Сунь Биньюй вернулся, вернулся тихо и незаметно.
Проведя месяц в безлюдной зоне Кэкэсили и натерпевшись лишений, он в тот самый миг, когда на его телефоне появился сигнал, благоговейно поднёс мобильный к солнцу и совершил ритуальный поклон, а затем дрожащими руками принялся просматривать «круг друзей».
Стоит признать, в это время всё менялось в мгновение ока. Всего за один месяц трое друзей получили свидетельства о браке, двое завели детей, один старший женился во второй раз, и даже Лян Чэнь начала есть курятину (побеждать в игре).
Взволнованный, он вернулся домой и поспешил включить компьютер, чтобы войти в Steam. Увидев, что Лу Цзин и Лян Чэнь оба в сети, он подумал, что они, возможно, играют вместе, и решил посмотреть, как Лу Цзин справляется с ролью учителя. Он тут же открыл YY и бесшумно зашёл в комнату Лу Цзина. Лян Чэнь и правда была там.
Однако стоило ему войти, как он услышал такой диалог:
— Так дело не пойдёт, видимо, придётся учить тебя, держа за руку.
— А?
— Если буду учить, держа за руку, сможешь научиться?
— А?..
— Не пойдёт?
— Я…
Тон был мягким и двусмысленным, одновременно развязным и сдержанным.
Неужели это Лу Цзин? Невероятно развязный.
Сунь Биньюй, подавляя в себе желание выругаться, молча слушал до самого конца, пока не выдержал и не прервал их разговор.
Как же так вышло, что стоило ему уехать на месяц, и Лу Цзин превратился в нераспроданную лисью шкуру — соблазнителя.
Поэтому он вытянул Лу Цзина в отдельный канал, чтобы серьёзно с ним объясниться.
— Что за ситуация? — спросил Сунь Биньюй.
— Какая ещё ситуация? — ответил вопросом на вопрос Лу Цзин.
— Что вы двое делаете? — не унимался Сунь Биньюй.
— В игру играем, — спокойно сказал Лу Цзин.
Сунь Биньюй тут же вспылил:
— Чёрт возьми! Разве в игры так играют?
Лу Цзин остался невозмутим:
— А как иначе?
Сунь Биньюй сердито усмехнулся:
— Ого, у вас каждое второе слово — «держа за руку», неужели это твой стиль?
Лу Цзин приподнял бровь:
— И какой же у меня стиль?
— Обалдеть! — воскликнул Сунь Биньюй. — Когда я только начинал играть в эту игру, ты, чёрт возьми, презирал меня за то, что я «овощ», и, пока я подбирал вещи, пристрелил меня, чтобы самому убежать от ядовитого тумана, ты, чёрт возьми, забыл об этом?
Лу Цзин промолчал, а затем ответил:
— Забыл.
Сунь Биньюй: «…»
Ого, когда человек теряет стыд, даже призраки пугаются.
Успокоившись, Сунь Биньюй сказал:
— Только из-за того, что она девушка, ты так предвзято относишься? Ты вообще человек после этого?
Лу Цзин дважды хмыкнул.
— Я хоть и не видел ваш игровой экран, но могу представить, какой она «овощ». И что ты ей говоришь? «Держа за руку»? «Учись потихоньку»? А как ты со мной обращался?
Лу Цзину это надоело, и он сказал:
— Ты закончил? Если закончил, я вешаю трубку, завтра утром занятия.
— Ого, какой же ты всё-таки бессердечный, — сказал Сунь Биньюй. — Что, прозрел наконец, научился девушек клеить?
Лу Цзин хранил молчание.
В голове Сунь Биньюя внезапно промелькнула догадка, словно его молнией ударило:
— Погоди, ты хоть знаешь, кто она такая, что так бездумно подкатываешь?
Лу Цзин наконец перестал молчать и просто издал согласное:
— Угу.
На этот раз Сунь Биньюю показалось, что его ударило не молнией, а истинным огнём Самадхи.
— Чёрт… Ну ты и смельчак, знаешь, кто она, и всё равно смеешь так вольно себя вести? Не боишься, что её фанаты тебя живьём съедят? Это называется «строить дом у моря»!
— Что значит твоя последняя фраза? — спросил Лу Цзин.
— Развязность дошла до самого дома! — выпалил Сунь Биньюй.
Лу Цзин остался холодным:
— Где ты набрался этих фразочек, одну за другой?
— Да это всё режиссёр Хэ, мелкий паршивец… Эй, не переводи тему! — сказал Сунь Биньюй.
В этот момент за спиной Лу Цзина прошёл Хэ Е и сказал:
— Ты ложишься или нет? Я сейчас свет выключу.
Лу Цзин отозвался и сказал Сунь Биньюю:
— Ладно, я спать.
Сунь Биньюй схватился за голову, которая готова была взорваться:
— Нет, друг, что у вас вообще за ситуация такая?
— Никакой ситуации, спи давай. И ещё, не говори ей, что я знаю, кто она. Думаю, ей сейчас не очень хочется, чтобы об этом знали, — лениво ответил Лу Цзин.
Сказав это, Лу Цзин повесил трубку, оставив Сунь Биньюя в полном замешательстве.
Чёрт возьми, нет, стоило уехать на месяц, и как эти двое спелись? Нет, мисс Лян, вы ведь всё-таки большая звезда, неужели вас вот так просто окрутил студент?
Сунь Биньюй никак не мог этого понять и отправил сообщение Лян Чэнь.
Сунь Биньюй: Послушай, Чэнцзы, ты слишком сильно разочаровала отца.
Чэнцзы: А?
Сунь Биньюй: Что у вас с моим младшим братом за ситуация?
Чэнцзы: Да нет никакой ситуации.
Сунь Биньюй: Враньё! Я зашёл в комнату всего на десять минут и слышал, как вы там мило воркуете.
Чэнцзы: Это не я, у меня ничего такого нет, не говори ерунды.
Сунь Биньюй: Серьёзно! Отец в тебе очень разочарован!
Чэнцзы: Правда нет, я даже не знаю, кто он такой… и ни разу его не видела.
Сунь Биньюй: Ха?
Чэнцзы: Правда.
Спустя долгое время Сунь Биньюй ответил всего двумя словами: «коровье величие».
Лян Чэнь так и не поняла, о ком именно он так отозвался.
В это время на другом конце Имперской столицы, в восьмом корпусе общежития Наньда, в комнате 420 свет ещё не погас.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
