни той женщины в Тубо, и этого хватило бы, чтобы Бися грезил наяву и желал постоянно находиться рядом с ней.
Это не имело отношения к чувствам между мужчиной и женщиной: пока она оставалась искренней, Бися защищал бы ее; пока она была достаточно умна, она всегда могла бы предугадывать каждый его шаг.
Любовь и страсть вовсе не были тем, чего искала принцесса Яо Си; покой Тубо и трон ее брата были для нее важнее всего. Это Шэнь Сихэ поняла из их вчерашнего краткого разговора.
Шэнь Сихэ сочла этот план весьма удачным, и ей стоило дать принцессе Яо Си несколько наставлений.
Разумеется, Шэнь Сихэ не стала бы искать встречи с принцессой Яо Си лично. Бися следил за каждым шагом принцессы, и если бы она сама пришла к Шэнь Сихэ, Бися не стал бы подозревать неладное, решив, что принцесса Яо Си все еще одержима идеей войти в Дунгун и потому настойчиво ищет расположения Шэнь Сихэ и Сяо Хуаяна. В противном случае ее поведение выглядело бы в глазах Бися подозрительным. Любые перемены в принцессе Яо Си немедленно вызвали бы недоверие у Бися.
Через два дня должна была состояться церемония совершеннолетия 1 Шэнь Иньчо. Шэнь Юэшань и Шэнь Юньань не получили особого разрешения прибыть в столицу, и Шэнь Сихэ, будучи единственной родственницей из семьи Шэнь, которая могла присутствовать, разумеется, не могла пропустить это событие.
Она обещала, что не позволит никому оскорблять Шэнь Иньчо, ведь это было право, принадлежащее той как дочери семьи Шэнь.
Подготовив согласно обычаю щедрый подарок, Шэнь Сихэ нужно было лишь присутствовать — всеми делами занимались слуги из императорского дворца. Церемония обещала быть необычайно торжественной: у Шэнь Иньчо был не только отец, в чьих руках была сосредоточена военная мощь, но и старшая сестра, которой предстояло стать хозяйкой Дунгуна. К тому же она сама была любимой Бися сяньчжу, а ее почетной помощницей на обряде стала принцесса Пинлин.
Воспользовавшись этой церемонией, Шэнь Сихэ встретилась с принцессой Яо Си. Изначально она не хотела привлекать к себе внимание разговорами с ней, но принцесса Яо Си сама искала встречи. Выслушав просьбу, переданную служанкой принцессы, Шэнь Сихэ решила согласиться.
Хотя в доме Шэнь она жила недолго, она знала его лучше принцессы Яо Си, поэтому Шэнь Сихэ выбрала место и велела Биюй проводить туда гостью, а сама отправилась ждать. Принцесса Яо Си пришла очень быстро.
— Я согласна на твое предложение, но ты должна сказать мне, как я смогу привлечь внимание Бися, — принцесса Яо Си размышляла два дня, неоднократно советуясь со своими доверенными лицами, и пришла к выводу, что предложение Шэнь Сихэ действительно было для нее самым выгодным.
Став женщиной Бися, она могла бы немедленно припугнуть семью Ся Чжа и упрочить положение брата на троне, ведь дело ее отца не терпело отлагательств.
В будущем она могла бы действовать по обстоятельствам: если Сяо Хуаян и Шэнь Сихэ будут оставаться победителями, она продолжит сотрудничать с ними. Если же в делах супругов из Дунгуна наметится упадок, то, владея секретами Бися, она не останется без новых союзников.
Так она действительно ставила себя в беспроигрышное положение.
— У тебя есть величайшее преимущество… — Шэнь Сихэ и не думала, что принцесса Яо Си откажется, поэтому рассказала ей о жизни той несравненной красавицы.
— Королева… — услышав это, принцесса Яо Си сначала удивилась, а затем ее озарило. — Так вот оно что…
На самом деле двадцать лет назад Тубо намеревалось напасть на Небесную империю. В то время империя страдала от внутренних неурядиц и внешних угроз, в то время как Тубо достигло небывалого могущества. Однако ее отец раз за разом терпел поражения от рук Шэнь Юэшаня, и в его сердце поселился страх.
Другой причиной было то, что ее отец влюбился в женщину из Срединных земель. Принцесса Яо Си так хорошо знала ханьскую культуру именно благодаря ее влиянию. Если бы у королевы были собственные дети, то, возможно, ни у нее, ни у ее брата не было бы шанса появиться на свет.
Отец был так ослеплен ею, что во всем ее слушался. С ее появлением он перестал обращать внимание на других женщин. Та женщина была слишком умна; благодаря ее мудрости весь дворец знал об обожании правителя, но никто не смел ей завидовать, напротив — все наперебой старались ей угодить.
Ее собственная мать лучше всех умела заискивать перед ней и даже отдала дочь ей на воспитание.
Королева была очень добра к принцессе, и именно благодаря ей отец выделял Яо Си среди остальных. И именно из-за ее ухода отец в одночасье лишился душевных сил, слег в постель и теперь был близок к смерти.
— Цзюньчжу, знаете ли вы, что перед самой смертью она велела мне сжечь один пергамент? — взгляд принцессы Яо Си стал отрешенным, она смотрела в пустоту, словно погрузившись в давние воспоминания. — Я не удержалась и из любопытства заглянула в него: это была военная карта обороны Тубо.
Вероятно, она хотела преподнести ее Бися перед смертью. Вернуть карту в империю ей было бы очень легко, ведь отец никогда не терял бдительности рядом с ней, но в свой последний день она предпочла ее сжечь. Должно быть, она была тронута тем бескорыстным и искренним чувством, которое питал к ней отец.
Шэнь Сихэ молчала: ее нисколько не интересовали чужие любовные терзания.
Принцесса Яо Си мгновенно пришла в себя и не стала продолжать эту тему:
— Благодарю цзюньчжу за совет.
— Принцесса, — сочла нужным напомнить Шэнь Сихэ, — во всем должна быть мера. Ни один отец не пожелает взять в жены женщину, чье сердце принадлежит его сыну.
Шэнь Сихэ советовала принцессе Яо Си публично выразить свою привязанность к принцу, чтобы польстить мужскому самолюбию Бися и гарантированно достичь цели. Что же касается подозрений императора, то при постоянном общении в будущем их можно будет развеять.
Совет Сяо Хуаяна мог избавить от множества хлопот в будущем: если бы Бися действительно увлекся, он не стал бы устраивать лишних проверок. Однако на первых порах было легко допустить оплошность, и меру этой искренности принцессе Яо Си предстояло определить самой.
Она должна была показать, что никогда и не помышляла о Бися, всем сердцем желая выйти замуж за принца, но при этом нельзя было допустить, чтобы Бися поверил, будто она предана этому принцу до гроба. Если у Бися сложится такое впечатление, он никогда не посмотрит на Яо Си как на женщину.
Принцесса Яо Си пристально посмотрела на Шэнь Сихэ. Девушка, стоявшая перед ней, слишком хорошо умела управлять людскими сердцами.
— В таком случае мне придется попросить цзюньчжу еще об одной услуге.
Она не могла без малейшего сопротивления тут же переключиться на другую цель, иначе это выглядело бы слишком нарочито.
- Церемония совершеннолетия (及笄礼, jí jī lǐ) — традиционный китайский обряд инициации для девушек, достигших пятнадцатилетнего возраста. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
