Кажется, позвали даже девушку из соседней комнаты в общежитии, чтобы помочь ей переодеться.
После этого Сан Чжи забралась в кровать и уснула. Когда она снова проснулась, было уже утро следующего дня. Голова раскалывалась, она заторможенно села, на мгновение почувствовав полную растерянность.
Воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули в один миг.
Она наговорила кучу всего.
А ещё сказала ему, что у неё есть тот, кто ей нравится.
Впрочем, даже будучи пьяной, она держала язык за зубами и, кажется, не сболтнула лишнего.
Но.
Её! Прямо! На! Него! Вырвало!
Сан Чжи с силой зарылась пальцами в волосы и в отчаянии уткнулась лицом в одеяло. Она взглянула на телефон и обнаружила несколько сообщений в WeChat от Дуань Цзясюя.
Поджав губы, она открыла их.
Остальные соседки по комнате уже давно проснулись.
Заметив её копошение, они все как одна обернулись.
Ван Жолань, сидевшая за своим столом, задрала голову и с любопытством спросила:
— Сан Чжи, тот, кто вчера тебя принёс, это тот самый друг твоего гэгэ, о котором ты рассказывала?
Сан Чжи замерла на секунду и подняла глаза:
— Угу.
Юй Синь воодушевилась:
— Обалдеть, он и правда такой красавчик! Когда ты рассказывала, я не особо верила, но он же просто чертовски хорош собой!
— Эх, правда, по сравнению с ним мой парень просто динозавр какой-то, — Нин Вэй приложила руку к сердцу. — Когда мы вчера вернулись, то подумали, что ошиблись комнатой.
Сан Чжи не удержалась и спросила:
— А когда он ушёл?
— Мы вернулись около двенадцати, — ответила Нин Вэй. — Он, кажется, всё время сидел на твоём месте, а когда мы пришли, сразу ушёл.
Ван Жолань добавила:
— Должно быть, побоялся, что тебе станет плохо, вот и остался присмотреть за тобой.
Сан Чжи кивнула и опустила взгляд в телефон.
Гэгэ №2: «Я попросил твоих соседок разбудить тебя в девять».
Гэгэ №2: «Билеты на самолёт на это время уже раскуплены, поменять не получится. Рейсов позже тоже нет, так что тебе пора вставать, иначе не улетишь».
Гэгэ №2: «Как проснёшься, пей побольше воды. В десять я заеду за тобой, чтобы отвезти в аэропорт».
Сан Чжи ответила кратким «хорошо» и посмотрела на время — начало десятого. Она откинула одеяло и принялась заправлять постель, бормоча под нос:
— Если я ещё хоть раз в жизни притронусь к спиртному, я — собака.
Юй Синь полюбопытствовала:
— Да что такого-то случилось?
У Сан Чжи язык не поворачивался рассказать.
Ван Жолань с лукавой улыбкой спросила:
— Ты что, поцеловала его спьяну?
— С чего бы это, — Сан Чжи резко вскинула голову. — Не неси чепухи.
— Или призналась в любви под хмельком?
Сан Чжи принялась снимать пододеяльник и бросила на них быстрый взгляд:
— Тогда бы я сейчас просто сошла с ума.
Нин Вэй не отступала:
— Так что же ты всё-таки натворила?
Сан Чжи замерла, долго колебалась, но всё же выпалила:
— Меня на него вырвало.
В комнате на довольно долгое время воцарилась тишина.
Юй Синь слегка кашлянула:
— То-то я вчера чувствовала какой-то странный запах.
Ван Жолань сочувственно произнесла:
— Похоже, твоей безответной любви пришёл конец.
Нин Вэй добавила:
— Ну как же ты не сдержалась-то?
— Я же не специально, — выдохнула Сан Чжи, и перед глазами снова предстала та сцена. Она принюхалась к собственной одежде и, нахмурившись, сказала: — Эх, ладно, извинюсь перед ним чуть позже.
Нин Вэй заметила:
— А ведь по нему и не скажешь, что он сильно брезговал.
— У него просто характер такой золотой, если бы я ему на голову нарыгала, он бы, наверное, и то не разозлился, — Сан Чжи быстро закончила с постелью и слезла с кровати. — Мне нужно сначала принять душ.
Она взяла сменную одежду и зашла в ванную.
В последнее мгновение перед тем, как закрыть дверь, Сан Чжи услышала слова соседки:
— Просто божественный мужчина.
Приняв душ, Сан Чжи высушила волосы феном. Из-за выпитого накануне выглядела она неважно.
Сан Чжи быстро нанесла лёгкий макияж и открыла чемодан, чтобы собрать вещи. Домой ей особо брать было нечего — кроме ноутбука и пары книг, а также грязного постельного белья, она больше ничего не планировала везти с собой.
Сборы не заняли много времени.
Как раз наступило десять часов. Сан Чжи попрощалась с соседками и, катя чемодан, вышла из общежития.
Поскольку начались каникулы, машинам разрешили заезжать на территорию университета.
Едва выйдя из здания, Сан Чжи увидела машину Дуань Цзясюя. Она побрела к ней черепашьим шагом, раздумывая, как лучше принести извинения.
Вскоре Дуань Цзясюй вышел из машины, подошёл и перехватил у неё чемодан.
Сан Чжи не смела поднять на него глаз и тихо пробормотала:
— Доброе утро, гэгэ.
Дуань Цзясюй отозвался:
— Доброе утро.
Она больше ничего не сказала, решив, что извинится уже в машине, и сразу села на переднее сиденье. Дуань Цзясюй убрал её чемодан в багажник и сел в салон чуть позже неё.
Услышав звук закрывающейся двери, Сан Чжи посмотрела на него и запинаясь проговорила:
— Я вчера слишком много выпила, мне было нехорошо…
Дуань Цзясюй взглянул на неё:
— Угу.
— Поэтому я не сдержалась, — Сан Чжи было трудно об этом говорить, и она опустила голову. — Случайно вырвало прямо на тебя, это было ужасно противно, да?.. Прости меня, гэгэ.
Он без тени раздражения ответил:
— Пустяки.
Как только он это сказал, Сан Чжи почувствовала, что он склонился к ней. Дыхание перехватило, и она, не понимая, в чём дело, инстинктивно подняла глаза, встретившись с ним взглядом.
Дуань Цзясюй, опустив веки, пристально смотрел на неё, и вдруг на его лице заиграла улыбка. Он придвинулся совсем близко, протянул руку к её лицу, но лишь схватился за ремень безопасности рядом с ней.
Однако он не спешил отстраняться, замер на месте на несколько секунд.
— Что такое? — под его взглядом Сан Чжи стало не по себе, и она отвела глаза. — Ой, я забыла пристегнуться…
Дуань Цзясюй пристегнул её, не сводя с неё глаз. Его глаза в форме лепестков персика слегка прищурились; глубокие и полные нежности, они таили в себе едва уловимый соблазн.
Чувствуя боковым зрением, что он всё ещё смотрит, Сан Чжи не выдержала:
— Ты чего?
Дуань Цзясюй медленно отстранился, сел на своё место и пристегнул свой ремень, с лёгкой усмешкой в голосе ответив:
— Ничего.
Сан Чжи подозрительно хмыкнула:
— Ладно.
Машина тронулась.
Сан Чжи искоса взглянула на него — ей казалось, что что-то не так, но она не могла понять, что именно. Почесав затылок, она решила не зацикливаться на этом и посмотрела время вылета:
— Самолёт в два тридцать, мы сразу в аэропорт?
— Сначала поедим, — сказал Дуань Цзясюй. — А потом поедем.
Подумав о том, что уезжает почти на месяц, Сан Чжи поколебалась, но всё же спросила:
— Гэгэ, а как ты планируешь провести Новый год?
— Буду смотреть праздничный концерт по телевизору дома? — задумался Дуань Цзясюй. — А потом ждать поздравительного сообщения от Сяо Сан Чжи.
«Звучит как-то слишком тоскливо».
— Ну… — Сан Чжи поджала губы, тщательно подбирая слова. — Тебе в этом году уже, ну, двадцать шесть. Тебе бы уже пора завести девушку, если будет время, ты мог бы…
— И откуда мне её взять? — загорелся красный свет, Дуань Цзясюй остановил машину и лениво протянул: — Может, Сяо Сан Чжи познакомит гэгэ с кем-нибудь?
Сан Чжи это показалось странным:
— С кем я тебя познакомлю? Все, кого я знаю — мои ровесники.
Услышав это, Дуань Цзясюй повернул голову и окинул её быстрым, лёгким взглядом с ног до головы. Он улыбнулся, и взгляд его стал двусмысленным и нежным:
— Такую, как ты?
«Сейчас наверняка скажет: “Ну тогда не надо, хватит с меня твоих детишек”».
Сан Чжи могла предугадать его слова заранее. Она криво усмехнулась и молча кивнула.
Спустя пару секунд Дуань Цзясюй вскинул бровь и издал протяжный смешок.
В этот момент зажёгся зелёный, и он отвернулся. Одновременно с тем, как машина тронулась, Сан Чжи услышала от него ещё два слова, произнесённых так тихо, что они едва не растворились в воздухе:
— Тоже сойдёт.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
