Глава 601. Чангэн отчитывает Вэньцзин, в Дунчжоу появляется упрямый камень!
«Не слишком ли Вэньцзин на этот раз перегнула палку?»
В главном зале Линшань Ли Чангэн, сидевший неподалеку от входа, предавался подобным размышлениям. Его чистое сердце Дао слегка всколыхнулось, подавляя суетные мысли.
Сейчас он находился перед лицом Святого Цзеиня, так что следовало соблюдать осторожность и не допускать беспорядка в уме.
Если бы Святой Цзеинь обладал способностью читать мысли…
Впрочем, это маловероятно. Если бы Святой Цзеинь действительно мог видеть даосскую душу культиватора насквозь, Вэньцзин определенно не дожила бы до сегодняшнего дня.
Так называемое «чтение сердец» чаще всего строится на детальном знании характера, натуры и прошлого цели, что позволяет предугадать её сокровенные помыслы.
Типичное «подавление опытом».
Сила Святого заключается в его личном духовном состоянии и уровне жизненной формы.
Когда обитель даоса Вэньцзин была обнаружена, Ли Чангэн тайно наблюдал за ней через бумажного даоса, затесавшегося среди небесных полководцев. Он заметил, что у этой Вэньцзин…
Весьма недурной вкус. В её обители были горы и воды — всё просто, элегантно и с легким оттенком индивидуальности.
Вот только, оказавшись в окружении Цзинь Пэна и небесных воинов, она вела себя излишне властно.
Волевая Кун Сюань из рода Фениксов и беспощадная Вэньцзин из Кровавого моря — Ли Чангэн внезапно осознал, что обе эти великие особы, при всей своей красоте, всем сердцем преданы Великому Магу, но при этом обладают весьма «сильным» характером.
Эх, раз уж дело дошло до этого, оставалось только пожелать Великому Магу счастья.
Поразмыслив, Ли Чангэн быстро нашел самый надежный план.
Когда Вэньцзин прибудет, её следует проигнорировать.
Пусть постоит снаружи какое-то время. Когда небесные воины и полководцы закончат зачистку от свирепых зверей и демонов, можно будет позвать её войти. Это даст Вэньцзин шанс оправдаться и сохранит достаточно «лица» для западного учения.
Нельзя ведь, перебив зверей и искоренив демонов, окончательно лишить западное учение достоинства — так недолго и довести Святого до того, что он рассвирепеет от стыда.
Пока он так думал, Цзинь Пэн уже привел Вэньцзин к дверям зала.
Её юаньшэнь был запечатан, что придавало ей сейчас налет хрупкости.
Цзинь Пэн, опустив голову и сложив руки в приветствии, звонко доложил:
— Учитель, этот свирепый зверь принадлежит к роду чёрных комаров Кровавого моря, её сила необычайна.
Ли Чангэн даже не обернулся. Сидя на месте, он произнес:
— Перед лицом Святого нельзя проявлять неучтивость.
Вокруг Линшань затаилось множество демонов и свирепых зверей, замышлявших недоброе против этого места. Считай это нашей неожиданной добычей. Схватите всех этих тварей и позже доставьте в Небесный чертог, чтобы привлечь к ответу.
Ступай.
— Слушаюсь!
Цзинь Пэн отозвался, поклонился и быстро удалился, оставив Вэньцзин в одиночестве стоять перед входом в зал.
Она сохраняла относительное спокойствие, глядя внутрь, но на её лице отразилось колебание: она не знала, стоит ли ей войти и поклониться Великому Святому.
Атмосфера в главном зале Линшань мгновенно стала странной.
В глубине зала, закрыв глаза, пребывал в сосредоточении Святой. У входа молча сидел «старый даос», а снаружи с тревогой во взоре стояла «представительница» свирепых зверей.
Эту картину вполне можно было бы назвать…
«Милэ».
Поводом для нападок Ли Чангэн избрал именно Милэ, а тот сейчас прятался и не показывался, и даже Великий Святой западного учения намеренно его выгораживал.
Старший шисюн Линшань и впрямь оправдывал свою славу.
Ли Чангэн с помощью бессмертного восприятия наблюдал за выражением лица Вэньцзин, пытаясь разгадать её мысли, но, сколько ни думал, так и не нашел зацепки.
Если бы он был на месте Вэньцзин, то, скорее всего, думал бы сейчас о том, как уцелеть.
Ей действительно пришлось несладко.
…
В зале Линсяобаодянь Юйди в белых одеждах нахмурился и открыл глаза. В его взоре вспыхнул свет мудрости, пока он предавался раздумьям.
Почему среди стольких свирепых зверей… любезный Чангэн пожелал видеть именно этого даоса Вэньцзин?
Неужели?..
Озарение, полное понимание, пора действовать.
Перед высоким помостом Му-гун, постоянно следивший за движениями Юйди, тут же спросил:
— Ваше Величество, у вас возникли какие-то сомнения?
Юйди улыбнулся и спросил:
— Му-гун видел, что происходит на Линшань?
— Видел, видел.
Юйди медленно произнес:
— М-м, сходи-ка к Юэлао и разузнай, как обстоят дела с брачной судьбой этой женщины из рода свирепых зверей.
— В-Ваше Величество, — Му-гун был крайне поражен и тихо спросил, — это дело… как вы считаете, не стоит ли сначала спросить няннян?
— Зачем её спрашивать? — Юйди строго посмотрел на Му-гуна. — Я лишь велел тебе разузнать, а не делать что-то!
— Слушаюсь, старый слуга немедленно отправляется.
Дунму-гун развернулся и сделал пару шагов, но не удержался и обернулся с вопросом:
— Но ведь подобные свирепые звери в большинстве своем являются сяньтянь шэнлин1, в Зале брачных уз может и не быть никаких записей.
— Так ты подумай над этим вместе с Юэлао, — Юйди махнул рукой. — Одна нога здесь, другая там.
— Слушаюсь, исполню ваш приказ.
Му-гун отозвался, поспешно удалился и, покинув зал Линсяобаодянь, на облаке устремился к Залу брачных уз.
Юйди сидел на высоком помосте, с улыбкой кивая и обдумывая дальнейшие планы.
Между Юцинь и Чангэном явно что-то было, к тому же они ученики одного наставника. Вот только генерал Юцинь… слишком прямолинейна и не умеет подстраиваться, что явно не вяжется с характером Чангэна.
Юйди уже проверял в Зале брачных уз: в их судьбе женщина проявляет инициативу, но хуншэн2 лишь опутывает их, не завязываясь в узлы.
Это именно то, что Юэлао называл «отсутствием способности положить конец неопределённости в отношениях».
Юйди не пристало слишком сильно вмешиваться в это дело.
Что касается Хэнэ-сяньцзы, Юйди тоже всё разузнал. Союз Хэнэ и великого у И из древнего рода ведьм был династическим браком, заключенным накануне решающей битвы с Небесным двором Демонов ради спокойствия в армии.
Сразу после разгрома демонов началось решающее сражение между основными силами людей и ведьм. Хэнэ оказалась в щекотливом положении: военачальники людей вынудили её уйти в Лунный дворец Гуанхань, где она поклялась не покидать пределов звезды Тай-инь.
Однако Хэнэ-сяньцзы, похоже, была связана с неким запретом в Небесном Дао, из-за чего Юйди было трудно приложить руку и помочь своему любезному Чангэну всё устроить.
Он не мог навредить своему самому доверенному полководцу.
Будучи Небесным Императором, нужно быть порядочным.
Что же до того, почему у него находится столько свободного времени на подобные дела… Так ведь в Небесном чертоге у него и нет никаких конкретных занятий.
Небесный Император — это совсем не то же самое, что Владыка людей. Ему нужно лишь восседать в зале Линсяо, в критические моменты кивать головой и приводить в движение силы Небесного Дао, и нет никаких мелких дел, которыми он был бы обязан заниматься лично.
- Сяньтянь шэнлин (先天生灵, xiāntiān shēnglíng) — существа, возникшие из изначальной энергии Хаоса до сотворения мира. ↩︎
- Хуншэн (红绳, hóngshéng) — невидимая красная нить судьбы, связывающая предназначенных друг другу людей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
