Ли Чаншоу вскоре приплыл, держа в руках нефритовую печать, в его глазах читалась задумчивость.
Линъэ, которая подготовила было несколько тем для разговора, при виде этого сразу поняла, что ей стоит вести себя паинькой и помалкивать: шисюн, должно быть, обдумывал какое-то важное дело.
И верно, пока Ли Чаншоу ел и пил вино, он не сводил глаз с нефритовой печати в руках и сам завел с Линъэ разговор об основах создания артефактов; старший соученик и младшая сестра некоторое время увлеченно обсуждали это.
— Шисюн, ты создаешь магическое сокровище для Юньсяо-цзецзе?
— М-гм, — с улыбкой ответил Ли Чаншоу. — От тебя ничего не скроешь, иди-ка сюда, взгляни.
Линъэ отозвалась, пододвинула свой молитвенный коврик и уселась вплотную к шисюну.
Ли Чаншоу слегка коснулся пальцем нефритовой печати. Ее окутало сияние, и бессмертный свет сгустился в трехмерный чертеж — это была спроектированная Ли Чаншоу «Пушка стократной духовной энергии».
С виду пушка казалась невзрачной: прямой длинный ствол, сужающийся кпереди и расширяющийся кзади, однако количество ее составных частей достигало тысячи, и вместе они образовывали единое магическое сокровище.
— А что значит «стократная духовная энергия»?
— Это коэффициент использования духовной энергии, — улыбнулся Ли Чаншоу. — Если у обычного золотого бессмертного этот коэффициент равен единице, то «Пушка стократной духовной энергии» означает, что он равен ста. Разумеется, здесь еще есть куда расти. Я не могу рассказывать тебе слишком много об этом пути, чтобы не повлиять на твое дальнейшее совершенствование, так что просто прими к сведению. Культиваторы, вбирая духовную энергию, по большей части превращают ее в магическую силу внутри своего тела. По мере роста постижения Дао коэффициент использования энергии, созвучной их собственному пути, заметно возрастает. При равном количестве, чем чище магическая и бессмертная сила, тем больше мощь божественных способностей и техник, верно?
— Но задумывалась ли ты когда-нибудь, Линъэ, меняется ли суть энергии при превращении ее в магическую силу?
Линъэ захлопала ресницами, давая понять, что этот вопрос за пределами ее возможностей; к тому же профиль серьезного шисюна был очень красив.
— Не меняется?
— Никаких изменений. Примененные божественные способности и техники в итоге снова превращаются в духовную энергию, а ее собственные потери ничтожны. У обычного золотого бессмертного коэффициент использования духовной энергии составляет всего около одной тысячной.
Ли Чаншоу слабо улыбнулся:
— Когда я раньше устанавливал защитный массив пика Сяоцюн, то размышлял о том, как полностью высвободить энергию духовной ци. Представь, Линъэ, если поставить два зеркала друг против друга под определенным углом и направить на них луч света, то после двух отражений он вернется по тому же пути. Если поток духовной энергии заставить непрерывно проходить через особые каналы магического артефакта, то за короткое время выделится огромная энергия. Таков замысел духовной пушки, но сейчас остается еще много трудностей, которые нужно преодолеть. Я решил чуть позже отправиться за советом к Лао-цзюню…
Линъэ завороженно смотрела на него, а Ли Чаншоу увлеченно продолжал рассказ. Под конец Линъэ совершенно перестала понимать, о чем говорит шисюн, но чувствовала, что это нечто невероятное…
Так прошло пятнадцать лет.
На берегу озера у пика Сяоцюн стояло цилиндрическое орудие длиной в тридцать чжанов1, на котором безупречно сияли все наложенные запреты.
Ли Чаншоу сложил пальцы в «жест меча» и слегка коснулся основания пушки. Там один за другим начали возникать вихри, и со всех сторон пика Сяоцюн поднялся ветер.
Почти мгновенно эти вихри выкачали духовную энергию из половины пика Сяоцюн!
Ли Чаншоу удовлетворенно улыбнулся, его взгляд был полон глубоких чувств.
Теперь оставалось найти место, чтобы выстрелить и проверить истинную мощь.
Не мешкая, истинное тело Ли Чаншоу, прихватив с собой пушку, тайком выскользнуло из дворца Тайбай. Он не сказал ни слова даже воплощению Юй-ди и, воспользовавшись фальшивой личностью, вылетел за пределы Пяти континентов.
Находясь в пустоте, Ли Чаншоу притянул горную вершину и наложил на нее несколько слоев дешевых, но прочных массивов в качестве мишени. Затем он выставил «Пушку стократной духовной энергии» и выстрелил издалека.
Гора разлетелась в пыль!
Перед этим иссиня-черным столпом света, испускавшим фиолетовые дуги, гора и магические массивы продержались лишь мгновение!
Если бы Ли Чаншоу вовремя не остановился, этот поток света при попадании в какой-нибудь из великих миров мог бы привести к неисчислимым жертвам среди живых существ.
Что ж, мощь впечатляющая.
После этого Ли Чаншоу вернулся в Небесное царство, выбрал благоприятный день и, решив ряд сопутствующих задач, официально наделил пушку заслугами-гундэ2.
К некоторому удивлению Ли Чаншоу, такое огромное орудие поглотило лишь тридцать процентов его заслуг, после чего перестало их принимать.
Ли Чаншоу прислушался к ощущениям: похоже, вмешалась воля Небесного Дао, наложив ограничение.
Дальнейшее усиление могло легко нарушить экологию Первозданного мира и нанести невосполнимый ущерб небу и земле.
Нужно вовремя остановиться, человеку следует знать меру в своих желаниях.
В конце концов, это было лишь смертоносное сокровище для защиты и внезапных нападений, предназначенное для Юньсяо.
После слияния с заслугами-гундэ пушка стала подобна золотому лазуриту, внутри нее переливался бессмертный свет, а от дула исходило таинственное очарование Дао.
— Создание некоторых ключевых деталей Лао-цзюнь выполнил собственноручно.
Первый этап работ завершился, и теперь следовало заняться портативностью, удобством использования, точностью и скрытностью, доводя всё до совершенства.
В стремлении к совершенству пролетело еще десять лет.
Годы в горах летели незаметно. В перерывах между самосовершенствованием и созданием артефактов Ли Чаншоу продолжал следить за важными мировыми событиями, оберегая покой Небесного царства.
В Трех тысячах миров не утихали сражения, но гибель живых существ удалось взять под контроль: перенос великих битв в пустоту стал правилом, которое обязаны были соблюдать все силы.
Пять континентов не только не успокоились после поражения Духовной горы, но, напротив, наполнились небывалым шумом. В Срединном Божественном континенте всё больше сект бессмертных вступали в яростные схватки, становясь жертвами грядущего бедствия.
Среди сект Трех Учений за последние двадцать лет пало шесть; среди прочих сект бессмертных — девятнадцать.
Можно лишь представить жестокость этих войн между бессмертными; многие мастера, не желавшие участвовать в распрях, бежали в Три тысячи миров, где половина территорий оставалась относительно спокойной.
Южный и Северный континенты, а также Четыре моря пребывали в мире. Смертные в государстве Шан покорно продолжали свой род и под защитой Небесного Дао неуклонно двигались навстречу той самой эпохе.
Однако проблемы клана драконов Четырех морей становились всё более очевидными.
С течением времени, когда клан драконов вновь прочно утвердился в мире, многие отпрыски знатных семейств, не приложившие никаких усилий для возрождения своего рода, теперь, имея за спиной мощную опору, начали чрезмерно возгордиться.
У Ли Чаншоу это вызывало головную боль. Если бы он сурово обошелся с этими застарелыми болезнями драконьего клана, это выглядело бы бесчестно, словно он «сжигает мосты, перейдя реку».
Но если позволить спеси драконов расти и дальше, новой катастрофы их клану будет не миновать.
Поразмыслив, он смог лишь написать несколько писем Царю драконов и отправить Ао И, чтобы тот попытался вразумить сородичей.
К сожалению, старый Царь драконов пребывал в меланхолии и никак на это не отреагировал.
В этом деле в самом затруднительном положении оказался отец Ао И, глава всего драконьего клана.
Ли Чаншоу оставалось лишь продолжать наблюдение; он не хотел вмешиваться слишком рано…
Ради предосторожности Небесному царству следовало чаще порицать расточительный образ жизни драконьего клана.
Наконец, спустя двадцать пять или двадцать шесть лет возни с одним магическим сокровищем…
- Чжан (丈, zhàng) — традиционная китайская единица измерения длины, составляющая около 3,33 метра. ↩︎
- Гундэ (功德, gōngdé) — добродетельные заслуги, которые в мире самосовершенствования могут быть преобразованы в магическую силу или использованы для укрепления артефактов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
