Лю Чжэнлян заговорил то ли сам с собой, то ли обращаясь к Чэ Минмин и Ли Цинчэн:
— Боли в животе, рвота — похоже на острый гастроэнтерит, но других симптомов совсем нет. Сделаем так: сначала всё проверим. Аппендицит, панкреатит, холецистит, непроходимость кишечника, перфорация желудка и кишечника, камни в почках — проведите полное обследование.
В это время подошли родители ребёнка и встали рядом.
Чэ Минмин высказала Лю Чжэнляну свои сомнения:
— В точке Мак-Бернея нет болезненности при надавливании, так что на аппендицит не похоже. При аппендиците эта штука сначала болит сверху, потом в районе пупка, а под конец — в правой нижней части живота. Но где бы ни болело, воспаление всё равно распространяется, и в точке Мак-Бернея точно будет больно. А этому ребёнку не больно. Я долго простукивала область печени и желчного пузыря, никакой реакции. Думаю, и камней в желчном нет. У мальчика нет желтухи, щёчки румяные, так что с печенью тоже всё должно быть в порядке. При поколачивании по пояснице в области почек боли нет, так что вряд ли это камни в почках или мочеточниках. Утром ребёнок съел совсем немного, а вчера ужинал в школе, так что вероятность панкреатита тоже мала.
Чэ Минмин сказала родителям:
— Нужно сдать кровь на анализ, сделать рентген и УЗИ брюшной полости. Если ничего не найдём, я выпишу направление, и пойдёте платить.
Родители колебались. Эта пара в нарукавниках и сине-серой рабочей форме робко стояла в дверях. Чэ Минмин, увидев это, сразу всё поняла и сказала:
— Это недорого, триста юаней — максимум.
Только тогда супруги пошли оплачивать счета.
В свободную минуту Ван Бао спросил Лю Чжэнляна:
— Ты как во Второй больнице оказался? Разве ты не в больнице «Хэпин» врачом работаешь?
Лю Чжэнлян рассказал учителю о своём увольнении.
Выслушав, учитель Ван лишь произнёс:
— В холода познаётся стойкость сосны и кипариса, в трудностях познаётся благородный муж.
Родители вернулись с ребёнком. Трое врачей принялись изучать снимки и результаты анализов. Поджелудочная железа без отёков и патологий; признаков воспаления печени нет; в почках и мочеточниках ничего, кроме мочи, — ни единого камешка; желчный пузырь чист. Лю Чжэнлян снова посмотрел на результаты общего анализа крови и обнаружил, что уровень лейкоцитов повышен. Значит, воспаление всё-таки есть, но где именно — неясно.
Ли Цинчэн обратилась к Лю Чжэнляну:
— Доктор Лю, может, это хронический энтерит?
Лю Чжэнлян и сам понимал, что симптомы похожи на хронический энтерит, но при нём должна быть хотя бы диарея. Раз причину установить не удалось, решили пока выписать лекарства, исходя из этого предположения. Живот у ребёнка болел — возможно, это кишечный спазм из-за физических нагрузок после еды. Мальчику прописали спазмолитик — ввели инъекцию атропина сульфата, чтобы облегчить состояние желудка и кишечника и снять боль.
Учитель Ван Бао сказал родителям:
— У меня после обеда уроков нет, я останусь в больнице с ребёнком. Вы двое возвращайтесь, не бросайте торговлю. После лекарства понаблюдаем за ним, если всё будет нормально, пойдём домой. Этот врач — мой ученик, так что не волнуйтесь, здесь все свои, они приложат все усилия.
Родители, тысячу раз поблагодарив, ушли.
Лю Чжэнлян отвёл ребёнка и учителя в палату временного пребывания, уложил мальчика отдыхать и выписал ещё противовоспалительное. После укола атропина сульфата мальчик заметно взбодрился. Пока ставили капельницу с противовоспалительным, Ван Бао сказал ребёнку:
— Ты в будущем тоже должен стать доктором наук. Вот мой самый любимый ученик, про которого я тебе каждый день твержу, Лю Чжэнлян — это он.
После полудня в приёмном покое народу стало гораздо меньше, и Лю Чжэнлян зашёл поболтать с ребёнком и учителем. Он спросил, кем работают родители мальчика. Ван Бао ответил, что они торгуют соленьями на рынке. Супругам приходится нелегко: они тянут учёбу сына, продавая головку за головкой маринованный чеснок, фунт за фунтом солёную горчицу и кольраби. Мальчик тоже старается, входит в десятку лучших в классе, а в прошлый раз и вовсе занял второе место. В будущем он — главный кандидат от нашего класса на поступление в университет Цинхуа.
Услышав от классного руководителя, что его родители продают соленья, мальчик смущённо опустил голову. Лю Чжэнлян взял его за руку и сказал:
— Не стесняйся работы родителей. Мои отец и мать тоже были сокращёнными рабочими. Когда отца уволили, он стоял на рынке на улице Факу у западных ворот вашей школы и работал грузчиком. У матери был силикоз, она сидела дома. Я каждый день после школы видел отца там: особенно зимой он стоял в утеплённых ботинках и притопывал, чтобы согреться, дожидаясь работы. За двадцать пять юаней он целый день таскал мешки с песком, нагружал целые машины.
Учитель Ван сказал:
— В этом вы похожи. На прошлой неделе во время промежуточных экзаменов у него был жар, три-четыре дня температура держалась под сорок. Я велел ему идти домой отдыхать, ведь это не такой уж важный экзамен, но он ни в какую — хотел получить результат, чтобы показать родителям.
Услышав, что жар держался несколько дней, Лю Чжэнлян потрогал лоб мальчика и поспешил принести термометр. Температура всё ещё была — небольшая, тридцать семь градусов. Столько дней держится? Обычная простуда столько не длится.
Лю Чжэнлян спросил:
— Сейчас ещё чувствуешь недомогание?
Мальчик ответил:
— Живот больше не болит, только в груди немного давит и всё ещё подташнивает.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
