Цзин Тяньмин поддался внезапному порыву и ушел, не попрощавшись. Всю дорогу он расспрашивал встречных и шел вперед, то и дело останавливаясь. Листва на деревьях вдоль пути постепенно желтела и увядала, ночной ветер становился все холоднее. Незаметно пролетел месяц, и наступила осень. С каждым шагом, с каждым прожитым днем Цзин Тяньмин все острее чувствовал уныние, а надежда казалась все более призрачной. Никто из тех, кого он встречал на пути, не только не слышал о какой-то Красной ледяной цикаде, но и о горе Шэньду люди лишь качали головами, ничего не зная.
— Какая еще гора Шэньду? Не слыхивал! — ответил в тот день старый крестьянин, убиравший рис. По его лбу градом катился пот, и он вытирал лицо влажной тряпкой, висевшей на шее. — Зато тут неподалеку есть гора Ушань. Ты, паренек, смотри не перепутай дорогу. На той горе Ушань живут люди ву1, простому смертному туда ходу нет.
Гору Шэньду найти не удавалось, зато слухов о горе Ушань было в избытке. За время пути Цзин Тяньмин наслушался их вдоволь. Каждый наперебой расписывал, что на горе Ушань живут обладающие великой силой люди ву, которые одним лишь велением заставляют деревья ходить, а цветы — летать, и обычному человеку к ним не подступиться. Пока старый крестьянин разливался соловьем, Цзин Тяньмин обессиленно выдавил слова благодарности и, волоча ноги, побрел прочь.
Дойдя до берега огромного озера, Цзин Тяньмин повалился под деревом и уснул под открытым небом. Ему приснилось, как он играет в маленьком полуразрушенном храме вместе с А-Юэ, Сян Юем и Лю Би. Но в мгновение ока сон изменился: он увидел А-Юэ, который лежал на земле, холодный и застывший. Кошмары следовали один за другим, и когда он, вздрогнув, открыл глаза, было уже утро.
Вокруг звонко щебетали птицы, на траве блестела роса. Цзин Тяньмин поднялся, подошел к озеру и, присев, умылся. Глядя на свое отражение в воде, он с горечью подумал: «Один кошмар сменяет другой. Когда же я наконец смогу выспаться и увидеть добрые сны?»
Холодная утренняя вода прояснила его мысли. Цзин Тяньмин окинул взглядом бескрайний лес. В зеркальной глади озера отражались пушистые белые облака с золотистой каймой, а солнечные лучи проникали в самую чащу. Не удержавшись, он глубоко вздохнул и прокричал во весь голос, обращаясь к воде:
— А-Юэ! Жди меня! А-Юэ! Обязательно дождись моего возвращения живой!
Подкрепившись дикими плодами, он побрел по едва заметной лесной тропе и к полудню услышал впереди странные выкрики. Там, у огромного валуна, размахивал руками юноша лет семнадцати-восемнадцати в одежде из серого холста. Он был длиннорук и длинноног, с круглыми глазами, крупным носом и широким лбом, а его оттопыренные уши сразу бросались в глаза.
Юноша то смотрел в небо, то на землю, сложив ладони перед грудью ковшом, и пристально глядел вперед:
— Шествие северного ветра! Власть над горными лесами! Очищение огнем и водой! — Внезапно он зажмурился, распахнул глаза и, с силой указав правой рукой в небо, выкрикнул: — Ветер, приди!
Цзин Тяньмин в оцепенении подумал: «Он призывает ветер? Неужели он и есть тот самый человек ву?» Он огляделся по сторонам: небо было ясным, погода тихой, травы и деревья стояли неподвижно — никакого ветра. Цзин Тяньмин усмехнулся про себя: «Видно, я переслушал сказок и принимаю желаемое за действительное».
Юноша в сером, потерпев неудачу, не сдался. Почесав в затылке, он приободрился и с удвоенной силой, уставившись вперед, снова произнес:
— Шествие северного ветра! Власть над горными лесами! Очищение огнем и водой! — Затем он снова закрыл глаза и, указывая в небо, проорал: — Ветер, приди!
Цзин Тяньмин не выдержал и вышел к нему. Юноша заметил его, но, затаив дыхание, замер в ожидании ветра. Цзин Тяньмин молча взобрался на валун рядом с ним и стал наблюдать, но море деревьев вокруг стояло незыблемо, стрекотали насекомые, пели птицы — не было даже легкого дуновения.
— Шествие северного ветра! Власть над горными лесами! Очищение огнем и водой! — повторил юноша в сером, на этот раз выложившись без остатка. — Ветер, приди!
Полуденное солнце нещадно палило, с юноши градом катился пот. Он замер с поднятой рукой, выжидая довольно долго. Цзин Тяньмин снова огляделся. Листья не шевелились, на озере не было ни ряби.
Юноша в сером раздосадованно вскрикнул пару раз, но тут же, как ни в чем не бывало, почесал шею и широко улыбнулся. Видя, что тот сохраняет спокойствие и ничуть не расстроен, Цзин Тяньмин подошел, почтительно поклонился и спросил:
— Скажите, пожалуйста, Дагэ, как добраться до горы Шэньду?
Юноша в сером оглядел Цзин Тяньмина с ног до головы и с усмешкой сказал:
— Как же ты, находясь на горе Шэньду, спрашиваешь дорогу к ней?
Цзин Тяньмин обомлел, не вея своим ушам:
— Это и есть гора Шэньду? Я всю дорогу расспрашивал людей, и все говорили, что поблизости есть только гора Ушань, а о Шэньду никто не слышал.
Юноша в сером кивнул и, усаживаясь, пояснил:
— Ушань — это и есть гора Шэньду. Те, кто верит, будто здесь живут люди ву, зовут ее Ушань. А те, кто верит, что здесь обитают божественные духи, называют ее горой Шэньду.
Услышав, что он добрался до горы Шэньду, Цзин Тяньмин радостно запрыгал и расхохотался. Он и не подозревал, что простые смертные боятся людей ву и потому называют это место горой Ушань, в то время как сами люди ву почитают обитающих здесь божеств и именуют гору Шэньду. А раз юноша в сером назвал гору Шэньду, значит, он и был самым настоящим человеком ву. Впрочем, видя радость Цзин Тяньмина, юноша тоже рассмеялся.
Глядя друг на друга, они смеялись, заражая друг друга весельем, хотя толком и не понимали причины смеха. Впрочем, это было неважно. Оба, схватившись за животы, повалились на землю, заходясь от хохота, как вдруг юноша в сером вскрикнул:
— Беда! Быстрее ложись!
Увидев его суровый вид, Цзин Тяньмин поспешно приник к земле. Едва они распластались, как с севера с воем налетел ураганный ветер. Он растрепал им волосы, так что голова пошла кругом. Ураган возник из ниоткуда и так же внезапно исчез. Цзин Тяньмин хотел было подняться, но лежащий рядом юноша выразительно взглянул на него, подавая знак не двигаться.
И верно, едва стих первый порыв, как налетел второй. Озерная вода забурлила, деревья и травы пригнулись к земле. Цзин Тяньмин, видя яростную и сокрушительную силу этого ветра, не на шутку испугался.
Не успел уйти второй порыв, как примчался третий, подхватив из лесной чащи разноцветных птиц всех размеров и вытянув их в небе живой пестрой лентой. Но сила этого ветра была хоть и велика, да коротка. Не успела лента взмыть высоко в небо, как ветер утих. Сотни птиц, внезапно обретя свободу, встревоженно закричали и разлетелись в разные стороны — зрелище было на редкость красивым.
- Люди ву (巫人, wūrén) — в древнекитайской традиции люди, обладающие сверхъестественными способностями, посредники между миром людей и духов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
