Что это вообще за слова?
Сейчас она только во втором классе средней школы, а до окончания старшей школы ещё четыре с половиной года. Она планировала как-нибудь на летних каникулах придумать предлог, будто едет гулять с друзьями, и отправиться к нему.
Но после его слов у неё не осталось даже шанса придумать повод.
Сан Чжи почувствовала обиду:
— Разве это не запугивание?
— Запугивание? — Дуань Цзясюй повернул голову и лениво произнёс: — Можно сказать и так.
— …
— Малышка, разве не ты это говорила? — он пододвинул к ней тетрадь с упражнениями, слегка постучал по ней кончиками пальцев и вернул ей её же слова: — Лучше прилежно учиться.
–
Однако на этом дело не закончилось.
Хотя Сан Чжи и призналась сама в этом онлайн-романе и на полном серьёзе спросила мнение родителей — может ли она на зимних каникулах съездить в тот город к своему онлайн-возлюбленному.
С виду это казалось проявлением огромного уважения к ним.
Однако именно её непоколебимая уверенность в своей правоте разозлила родителей Сан ещё сильнее.
Подобная затея Сан Чжи для них была в сотни, в тысячи раз более вызывающей, чем все её прошлые выходки: драки с одноклассниками, невнимательность на уроках или нарушение дисциплины.
Это стало для них настоящим потрясением.
Несмотря на то что Сан Чжи уже пообещала им больше не связываться с этим онлайн-возлюбленным, Сан Жун всё же велел Сан Яню сменить пароль на домашнем компьютере и конфисковал телефон Сан Чжи.
А ещё он приказал Сан Яню внимательно следить за ней, чтобы она не сбежала из дома.
Поэтому до наступления Нового года Сан Чжи жила словно в тюрьме. Каждый день, помимо членов семьи, она видела только Дуань Цзясюя, который раз в два дня приходил к ней на свидание с заключённой.
Дуань Цзясюй больше не заговаривал о её виртуальном романе. Занимаясь делом, он всегда был предельно серьёзен и не касался посторонних тем. Лишь в свободные минуты он изредка перекидывался с ней парой фраз, чтобы подразнить.
Боясь снова выдать себя, Сан Чжи больше не расспрашивала его о делах так активно, как раньше.
Она знала лишь, что распорядок дня Дуань Цзясюя был непостоянным, но он, кажется, уже не был так занят, как прежде. Иногда после дополнительных занятий с ней у него больше не оставалось дел.
Он по-прежнему оставался в комнате Сан Яня.
И, кроме времени занятий, Сан Чжи старалась не заходить к ним и не мешать. Иногда Ли Пин просила её отнести им фрукты или закуски, и тогда Сан Чжи могла увидеть Дуань Цзясюя совсем другим.
Порой он курил, но стоило ему увидеть её, как он тут же тушил сигарету, улыбался ей и говорил:
— Сяо Сан Чжи. Зажми нос и поскорее уходи.
Иногда он играл в видеоигры или спал, но всё равно мгновенно замечал, что дверь открылась, и небрежно поднимал взгляд. Видя, как она ставит тарелку с фруктами на стол, он, несмотря на сонный вид, не забывал подразнить её:
— Малышка, что с тобой такое?
И при этом он улыбался, словно настоящий искуситель.
— Краснеешь, стоит тебе увидеть гэгэ.
Человек, сотканный из противоречий.
Большую часть времени он казался циничным и легкомысленным, но в то же время был предельно внимательным и нежным. Казалось, он проявляет симпатию ко всем вокруг, но на самом деле он держал дистанцию, которую невозможно было преодолеть.
Это был мужчина, которого она встретила в совершенно неподходящем возрасте, но которого, как ей казалось, она полюбила бы в любые годы.
Это было её сокровище, встреченное в пору взросления, которое она не хотела никому открывать.
За день до кануна Нового года у Сан Чжи закончилось последнее в этих зимних каникулах дополнительное занятие. При мысли о том, что она какое-то время не увидит его, она начала медленно собирать вещи, слушая его наставления.
— Впредь внимательно слушай на уроках. Если что-то будет непонятно, можешь спросить учителя или своего брата, ну или меня, — Дуань Цзясюй задумался. — То, что не понимаешь, фотографируй и присылай гэгэ. Гэгэ увидит и ответит тебе.
Сан Чжи кивнула.
Дуань Цзясюй:
— Будут ли экзамены в начале семестра?
Сан Чжи:
— Да.
— После экзаменов расскажи гэгэ о своих результатах, — сказал Дуань Цзясюй. — Постарайся получить оценки повыше, чтобы гэгэ мог почувствовать гордость.
— О.
— Ну всё, иди поиграй.
Сан Чжи взяла свои вещи и, подойдя к двери, не удержалась, обернулась и, набравшись смелости, позвала его:
— Гэгэ.
Дуань Цзясюй поднял голову:
— Что такое?
Сан Чжи нерешительно произнесла:
— Не хочешь ли ты завтра поужинать у нас дома?
— Завтра? — Дуань Цзясюй приподнял бровь. — Пожалуй, нет.
Сан Чжи взглянула на него и тихо угукнула.
— Гэгэ остался в университете только ради двухсот юаней в красном конверте, которые выдают на Новый год, — с лёгкой усмешкой сказал Дуань Цзясюй. — Если я приму твоё предложение, то не напрасно ли я столько терпел?
Несколько секунд Сан Чжи молчала, не зная, что ответить, затем просто кивнула, повернула ручку двери и ушла в свою комнату.
Сан Чжи положила вещи на письменный стол, порылась в ящике и нашла красный конверт, полученный в прошлом году. Деньги из него уже вынули, он был пустым.
Новый год ещё не наступил, и денег у Сан Чжи почти не было.
Подумав об этом, она оглянулась на копилку, стоявшую на прикроватной тумбочке. У копилки было только узкое отверстие сверху; чтобы достать деньги, её пришлось бы разбить.
Но Сан Чжи показалось, что дарить ему такой красный конверт будет довольно странно.
Поразмыслив, она в итоге положила внутрь одну конфету.
Затем она вытянула полоску бумаги для складывания звёздочек и старательно вывела на ней семь иероглифов.
— Цзя Сюйгэ, с Новым годом.
Она сложила бумагу в звёздочку и тоже опустила в красный конверт.
Закончив с этим, Сан Чжи тихо приоткрыла дверь своей комнаты. Из гостиной доносились голоса Сан Яня и Дуань Цзясюя. Она моргнула и на цыпочках прокралась в комнату Сан Яня.
Заметив рюкзак Дуань Цзясюя на письменном столе, Сан Чжи расстегнула молнию и, не заглядывая внутрь, осторожно подложила туда красный конверт.
Хотя это и выглядело, честно говоря, бедновато.
Но если так сделать.
То, оставаясь здесь в этом году, он сможет получить сразу два красных конверта.
Вечером в канун Нового года, после праздничного ужина, Сан Жун наконец вернул Сан Чжи её телефон. Вся семья сидела в гостиной и смотрела новогодний гала-концерт, но Сан Чжи он не особо интересовал, поэтому она заглянула в телефон.
Среди кучи массовых рассылок она нашла сообщение от Дуань Цзясюя.
— Желаю Сяо Сан Чжи радоваться каждому дню, поступить в школу и университет своей мечты. С Новым годом. И ещё, спасибо Сяо Сан Чжи за присланный гэгэ красный конверт.
Сан Чжи долго подбирала слова. Ей хотелось спросить, вкусным ли был праздничный ужин в университете, много ли там осталось людей, не чувствует ли он себя хоть немного одиноко.
Хотелось спросить, не хочет ли он всё-таки прийти к ним и встретить Новый год вместе.
Но она ничего не спросила.
Сан Чжи выдохнула, удалила весь текст и начала набирать сообщение заново.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
