Слабый электрический ток распространился от кончиков пальцев по всему телу, вызывая лёгкую дрожь, скрытую под кожей и не выказывающую себя ни звуком, ни выражением лица.
Дыхание Лян Чэнь сперло, сердце в это тихое утро забилось «стук-стук».
Раз, два, три… Снежинки падали без звука и дыхания, но биение сердца было таким громким, что его мог бы услышать даже глухой человек.
Лян Чэнь долго не отвечала на сообщение, пока Лу Цзин не прислал ещё одно.
Дашень: Хорошо? Позволь мне увидеть тебя, наедине, хорошо?
От изначального отсутствия всякого страха до нынешней крайней осторожности, словно при расправлении крыльев, прошло всего лишь две минуты.
Лян Чэнь ответила:
— Где встретимся?
Дашень: Парк Наньшань.
Чэнцзы: М-м?
Дашень: Там мало людей.
Чэнцзы: …
Дашень: Много людей — неудобно?
Чэнцзы: ?
Дашень: Я имел в виду, тебе неудобно, не думай лишнего.
Не может оставаться серьёзным и трёх фраз, что за манеры у нынешних младшекурсников.
Лян Чэнь тихо рассмеялась и медленно набрала ответ.
Чэнцзы: Хорошо.
Трёхминутная переписка придала этой встрече иное значение.
Казалось, даже духи должны обладать более официальным ароматом. Лян Чэнь убрала стоявшую на столе «Burberry Body» обратно в ящик и после долгого выбора достала флакон нежно-оранжевого цвета.
Этот парфюм был создан специально для неё одним парфюмерным брендом, с которым она сотрудничала, к её дню рождения в этом году. Верхние ноты — ароматный апельсин, грейпфрут и мандарин; средние ноты — пион, цветы персика и груша наши; сладкий и свежий, он обладал исключительной стойкостью.
Надушившись и надев пальто, Лян Чэнь подошла к шкафу для обуви, раздумывая, что надеть.
В её памяти Лу Цзин казался очень высоким, она сама доставала ему лишь до плеча, так что с ним можно было надеть любую обувь. Но, вспомнив, что местом встречи был парк Наньшань, Лян Чэнь надела сапоги на плоской подошве.
Приведя себя в порядок, Лян Чэнь встала перед зеркалом в полный рост, выпрямилась, втянула живот и долго смотрела на своё отражение.
Неизвестно, было ли это из-за слишком сильного отопления в комнате, но щёки Лян Чэнь пылали румянцем. Она потрогала их рукой — да, чуть горячие, значит, это не перебор с румянами.
Телефон дважды пискнул, пришло сообщение от Лу Цзина.
Дашень: Позвони мне, когда приедешь.
Ниже он прислал номер своего телефона.
Лян Чэнь сохранила номер, но, когда пришло время вводить имя пользователя, не знала, что написать.
Лу Цзин?
Пусть будет так, она ввела эти два слова.
Лян Чэнь вышла из дома, спустилась на лифте в гараж, где в машине её ждал водитель Лао Лю.
— Поедем в парк Наньшань, — сказала Лян Чэнь.
Лао Лю в недоумении обернулся к ней:
— Вы одна?
Лян Чэнь замялась:
— Э-э… будет ещё друг.
Лао Лю не стал расспрашивать дальше и с улыбкой произнёс:
— Сегодня выпал снег, на Наньшане должно быть очень красиво. К тому же сегодня рабочий день, народу будет совсем мало.
— Да, — отозвалась Лян Чэнь. — Я и сама там была лишь несколько лет назад, в последнее время совсем не было возможности съездить.
— Это верно, — Лао Лю медленно завёл машину. — Парк Наньшань почти не застраивали, туда ходят в основном местные жители, это подходящее место, чтобы расслабиться и сменить душевное состояние.
Только тут Лян Чэнь поняла, что Лао Лю решил, будто она едет на Наньшань, чтобы развеяться.
— У ворот парка Наньшань есть заведение с жареным гусем, я ел там несколько лет назад, можете попробовать. А по соседству — цыплёнок с каштанами, старое место, работало, ещё когда я был маленьким, тоже неплохое.
Лян Чэнь на всё соглашалась, опустив голову к телефону.
Лента друзей уже была заполнена фотографиями первого снега. Снимки у всех были словно тысяча текстов на один лад, но настроения у каждого — свои.
Глядя на кружащиеся за окном снежинки, Лян Чэнь сделала снимок и выложила его в ленту без единого слова.
Стоило отправить, как тут же появился лайк. Лян Чэнь открыла посмотреть — это был Лу Цзин.
Уголки её губ приподнялись, она отправила ему сообщение.
Чэнцзы: Ты уже выехал?
Дашень: Угу.
Чэнцзы: Я тоже выехала.
Дашень: Хорошо.
Сорокаминутная поездка показалась четырёхчасовой.
Когда Лао Лю остановил машину, Лян Чэнь первым делом огляделась. Убедившись, что Лу Цзина нет, она достала зеркальце, чтобы поправить макияж.
Пока она подкрашивалась, слушала Лао Лю.
— Долго сегодня здесь пробудете? Мне подождать вас?
Лян Чэнь подумала и сказала:
— Ждать не нужно, возвращайтесь.
— Хорошо, — ответил Лао Лю. — Тогда, если соберётесь уезжать, позвоните мне за час.
— Ладно.
Закончив с макияжем, Лян Чэнь поправила бежевый шарф и открыла дверцу, в которую тут же ворвался порыв ветра.
К счастью, сегодня она оделась тепло.
На площади перед парком Наньшань было лишь несколько человек, некоторые из которых оказались сотрудниками. Лян Чэнь снова огляделась, но Лу Цзина не увидела.
Должно быть, он ещё не приехал.
Снег постепенно прекратился, пока Лян Чэнь была в пути. Сейчас, в полдень, выглянуло солнце, осветив ещё не растаявший тонкий слой снега, который заискрился ярким блеском.
Солнечный день после снегопада был прекрасен, словно сказка.
Лян Чэнь стояла, глядя на гору Наньшань. На остроконечной вершине лежала маленькая белая шапка, спускавшаяся вниз. На склонах виднелась изумрудная зелень, а прямо перед глазами всё ещё расстилался белоснежный ковёр.
Лян Чэнь случайно заметила, что на носки её сапог налипло немного снега. Она опустила голову и легонько притопнула, стряхивая снег и оставляя на земле беспорядочные следы.
В этот момент на её изящные носки сапог упала тень. Она резко подняла голову и неожиданно встретилась взглядом с Лу Цзином, чьи глаза светились улыбкой.
Оказалось, что у него светло-карие зрачки, сияющие на солнце.
— Старшая сокурсница, — негромко позвал Лу Цзин. — На что смотришь?
Лян Чэнь тут же отвела свой нескромный взор и огляделась по сторонам:
— А? Ты когда пришёл?
Лу Цзин держал в руках два чая с молоком, один из которых протянул Лян Чэнь.
— Давно уже. Только что ходил купить тебе чай с молоком.
— М-м… спасибо, — Лян Чэнь приняла напиток. Тепло бумажного стакана было в самый раз, мгновенно прогнав холод морозного ветра. — Значит, я опоздала.
— Это не ты опоздала, — сказал Лу Цзин. — Это я пришёл раньше.
Лу Цзин наклонил голову и вставил соломинку в стакан с чаем в руках Лян Чэнь.
— Пойдём, поедим.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
