За столом обедали, рядом стоял пустой прибор с палочками. Для матери Юй Шуан.
— Есть ещё один? Поставь и для неё, — попросил Кан Лун. Он тоже хотел помянуть маму.
Юй Шуан поспешно принесла и расставила всё необходимое.
Председатель Кан чувствовал себя не в своей тарелке:
— Сплошной материализм, к чему вся эта показуха?
Кан Лун промолчал, явно рассердившись.
Председатель Кан взялся за палочки:
— Приступаем.
Чуньэр поспешно попросила дедушку подождать, убежала в комнату, вынесла маленькую тетрадку, открыла её и принялась читать своё сочинение под названием «Письмо бабушке в небесное царство». В нём она выражала свою скорбь. Слушая, Юй Шуан почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.
— Нужно было при жизни хорошо относиться друг к другу, и всё, — бросил председатель Кан.
— Папа, если ты не тоскуешь, это не значит, что другие не тоскуют, — возразил Кан Лун.
Председатель Кан не сдавался:
— С чего это я не тоскую? Я тоскую в душе, а не треплю об этом языком.
— Помолчал бы уже, — грубо ответил Кан Лун.
Председатель Кан отложил палочки:
— Ты, паршивец, нарочно на рожон лезешь?
Чуньэр в испуге отпрянула. Юй Шуан поспешила их разнять.
Вспоминая маму, Кан Лун не мог сдержать гнева:
— При жизни ты был перед ней виноват, и после смерти продолжаешь в том же духе!
Юй Шуан была в отчаянии:
— Ну что вы такое говорите… — Она повернулась к маленькому портрету матери на столике и прошептала: — Мам, это случайность, просто случайность, представь, что смотришь спектакль.
Председатель Кан схватил чесалку для спины, собираясь проучить сына.
— А ну, прекратили оба! — протяжно закричала Юй Шуан.
Отец и сын затихли. Чуньэр увела дядю Кана в одну комнату. Юй Шуан увела председателя Кана в другую. Председатель Кан ругался:
— Совсем от рук отбился! Кто здесь отец?! В день годовщины чужой матери он смеет строить такую рожу! Его собственный отец ещё не помер!
Успокоив отца, Юй Шуан пошла утешать сына.
— При жизни с кем попало путался! И после смерти продолжает! Моя мама… — Глаза Кан Луна покраснели. Юй Шуан знала историю с покупкой участка на кладбище, но не знала, как его утешить. Кто решает, где человек будет лежать после смерти — в этом деле чёрт ногу сломит.
— Пусть не хорохорится, — добавил Кан Лун, — когда этот день настанет, я буду решать, где его хоронить!
Немного успокоившись, Кан Лун первым перешёл в наступление. Он отодвинул раздвижную дверь, вошёл в комнату к отцу и произнёс тяжёлым тоном:
— Папа, ты не можешь здесь оставаться.
Чуньэр шла следом за дядюшкой Каном, широко раскрыв глаза. Юй Шуан пыталась сгладить углы, но её было не остановить. Председатель Кан вскинул брови:
— Если не здесь, то где?! У тебя? Да мне в гробу лежать будет лучше, чем у тебя!
— Я подыскал тебе дом престарелых.
— Психушку, небось? Решил извести отца? Не выйдет!
— Тебе не подобает здесь жить! — отрезал Кан Лун.
— Не тебе решать, подобает или нет! — Председатель Кан обратился к Шуан: — Сяо Шуан, позволишь мне остаться?! Скажи хоть слово!
Юй Шуан замялась, не в силах вымолвить ни фразы.
— Где это видано, чтобы свёкор жил вместе с невесткой? Разве это прилично? — наступал Кан Лун.
— Так вы же ещё не женаты! — парировал председатель Кан. — Сам не проявляешь сыновней почтительности и другим не даёшь! Неблагодарный сын!
— Если бы я не был почтительным сыном, то вообще не стал бы о тебе заботиться! — огрызнулся Кан Лун.
Председатель Кан вскочил, замахиваясь кулаком. Ситуация накалялась.
— Всем стоять! — Юй Шуан пришлось применить всю силу голоса и закричать.
Отец и сын замерли.
Юй Шуан подтолкнула Чуньэр:
— Кан Лун, уходи! Председатель Кан, вы тоже остыньте. Это не такая уж большая проблема, не стоит она этого!
Кан Лун хотел было возразить.
— Хватит! Уходи! — прикрикнула Юй Шуан. — Помни, он твой отец! Пусть он даже распоследняя сволочь и подонок, он всё равно твой папа!
Председатель Кан остолбенел. Уже много лет никто не называл его сволочью. Последний раз он терпел такие оскорбления лишь от матери Кан Луна.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
