Кан Лун был застигнут врасплох и вынужден подыгрывать, кивая в знак согласия. Юй Мэн продолжала объяснять:
— Парение души, снятие мышечного напряжения, глубокая релаксация — это чрезвычайно эффективно для таких людей с высоким уровнем тревожности, — она повернулась к Кан Луну. — Верно?
Кан Луну оставалось только подтвердить: да, мол, тревожность, и больше всего тревожит, когда диссертация не пишется.
Женщины рассмеялись.
Юй Мэн потянула Кан Луна вперёд, а Юй Мэн и Юй Жуй шли следом в толпе, наблюдая за его смущением. Юй Мэн продолжала без умолку тараторить:
— У нас всего одна капсула для флоатинга, импортная, из Америки. Весь процесс исцеления занимает семьдесят пять минут. Тебе нужно медитировать, там пять этапов: «любовь к себе», «снятие стресса», «надежда», «благодарность» и «прощение»… Соль для ванн у нас израильская… Просто иди, ничего с собой брать не нужно, только ты сам…
Кан Луна тащили за собой; было очевидно, что сейчас его отправят в душ готовиться к роли «счастливого гостя».
Юй Шуан это даже заинтересовало, и она последовала за ними, словно наблюдая за тем, как инопланетяне разыгрывают землянина. Юй Жуй тоже ждала момента, когда Кан Лун выйдет после процедуры «полным сил» и «обновлённым». Спустя некоторое время Кан Лун вышел после душа, облачённый в халат — не обычный белый, а сшитый на заказ, расшитый золотом и драконами. Все присутствующие принялись его разглядывать.
Бедный Сяо Бай.
Тан Сэн, ожидающий, когда его отправят в пароварку.
Зазвонил телефон. Это был телефон Юй Шуан.
Она вытащила его, чтобы посмотреть. Оказывается, звонила младшая невестка, и как только та взяла трубку, в голосе послышались рыдания.
Юй Шуан тоже разволновалась, а когда выяснила подробности, её лицо мгновенно побелело.
— Мэн-цзецзе, дай мне машину, — крикнула Юй Шуан.
Юй Жуй, не понимая, что произошло, схватила Юй Шуан и начала расспрашивать.
— Помоги мне купить билет на поезд, к моему брату, — бросила Юй Шуан и выскочила вон. Кан Лун, увидев, что Юй Шуан бежит к выходу, и заметив её изменившееся лицо, забыл о всяком «целительном опыте» и прямо в халате бросился за ней.
На парковке Юй Шуан лихорадочно жала на кнопку ключа, но машин было так много и стояли они так плотно, что она никак не могла найти нужную.
Перед ней затормозил автомобиль.
— Садись! — это был Кан Лун.
Юй Шуан было не до раздумий, она быстро запрыгнула в салон и бросила, что нужно на вокзал скоростных поездов. Машина тронулась.
— Быстрее!
Они выехали на дорогу. Юй Шуан разрыдалась. Кан Луну пришлось прибавить газу, но дорожная ситуация в мегаполисе не внушала оптимизма: время от времени возникали пробки, и Кан Лун изо всех сил старался отыскать кратчайший путь.
Ведя машину, он спрашивал её, куда именно нужно ехать. Позвонила Юй Жуй и сказала, что билеты куплены; Кан Лун продиктовал номер своего удостоверения личности и попросил Юй Жуй купить билет и ему. Что же всё-таки случилось? Он не спрашивал. Но, глядя на состояние Шуан, понимал: стряслась беда. Летние каникулы ещё не закончились, время у него было, и что бы ни произошло, он решил остаться рядом с ней.
В поезде Юй Шуан то и дело посматривала в телефон, не проронив ни слова. Глаза её покраснели, а лицо было таким хмурым, будто вот-вот разразится гроза. Кан Лун хлопотал о переоформлении билетов. Кое-как уладив дела, он сел рядом с Юй Шуан.
Пассажиры вокруг ели лапшу быстрого приготовления, повсюду разливался её аромат, и Кан Лун решил сходить в вагон-ресторан. Когда он поднялся, пояс халата, завязанный неплотно, разошёлся, обнажив половину груди. Сидящая на месте «B» женщина средних лет увидела это в упор и вскрикнула. Кан Лун поспешно запахнул полы. Его наряд был совершенно неуместен. Халат по фасону напоминал нечто среднее между пижамой и плащом, закрывал всё тело, но под ним не было белья, а на ногах красовались кожаные туфли. Выглядел он точь-в-точь как «странный дяденька». Пришлось потуже затянуть пояс, притворившись на время знатоком моды.
В вагоне-ресторане Кан Лун стоял в очереди за покупками, сжимая в руках барсетку — у него была полезная привычка всегда носить сумку с собой. Железнодорожный полицейский подошёл к нему и оглядел с ног до головы.
— Предъявите удостоверение личности.
Кан Лун подчинился. У полицейского оказалось чувство юмора; глядя в документ, он прочитал:
— Кан Лун… — Затем снова смерил его взглядом. — Твой прикид — это закос под императоров Канси и Цяньлуна?
Кан Луну пришлось долго и нудно всё объяснять. Полицейский ничего не смыслил в «космических капсулах» и «парении души», но общую причину понял и отпустил его.
Кан Лун вернулся на место с двумя порциями еды. Но Юй Шуан отрезала:
— Я не буду.
Это была её первая фраза. Кан Лун тоже не стал есть, за компанию. Он осторожно протянул правую руку и сжал её левую ладонь. Юй Шуан повернула голову; в её глазах читались отчаяние, напряжение и благодарность, и слёзы наконец хлынули из глаз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
