Юй Мэн поначалу не понимала, почему Вэн Юэ согласилась составить ей компанию и поехать за границу навестить сына во время Праздника весны. У неё есть брат и племянница, и в такой особенный момент, как лунный Новый год, ей следовало бы наслаждаться семейным теплом в кругу родных. Может, она считала Вэн Яна обузой? Но даже если брат непутёвый, она всё же тётя и должна была подумать о чувствах племянницы.
У Вэн Юэ детей не было. Старшая племянница была для неё важна. Скорее всего, она станет её главной опорой в старости.
Однако, приехав в школу и встретившись с Хаоюем и Чжэн Юем, Вэн Юэ внезапно объявила, что пойдёт навестить друга — маленькую подругу.
Девочку.
Тут Юй Мэн всё осознала.
Эта девочка и была истинной целью Вэн Юэ. О нет-нет, не сама девочка, а, вероятнее всего, мужчина за её спиной. Например, её отец — вот кто был целью Вэн Юэ.
Вэн Юэ ещё не смирилась с судьбой и решила идти окольным путём.
Юй Мэн велела сыну Хаоюю разузнать про ту девочку. Хаоюй оторопел. Его мама расспрашивала не о ком-нибудь, а о Хань Сицянь. С которой у него сейчас был период нежной влюблённости. А любовь — это как раз то, что мама, Юй Мэн, строжайше, под страхом смерти, запрещала.
— Да просто обычная девчонка, — Хаоюй попытался навести тень на плетень.
Такой ответ Юй Мэн не устроил.
— Семья у неё довольно богатая, — добавил Хаоюй.
Теперь Юй Мэн была довольна. Мухи на целое яйцо не садятся. Стала бы Вэн Юэ так лебезить перед дочерью бедняков? Заметив, что выражение лица мамы меняется, Хаоюй поспешил выложить главный козырь.
— Приезжал отец.
Луань Чэнъюнь? Он же говорил, что у него нет времени?
Опять передумал. Пронырливый деляга.
— Он что-нибудь сказал?
— Нет.
— Деньги на жизнь дал? — с беспокойством спросила Юй Мэн. Она всё ещё злилась, что при разводе он выделил ей слишком мало.
— Дал, — ответил Хаоюй. — Мама, я решительно на твоей стороне.
При упоминании бывшего мужа Юй Мэн совсем расстроилась и потеряла интерес к расспросам о девчонке. Впрочем, такая мелочь не могла её остановить. Пока Вэн Юэ водила девочку по ресторанам и магазинам, Юй Мэн уже разузнала всё о связях, стоящих за ней. Её отца звали Хань Гуан. Похоже, они с Вэн Юэ когда-то работали в одной компании. Однако его уровень был гораздо выше. Если Вэн Юэ была директором в одной фирме, то Хань Гуан заседал в советах директоров сразу нескольких компаний. В сети нашлись фотографии Хань Гуана — пара снимков с каких-то мероприятий. Людей было много, он держался в тени, и разглядеть его было трудно, но одно можно было сказать точно: внешность у него была самая заурядная. С Цзу Лянцаем не сравнить.
Перед Новым годом Лян Цай тоже связывался с ней. Она сказала, что уезжает за границу. Он не стал настаивать на встрече. Занимая определённый пост, он не мог свободно выезжать из страны. Поехать с ней было невозможно. Но он попросил её расписание и пообещал встретить в аэропорту по возвращении.
Как говорится, ловить рыбку на живца, кто захочет — сам клюнет.
Юй Мэн чувствовала, что до сих пор в отношениях с Цзу Лянцаем она удерживает преимущество. Не то что Вэн Юэ — хм, до чего жалко, вынуждена заискивать перед чужой дочкой. Но именно из-за этого Юй Мэн считала, что с Вэн Юэ можно дружить. Обе они были из тех женщин, что не могут жить без мужчины. Даже такая женщина, как Вэн Юэ, которая на всю жизнь обеспечила себя финансово, всё равно жаждала мужской любви.
И дело тут было вовсе не в деньгах.
Деньги — лишь сопутствующий продукт самореализации. Женщине нужно, чтобы мужчина её баловал, мужчине нужно, чтобы женщина его мучила, таков небесный закон… Дао рождает одно, одно рождает два, два рождают три, а три — всё сущее. Есть небо — есть и земля, есть инь — есть и ян, мужчина и женщина от природы должны быть вместе… Юй Мэн совершенно не понимала независимости и упорства Юй Шуан, которая жила словно аскетичная монахиня.
После нескольких обедов с западной кухней подряд Юй Мэн и Вэн Юэ сбежали в Чайна-таун поесть жареной утки, чтобы спасти свои желудки. Блюдо подали. Вкус совсем не тот, что на родине. Но всё равно ели.
— Вот поэтому я и не люблю ездить за границу, — сказала Юй Мэн.
Вэн Юэ усмехнулась:
— На родине ты тоже не особо много ешь.
— Когда всё есть — не ценишь, а когда нет — хочется, вот такая человеческая натура, — произнесла Юй Мэн. — Получив одно, желать другого, а имея всё — хотеть ещё больше, никогда не бывает довольно.
— Завидую тебе, два взрослых сына, — полушутя-полусерьёзно заметила Вэн Юэ. В молодости она делала аборты. Несколько раз. И сможет ли она ещё родить — оставалось загадкой.
— Ты тоже ещё можешь родить.
— Разве это так просто?
— Ой, — Юй Мэн махнула рукой, гибкой, как морская капуста, — дорогая моя Вэн-лаобань, если ты захочешь ребёнка, это дело одной минуты.
— Родить-то не проблема, вопрос в том — от кого, — Вэн Юэ обозначила ключевую проблему. Впрочем, это можно было счесть и за проявление гордости.
Юй Мэн не стала продолжать тему. Она, конечно, не была настолько глупа, чтобы прямо упомянуть Хань Гуана. Некоторые вещи Вэн Юэ должна была сказать сама. Проявить инициативу первой было бы ошибкой.
— А девочка-то довольно симпатичная, — закинула удочку Юй Мэн. Она вместе с Вэн Юэ видела Хань Сицянь и даже тайком сфотографировала её.
Вэн Юэ промолчала. Свернула кусочек утки и отправила в рот.
Разговор на эту тему не клеился.
Юй Мэн перевела тему:
— Женщине ни в коем случае нельзя быть слишком активной.
Вэн Юэ ответила ни холодно ни жарко:
— Это ты про себя.
— Правда, будь ты красавица или дурнушка, если будешь слишком активной, мужчина решит, что ты ничего не стоишь, — поучала Юй Мэн, излагая свою любовную философию, основанную на тех немногих случаях её печальной любви. — Нужно держать дистанцию.
Вэн Юэ возразила ей парой фраз. Они весело переговаривались.
Вошли двое. Мужчина и женщина.
Вэн Юэ сидела лицом к входу и увидела их первой. Улыбка мгновенно исчезла с её лица.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
