Если бы он не начал действовать, Дунгун сделал бы это сам.
Памятуя о чувствах к покойной жене, Сяо Чанцин надеялся сохранить последнюю каплю крови рода Гу и проявлял к Гу Циншу немалое снисхождение. Но это не означало, что он позволит Гу Циншу разглашать дела дома Синь-вана.
Сяо Чанцин не отправился сразу на поиски Гу Циншу и не послал людей позвать её. Он вернулся в кабинет, и его глубокий, холодный взгляд упал на висевшую там картину: обрыв на морозном ветру, одиноко цветущая красная слива и снег, подобный гусиному пуху, — пронизывающий холод до самых костей.
В углу стояло малое имя Гу Цинчжи. Это была одна из немногих сохранившихся её работ. Она обладала холодным и гордым нравом, была необычайно талантлива, но редко выставляла свои дарования напоказ. Эту картину Сяо Чанцин получил лишь после того, как тесть лично попросил за него.
Сяо Чанцин долго смотрел на неё, прежде чем отвёл взгляд, растёр тушь и поднял кисть.
Чтобы наказать Гу Циншу, удовлетворить Дунгун и при этом не бить по траве, чтобы спугнуть змею^1, не дав Чжао-ванфу ничего заподозрить, двенадцатый принц Сяо Чжангэн неизбежно должен был быть раскрыт.
Приведя мысли в порядок, Сяо Чанцин не спеша написал два письма и отправил их из дома Синь-вана.
Одно из них попало в руки Сяо Хуаяна. Там было всего два слова: «Уже известно».
Сяо Хуаян развернул послание своими узловатыми пальцами, пробежал его глазами и бросил Тянь Юаню:
— Следи пристальнее.
Тянь Юань, почтительно приняв письмо, спросил:
— Дянься, нужно ли наблюдать за перемещениями со всех четырёх сторон?
Бися в этот раз действительно задействовал боевую элиту. Они уже обнаружили неладное. Им всегда было любопытно, как огромная армия может скрываться так бесследно. Теперь же выяснилось, что боевая элита Бися рассредоточена по разным землям, будучи разделена на малые отряды.
Сунь-ван Сяо Чанфэн, держащий в руках власть над боевой элитой, уже тайно покинул столицу. По одному его приказу силы со всех сторон приходят в движение.
Стоит ли им разведать, где именно укрываются эти люди?
— Не факт, что это не приманка, расставленная Бися, — Сяо Хуаян слегка покачал головой, отвергая предложение. — Заманить нас в ловушку — цель малая, а вот раздробить наши силы — большая.
После дел о тайном изготовлении оружия Кан-ваном и коррупции бывшего министра финансов в государственной казне Бися наверняка заподозрил, что кто-то знает о его частных элитных войсках. Когда боевая элита потерпела неудачу в летнем дворце, Бися окончательно в этом убедился и впредь стал крайне осторожен.
Но будь то Кан-ван или бывший министр финансов, ни одно дело не обошлось без участия Шэнь Сихэ. Шэнь Сихэ собственноручно отправила Кан-вана на плаху, и хотя в деле с бывшим министром финансов Сяо Хуаян тайно подливал масла в огонь, на поверхности всё равно фигурировала Шэнь Сихэ.
Поэтому Бися больше всего подозревает род Шэнь.
Он полагает, что тот, кто знает о боевой элите и постоянно пытается её выследить — это Шэнь Юэшань.
В этой игре, независимо от того, подозревает ли Бися кого-то ещё, род Шэнь — самая очевидная угроза. Раз уж Шэнь Юэшань хочет разузнать о боевой элите, то вместо того чтобы прятать её, лучше выставить её напоказ и дать Шэнь Юэшаню на неё посмотреть.
Пока у Бися есть такие намерения, он обязательно создаст шум, используя его для достижения целей: либо чтобы поймать черепаху в кувшине^2, либо чтобы намеренно запутать следы.
Сердце Тянь Юаня дрогнуло. Всё же он не мог мыслить так глубоко, как Дянься.
— Дянься, а как же Бу Шыцзы…
Глубокие, подобные полуночи зрачки Сяо Хуаяна скрылись за опущенными ресницами, и лишь холодный голос выдавал его беспощадность:
— Жить ей или умереть — пусть выбирает сама.
Тянь Юань почтительно отозвался и удалился.
На самом деле до этого момента всё оставалось под контролем Дянься, включая то, что Ле-ван-дянься, вероятнее всего, рискнёт всем ради тайзыфэй-дянься, чтобы помочь Бу Шыцзы. Сяо Хуаян уже наметил границы, которые заставят Ле-ван-дянься послушно вернуться, если это произойдет.
Сейчас для Бу Шыцзы настало время истинного одиночества и отсутствия помощи. Испытание тайзы-дянься не позволяет никому пройти его хитростью. Если хочешь стать человеком, на которого опирается тайзыфэй, ты должен проявить способности и доказать свою ценность.
Тянь Юань вышел из главного зала и поднял глаза на синее небо, чистое, словно умытое. В душе он мог лишь молиться: «Шицзы, будьте благоразумны».
Он не хотел, чтобы Бу Шыцзы выбрала неверный путь или пострадала, иначе тайзы-дянься лишится такого способного чиновника, как Цуй Шаоцин.
В это время положение Бу Шыцзы и впрямь было тяжелым. Стоило ей въехать в Тубо, как её след словно обнаружили. Раньше на границе Тубо и империи оборона не была строгой, поскольку там располагались торговые кварталы для удобства купцов обеих стран; государства жили в мире и поддерживали связи.
Однако её торговый караван под самыми разными предлогами задержали на границе и не давали проезда.
— Если нас не пропустят и сегодня, нам останется только прорываться силой, — приказала Бу Шыцзы Цзинь Шаню.
Она уже велела управляющему каравана потратить огромные суммы на взятки. Эти люди всегда признавали деньги, а не лица. Если уж они перестали брать деньги, значит, им нужны головы!
— Слуга сейчас же всё устроит, — Цзинь Шань удалился.
В комнате осталась лишь Бу Шыцзы, переодетая в женское платье. Её внешность тоже была слегка изменена и сильно отличалась от прежней.
Она гадала, кто мог выдать её местонахождение.
Благодаря помощи Ле-вана те люди должны были уйти по ложному следу. Даже если они поняли, что их обманули, они не успели бы заранее устроить ей ловушку на этом, казалось бы, надёжном заслоне.
Страннее всего было то, что их просто не пропускали, но при этом относились вежливо. Неужели что-то проверяют?
Вскоре вернулся человек, которого Бу Шыцзы посылала налаживать связи:
— Шицзы, всё дело в Сибэй-ван-шицзы…
Случилось такое совпадение: несколько дней назад Шэнь Юньань, направляясь через Тубо, открыто и самонадеянно отправился к реке Минцзян, бросив прямой вызов императору Юнину.
Император Юнин, разумеется, пришёл в ярость. Он и не думал, что Бу Шыцзы тоже пойдёт через Тубо, он просто не хотел оставлять Шэнь Юньаню пути к отступлению, чтобы тот не смог бесшумно проскользнуть из Тубо обратно на Северо-Запад.
Он лично написал письмо вану Тубо с просьбой усилить охрану и контроль в этих местах, особенно задерживать большие торговые караваны или группы из империи.
Пока Шэнь Юньань не может уйти этим путём, даже если он сбежит после битвы при Минцзяне, император перекроет ему дорогу домой.
Шэнь Юньань смог так дерзко явиться к реке Минцзян и попрать величие монарха только благодаря прикрытию Шэнь Юэшаня.
Если Шэнь Юньань долго не будет возвращаться, император посмотрит, как Шэнь Юэшань сможет скрывать это и дальше.
Выслушав причину, Бу Шыцзы могла лишь вздохнуть о том, что время выбрано неудачно. Если бы Чжао-ван и остальные не преследовали её, она бы прошла через Тубо на шаг раньше Шэнь Юньаня и не застряла бы здесь.
На Шэнь Юньаня у неё не было ни капли обиды, да и права обижаться она не имела. Шэнь Юньань явно отправился к реке Минцзян, чтобы помочь ей, иначе разве помыслы Бися были бы сейчас заняты только рекой Минцзян?
В её сердце была лишь благодарность.
— Шицзы, мы всё ещё собираемся прорываться этой ночью? — спросил Цзинь Шань.
Бу Шыцзы покачала головой:
— Раз наше местонахождение не раскрыто, нельзя выдавать себя. Подождём ещё день. Скорее всего, задержали не только нас. Если другие соберутся поворачивать назад, мы последуем за ними и выберем другой путь к реке Минцзян.
Так они не вызовут подозрений.
План Бу Шыцзы был весьма детальным, но она не знала, что Сяо Чанминь, получив утвердительный ответ от Сяо Чжангэна в том, что Сяо Чанъин действительно мешал им и вводил в заблуждение, немедленно отправил за ней убийц.
^1 Бить по траве, чтобы спугнуть змею (打草惊蛇, dǎ cǎo jīng shé) — китайская идиома, означающая неосторожные действия, которые преждевременно выдают планы противнику.
^2 Поймать черепаху в кувшине (瓮中捉鳖, wèng zhòng zhuō biē) — китайская идиома, означающая захват цели, не имеющей путей к отступлению; дело, в успехе которого нет сомнений.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
