— Такое сокровище, как Колокол Хаоса, невозможно отследить слишком далеко даже в море Хаоса, иначе сейчас он не был бы столь беззаботен.
Но у него полно духовности, он обладает разумом, подобным живому существу, и в этом кроется его уязвимость.
Однако пока не удалось выяснить, как Колокол Хаоса умудряется мгновенно менять направление движения. Нужно больше наблюдений, чтобы выработать соответствующую стратегию.
Мы — козыри. Если даже вмешательство козырей не поможет его захватить, то на этот Колокол Хаоса не останется никакой надежды.
Поэтому нам нужно больше уверенности.
Гуй Лин слегка кивнула, продолжая пристально смотреть в сторону.
Чжао Гунмин и Святая Матерь Цзиньлин, полагаясь на скорость Цзинь Пэна, несколько раз пытались перехватить цель, но та каждый раз ускользала. Чжао Гунмин в гневе сыпал проклятиями, а Колокол Хаоса радостно раскачивался из стороны в сторону.
Это был второй этап плана — «показать Колоколу слабость, сделать врага заносчивым».
Однако…
Владыка Тунтянь внезапно холодно хмыкнул и, вскинув руку, рубанул мечом. Вспышка меча была подобна той, что рассекла море Хаоса при сотворении мира!
Узоры на Колоколе Хаоса ярко вспыхнули, он странным образом оставил после себя несколько фантомов и переместился в пустоте неведомо на сколько ли1, чудом избежав удара.
Следом от Колокола Хаоса раздались два звона. Хотя ментального посыла не было, живые существа смогли понять его смысл.
Примерно это означало:
— Ты всё ещё хочешь заполучить эту Колокол-цзецзе2? Я ещё не попала к тебе в руки, а ты уже занимаешься домашним насилием? Что же будет, если ты меня поймаешь?
У Тунтяня мелко задрожали уголки губ, но он продолжал стремительно мчаться вперёд.
Колокол Хаоса зазвенел «дан-дан» и бросился наутёк.
На спине Куньпэна Ли Чаншоу выпрямился во весь рост. Его Дао-очарование пришло в движение, соединяясь с нитью очарования святого, что окутывала его тело.
— Младший наставник, гоните его в этом направлении.
— Добро.
Корабль «Куньпэн», который всё это время летел параллельно на расстоянии, внезапно развернулся. Сияние Четырех мечей Чжусянь в руках Тунтяня вспыхнуло с новой силой, непрерывно преграждая Колоколу Хаоса пути к отступлению.
С других сторон его теснили Цзинь Пэн, Чжао Гунмин и Святая Матерь Цзиньлин, заставляя маленький колокол непрестанно издавать предупреждающий звон.
Звук за звуком…
— Разве так просят о сокровище?
— С таким отношением вы ещё хотите затащить эту цзецзе к себе, чтобы я подавляла удачу вашего учения? Тьфу! Разве удачу учения Цзе можно подавить? Сами не знаете меры, сколько учеников набирать, а нам, сокровищам, потом за вас страдать!
— Не подходи!
— В те времена мы вроде как работали вместе! Я — часть Топора Сотворения мира, ты — часть первозданного духа почтенного Пангу. Почему ты в меня так вцепился! У нас нет судьбы! Запутанные отношения ни к чему не приведут!
— А-я-яй, Тунтянь, с тебя хватит! Не поверишь, но я пойду в прихвостни к Небесному Дао, чтобы вредить вашему учению Цзе!
Лицо Тунтяня помрачнело, удары Четырех мечей Чжусянь становились всё точнее, а Колокол Хаоса без умолку жаловался на судьбу.
Раньше Тунтянь, преследуя его, тоже пускал мечи в ход, но то были лишь разовые удары, чтобы выпустить пар; он не собирался по-настоящему вредить ему.
Но на этот раз…
Казалось, он действительно довёл Тунтяня до белого каления: каждый удар меча метил прямо в его драгоценное тело!
Да что же это творится в Первозданном мире!
Даже море Хаоса наполнилось давлением на врождённые высшие сокровища!
Маленький колокол тоже пошёл напролом, издав серию беспорядочных звонов «дан-дан», которые четко передали его ментальное послание:
— Даже если ты поймаешь эту цзецзе, я не подчинюсь тебе, и ты ничего не сможешь сделать силой… Хм? Что это?
Вторая половина ментального послания была полна недоумения. Колокол Хаоса внезапно обнаружил, что в «пустотных направлениях» «верха» и «низа» некая область словно собирается сомкнуться!
Тьма, неистовство, пропитанное бесконечным давлением…
Прямо впереди возникла пустотная трещина, из которой исходила мощнейшая сила всасывания!
Почти мгновенно осознав своё положение, Колокол Хаоса странным образом развернулся и, не сбавляя скорости, начал сериями мерцать в сторону, оставляя за собой цепочку фантомов!
Тунтянь тут же преградил ему путь, а Цзинь Пэн появился с другой стороны.
Колокол Хаоса снова метнулся назад. В этот момент на его корпусе проступили девять кругов, вспыхнул серый свет, и он начал мерцать почти непрерывно.
Великое Дао Времени!
Точнее говоря, ограниченное Дао Времени.
Колокол Хаоса ускорял собственное течение времени: пока снаружи проходил миг, он пролетал расстояние двух мигов.
В море Хаоса нет полных законов Дао для подавления, поэтому он мог безнаказанно изменять скорость своего времени, а затем вписывать эту временную разницу в окружающее дыхание Хаоса. Таким образом он достигал предельной скорости в море Хаоса и в критический момент совершал «мерцание» на короткое расстояние.
В этом заключался секрет того, как Колокол Хаоса умудрялся постоянно ускользать от «охоты» Тунтяня.
Однако такую божественную способность можно было применять только в море Хаоса. В условиях Первозданного мира, где Великое Дао Времени обладает полнотой и силой подавления, Колокол Хаоса не может произвольно управлять скоростью течения своего времени.
В этот миг Колокол Хаоса действительно запаниковал, совершенно не заботясь о расходе духовной энергии. Оказавшись в окружении Тунтяня и птицы Цзинь Пэн, он мог лететь только в одну сторону.
На спине птицы Цзинь Пэн к этому моменту появилась фигура в светло-зелёном коротком платье — это была Гуй Лин.
За её спиной возник огромный черепаший панцирь, украшенный двадцатью четырьмя Жемчужинами Динхай, которые полностью заблокировали огромное пространство.
Даже умея управлять скоростью времени, Колокол Хаоса не мог пройти сквозь преграды…
Это не входило в сферу его возможностей.
«Небо» и «Земля» быстро сходились, чувство давления становилось всё сильнее.
Это!
Какое это небо и земля?
Это была огромная пасть, которая стремительно закрывалась!
Пасть раскрылась так широко, что благополучно обманула Колокол Хаоса, заставив его влететь в рот Куньпэна. Но из-за этого у Колокола Хаоса всё же оставался шанс на побег…
Погодите, это знакомое Дао-очарование!
Тайцзи-ту!
Фантом несущегося вперёд Колокола Хаоса снова мерцал. Он внезапно сменил направление и разминулся с внезапно возникшим Тайцзи-ту диаметром в несколько сотен ли!
Дан-дан-дан!
Колокол Хаоса разразился беспорядочным звоном, который в ментальном восприятии превратился в скорбный вопль:
— Ту! Мы же цзецзе и мэймэй! Э-э, нет. Гэгэ и мэймэй! Тоже не то… Тьфу! Даже ты против меня!
Тайцзи-ту медленно вращался, его ментальный отклик проявился лишь холодным хмыканьем.
В момент, когда два сокровища разминулись, струя ци Инь и Ян окутала Колокол Хаоса!
Втайне Ли Чаншоу быстро повел пальцами, сложенными в жест меча.
— Цянькунь, Инь и Ян — печать!
Эта струя ци Инь и Ян превратилась в туман, развернулось полное Великое Дао Цянькунь. Хотя скорость летящего вперёд Колокола Хаоса не уменьшилась, траектория его движения стала предельно ясной.
- ли (里, lǐ) — китайская мера длины, в древности составлявшая около 500 метров. ↩︎
- цзецзе / мэймэй / гэгэ (姐姐 / 妹妹 / 哥哥, jiějie / mèimei / gēge) — формы обращения к старшей сестре, младшей сестре и старшему брату соответственно. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
