Цзин Тяньмин яростно сражался, его удары были стремительными и беспощадными, превосходя всё, что он показывал в боях последние месяцы. Меч расцветал один за другим, словно мириады лепестков, накладывающихся друг на друга так быстро, что это казалось иллюзией. Сражаясь в одиночку против множества врагов, он сначала ранил троих учеников школы Шаньюэ, а затем выстоял против шестерых из школы Багуа. Эти шестеро, используя технику меча Багуа, окружили Цзин Тяньмина, нападая поочередно и слаженно. Остальные не могли найти лазейку, чтобы вмешаться, и вместо этого вступили в схватку с Цинь Чжао, Фан Гэнлэем, Хуа Шэнцзяном и Ду Линфэем. Эти четверо последователей Моцзя всё это время хладнокровно ждали приказа Лу Чжэньлана, и как только Лу Чжэньлан вступил в бой, они без колебаний бросились следом. Особенно свирепствовал Хуа Шэнцзян. Его деревянный шест мелькал, нанося удары сверху, сбоку и наотмашь, лишь бы ни одно оружие не коснулось его названого брата Цзин Тяньмина. Во время боя Хуа Шэнцзян не переставал кричать:
— Да что же это такое, вы слов не понимаете?! Лу Дацзюйцзы велел прекратить, так прекратите же!
Стоило схватке начаться, как те, кто дружил со школой Шаньюэ, не в силах стоять в стороне, бросились вперед, а те, кто доверял Моцзя, встали на сторону Лу Чжэньлана. Стоило ранить младшего ученика с одной стороны, как в бой вступал его старший брат. Стоило другу оказаться в опасности, как даже те, кто не хотел неприятностей, вынуждены были прийти на помощь. В мгновение ока столкновение переросло в ожесточенную свалку.
Цзы Юй, видя, какой масштабный раздор вспыхнул среди собравшихся, была крайне удивлена, но в душе ликовала: «Надо же, какая я способная! Всего один легкий толчок — и поднялась такая огромная волна!»
Пока все вокруг бились не на жизнь, а на смерть, Гао Юэ, укрытая за спиной Цзин Тяньмина, видела, как он, не щадя себя, сражается ради неё. В этот миг ей стало всё равно, что будет. С лицом, покрытым слезами, она закричала Цзин Тяньмину:
— Тяньмин-гэ, не заботься обо мне, я не хочу твоей смерти! — А затем в отчаянии крикнула остальным: — Хватит, хватит! Вам нужна я, не бейтесь больше с ним, он тут ни при чём!
Цзин Тяньмин, не прекращая боя, ответил:
— А-Юэ, не бойся! Этим людям меня не ранить! Пока я не убью Цзы Юй и не отомщу за тётю Лань, я не умру!
Гао Юэ вздрогнула от этих слов и посмотрела на Цзы Юй. Увидев на её лице торжествующую усмешку, Гао Юэ, переполненная старыми обидами и новым гневом, закричала:
— Хорошо! Я сама отомщу за тётю Лань!
И она со всех ног бросилась к Цзы Юй.
Шао Гуанцин, оказавшийся поблизости, тут же преградил ей путь, защищая Цзы Юй, и направил свой длинный меч прямо в шею Гао Юэ. В пылу момента Гао Юэ, не раздумывая, применила шаги из техники ладоней Яомин1, нанеся удар приемом Цзинмэн2. Уклонившись, она сделала выпад влево и вправо, изящно избежала острия меча и выбросила левую ладонь вперед. Неожиданно её удар пришелся точно по Цзян Чжаотаю, который нападал вместе с Шао Гуанцином. Хотя внутренней силы у Гао Юэ было немного и удар казался слабым, Цзян Чжаотай, получив его в грудь, глухо охнул. Он судорожно вздохнул и замер, в его горле раздались клокочущие звуки, словно он подавился, а лицо исказилось от невыносимой муки. Шао Гуанцин оторопел, а сама Гао Юэ в испуге застыла на месте. На их глазах Цзян Чжаотай внезапно выплюнул сгусток черной крови, начал яростно расчесывать себя, повалился на землю и стал кататься, вопя во всё горло:
— Чешется! Как чешется!! Больно!!!
Этот душераздирающий крик донесся до ушей каждого. Охваченные сомнением и тревогой, люди один за другим прекращали бой и оборачивались на голос. Они увидели, как Цзян Чжаотай корчится на земле в ужасных мучениях. Вскоре его крики ослабли, изо рта пошла белая пена, тело несколько раз содрогнулось, и, закрыв глаза, он испустил дух.
Этот юный ученик школы конфуцианцев всегда безмерно восхищался Лю Би, и тот отвечал ему взаимной привязанностью. Увидев это, Лю Би с горестным криком хотел броситься к нему, но Чжао Наньян резко удержал его, негромко прошипев:
— Осторожно, яд!
Хотя он говорил тихо, все присутствующие отчетливо его услышали. Он продолжил:
— Этот юноша погиб, едва коснувшись ладони Гао Юэ. Возможно, ты тоже отравишься, если дотронешься до его тела.
Лю Би в ужасе всмотрелся в тело погибшего Цзян Чжаотая. Тот был весь в грязи и извергнутой черной крови, рот в пене, одежда изорвана в клочья его собственными ногтями, а на шее и груди остались глубокие следы от пальцев. Лицо выражало крайнюю муку — это действительно была смерть от яда. Сердце Лю Би похолодело, он поднял голову и с яростью посмотрел на Гао Юэ:
— Ты… ты владеешь ядовитыми ладонями! Гао Юэ, ты и впрямь ученица Юэшэнь Удуань!
Стоявшие рядом с Гао Юэ люди невольно отступили на несколько шагов, словно всё тело этой юной девушки было пропитано смертельным ядом и даже вдыхать воздух рядом с ней было опасно.
Гао Юэ пребывала в полном смятении. Она ловила на себе полные ненависти взгляды Сян Юя и Лю Би, смотрела на лежащего на земле Цзян Чжаотая, а затем на свою левую руку. С тех пор как она начала изучать боевые искусства, она лишь упражнялась с Цзин Тяньмином или в шутку боролась с ним, и никогда не применяла приемы против других. Она не могла поверить, что только что убила человека. Она не знала, что техника ладоней Яомин сама по себе не была ядовитой, но именно поэтому она долгое время не могла излечить двенадцать редких ядов в её теле. Удуань создала эту технику, основываясь на принципах акупунктурных точек, именно для того, чтобы вывести яд из собственного организма. Однако познания Удуань в меридианах были не столь глубоки, как у Дуаньму Жун. Гао Юэ смогла достичь успеха лишь потому, что Цзин Тяньмин обучил её знанию восьми чудесных меридианов. Благодаря этому совпадению техника ладоней Яомин наконец обрела эффект рассеивания яда. С каждым ударом «ядовитой ладонью» она выводила часть токсинов, и если бы она практиковала это ежедневно, то через несколько месяцев полностью очистила бы свой организм. Но разве могли Цзин Тяньмин и Гао Юэ догадаться обо всех этих хитросплетениях судьбы?
- Яомин (杳冥, yǎomíng) — глубокий, призрачный и таинственный. ↩︎
- Цзинмэн (惊梦, jīngmèng) — пробуждение от тревожного сна; название приема. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
