Сказав это, Сан Чжи сделала вид, будто ничего не произошло, и пошла размахивать фонариком в сторону учительской трибуны. Не слыша никакой реакции от Дуань Цзясюя долгое время, она не удержалась и оглянулась.
Обнаружив, что он всё ещё стоит на месте, опустив глаза, он выключил свет своего фонарика и произнёс:
— Поцелуй?
И без того тёмная комната стала казаться ещё мрачнее.
Он полностью скрылся во тьме, его силуэт едва угадывался, и выражения лица было не разобрать.
Сан Чжи считала, что такие вещи нужно обговаривать заранее, иначе, если она просто полезет целоваться, это будет выглядеть как неуважение к человеку. Для справедливости она решила тоже не показывать Дуань Цзясюю своё лицо и присела на корточки за трибуной:
— Угу.
Дуань Цзясюй тихо рассмеялся:
— Так это ты меня в известность ставишь?
Сан Чжи направила фонарик вниз и заметила под трибуной ещё одну цифру. Запомнив её, она немного подумала и ответила:
— Если считаешь, что сегодня неподходящий момент, можешь и отказаться.
— По-моему, момент вполне подходящий, — Дуань Цзясюй повёл себя как джентльмен. — Ты проявишь инициативу или я?
Сан Чжи встала и серьёзно произнесла:
— Конечно, я.
— Ладно. — Дуань Цзясюй немного подумал и спросил прямо, но вежливо: — А с языком можно?
— … — Сан Чжи не удержала фонарик, и тот с щелчком упал на пол. Она подняла его и невозмутимо ответила: — Нет.
Дуань Цзясюй не стал возражать:
— Иди сюда.
— Не сейчас, — подчеркнула Сан Чжи. — Сначала нужно закончить игру, за вход заплачено по пятьдесят юаней с человека. К тому же здесь камеры, всё как в кинотеатре — всё видно.
— Тогда зачем ты сказала мне об этом так рано? — Дуань Цзясюй снова включил фонарик и протяжно произнёс: — Нарочно заставляешь меня томиться?
— …
Сан Чжи сделала вид, что не слышала:
— Я нашла две цифры.
Дуань Цзясюй подошёл и протянул ей листок бумаги, спокойно сказав:
— Здесь отмечены места, ищи по ним. Они соответствуют порядку: один, два, три, четыре. Если соединить их, получится код от замка под трибуной.
— … — Сан Чжи показалось, что он использует читы. — Откуда ты это знаешь?
В голосе Дуань Цзясюя послышалась улыбка:
— Это не слишком сложно.
Сан Чжи принялась искать по очереди в местах, указанных на листке:
— Тогда почему ты не сказал мне раньше?
— Видел, что тебе нравится играть, — неспешно ответил Дуань Цзясюй. — Хотел составить тебе компанию и дать прочувствовать своё участие в процессе, но гэгэ сейчас хочет выйти поскорее.
Найдя все четыре цифры, Сан Чжи включила свет и замерла в замешательстве:
— Ты знаешь, как выйти?
Дуань Цзясюй небрежно хмыкнул.
— Прошло меньше двадцати минут, — Сан Чжи почувствовала, что интерес пропадает, и резко усадила его на один из стульев. — Ладно, больше не играй, просто сиди здесь. Я сама справлюсь, и не вздумай мне подсказывать.
— … — Дуань Цзясюй усмехнулся. — Ну и диктатор же ты, девчонка.
Сан Чжи промолчала, подошла к трибуне и открыла замок. Доставая содержимое, она пробормотала:
— Зацепки ещё даже не все найдены, а сам говорит, что знает, как выйти.
Дуань Цзясюй:
— Принеси-ка мне, я взгляну.
Сан Чжи с сомнением протянула ему папку.
Дуань Цзясюй бросил быстрый взгляд:
— В том ящике есть ещё коробка, если её открыть, то…
— … — Сан Чжи отобрала папку. — Сиди тихо.
В папке лежал только один листок с четырьмя фразами.
Должно быть, загадки.
Сан Чжи села на соседний стул и задумалась.
Дуань Цзясюй подпёр подбородок рукой и посмотрел на неё, склонив голову:
— Почему это ты больше не берёшь меня в игру?
— Своим поведением ты заставляешь меня думать, — произнесла Сан Чжи, — что мои пятьдесят юаней были потрачены впустую.
— К тому же, если ты умеешь, почему я не должна? — Сан Чжи чувствовала, что его поступки были откровенным попранием её интеллекта, и это её раздражало. — Я просто мало играла в такое.
Дуань Цзясюй терпеливо ждал:
— Ладно.
Он вытянул ноги, зацепившись ими за её стул снизу, и лениво напомнил:
— Главное, не забудь.
Загадки оказались не слишком сложными, Сан Чжи разгадала их за несколько минут. Она встала и принялась перерывать газеты на заднем столе, говоря сама с собой:
— Полезно ли это…
Дуань Цзясюй:
— Полезно.
— … — Сан Чжи обернулась. — Я тебя не спрашивала.
Хоть она так и ответила, но раз он это сказал, Сан Чжи подсознательно начала всё внимательно проверять. Снова подняв голову, она долго рассматривала выпускные фотографии, под которыми были подписаны имена.
Она серьёзно размышляла, застряв на этом этапе ещё на десять минут.
Дуань Цзясюй взглянул на время:
— Срок скоро истечёт.
— Можно продлить, — Сан Чжи оглянулась на него. Он сидел там, словно важная персона, полностью контролирующая ситуацию. Она поджала губы и произнесла с некоторой колкостью: — А могу я попросить владельца продлить время только для одного человека?
–
В конце концов, Сан Чжи всё же удалось найти ключ собственными усилиями и выйти из комнаты.
Они вышли наружу, вернули владельцу школьные карточки и заодно забрали свои телефоны. Выслушав, как ответственный владелец подробно разъясняет сюжет истории, они покинули заведение.
Сан Чжи всё ещё не до конца насытилась впечатлениями:
— Если подумать, это довольно жутко.
Дуань Цзясюй:
— М?
Сан Чжи:
— По сюжету одного ученика травили в школе, и в итоге он не выдержал и покончил с собой. А мы были теми самыми обидчиками, которых пригласили на встречу выпускников.
— Угу.
— Если так подумать, разве тот класс не кажется тебе теперь довольно зловещим? — сказала Сан Чжи. — А мы ещё и свет выключали. Если бы я знала предысторию заранее, то точно не осмелилась бы его гасить.
Дуань Цзясюй посмотрел на неё пристальным взглядом и снова тихо отозвался:
— Угу.
— И зачем только людей обижать? — забормотала Сан Чжи. — Разве нельзя просто жить в мире и согласии?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
