Прошло полчаса.
Внутри великого построения воцарилась тишина. Несколько фигур свалились с деревьев и, подобно мешкам с песком, рухнули на землю…
Под землёй старейшина Вань Линьюнь втайне восхищался происходящим и уже собирался вырваться наружу, чтобы покончить с этими людьми.
— Старейшина!
Ли Чаншоу поспешно удержал этого почтенного мужа и добавил:
— Почему мы должны выходить именно сейчас? Что, если кто-то намеренно притворился одурманенным, чтобы заманить нас и заставить обнаружиться? Разве мы не попадём прямо в их ловушку?
— Хм, Чаншоу говорит разумно. И что же нам делать дальше?
Ли Чаншоу мысленно произнёс: — Тем же способом выпустим яд… Но на этот раз он должен быть яростным и беспощадным, чтобы не оставить противнику ни единого шанса на ответный удар. Нужно учесть, что в момент между жизнью и смертью они могут вырваться из-под действия дурмана, а также то, что их бессмертные души или демонические духи могут попытаться сбежать…
Пока он говорил, старейшина Вань Линьюнь непрестанно кивал в знак согласия.
В этот момент взгляд старейшины был полон доброты и мягкости. Прежде Вань Линьюнь опасался, что развитие Ли Чаншоу слишком невелико и он не сможет раскрыть истинную мощь отравленных пилюль, напрасно растратив эти с трудом изготовленные снадобья. Но сегодняшние события заставили старейшину осознать…
Этот ученик и его путь яда подходят друг другу даже больше, чем самому старейшине!
Дав ещё несколько наставлений, Ли Чаншоу добавил:
— Если у вас есть сомнения, можете сначала отравить тех великих демонов. У меня есть сфера захвата душ, с её помощью можно извлечь фрагменты их воспоминаний и определить, откуда они явились. Если этих человеческих культиваторов тоже следует убить, мы успеем сделать это позже. В любом случае демонов можно убивать без лишних раздумий.
— Хорошо!
Старейшина Вань Линьюнь согласился. Немного поразмыслив, он решил ударить в полную силу. Старейшина поднял свой медный посох и указал им вверх. Струи густого тёмно-зелёного ядовитого тумана начали расползаться под землёй, проникая в тела уже усыплённых великих демонов…
Вскоре тела демонов начали мелко дрожать. Ли Чаншоу поначалу немного беспокоился: всё-таки не он сам приложил руку, не было подавляющего массива, времени прошло порядочно, да и других подстраховок не имелось — а вдруг одна-две демонические души действительно сумеют сбежать?
Однако вскоре Ли Чаншоу был потрясён.
Какой невероятный яд уровня Небесного Бессмертного! К тому же, это был смертоносный яд, бьющий прямиком по душам и духам великих демонов этой стадии!
Вскоре великие демоны в этой местности приняли свои истинные облики. Те немногие, чей уровень был особенно высок, дёрнулись несколько раз и затихли. Жизнь покинула их, хотя демоническая сила всё ещё наполняла тела.
Старейшина Вань Линьюнь снова собрался наружу, но Ли Чаншоу опять его остановил.
Который это уже раз… Почему старейшине вечно хочется вылезти на поверхность, когда всё можно сделать, оставаясь внизу?
— Чаншоу, неужели и теперь нельзя?
Ли Чаншоу горько улыбнулся: — Старейшина, у вас ведь есть пламя трёх самадхи2 или какой-нибудь другой мощный истинный огонь? Просто сожгите их издалека.
Вань Линьюнь ответил: — Разумеется, есть. У меня есть истинное пламя, называемое «Огнём десяти тысяч ядов, закаляющим души», его мощь превосходит даже пламя трёх самадхи.
Тотчас этот худощавый старец по указанию Ли Чаншоу выпустил из-под земли сгустки пламени…
Если бы кто-то непрерывно наблюдал за этим великим построением с воздуха, он, вероятно, увидел бы ужасающую историю времён Хунхуан1.
Притаившиеся здесь фигуры сначала беззвучно впали в забытье, затем великие демоны постепенно окутались ядовитым туманом и быстро скончались в конвульсиях, умерев без лишнего шума и суеты…
Следом из-под земли начали пробиваться языки призрачно-зелёного пламени. Они поглотили тела демонов, превратив их в кучки пепла…
От начала и до конца великие демоны нисколько не сопротивлялись, их уход был очень мирным…
Те же, кто был усыплён дурманом, так ничего и не заметили.
Только тогда из-под земли наконец показалась фигура. Это была молодая девушка в длинном платье, которая, держа в руках жемчужину, некоторое время ходила между кучками пепла.
Сфера захвата душ извлекала остатки душ и искала фрагменты воспоминаний…
Вскоре из-под земли снова повалил густой туман, мгновенно уничтожив бессмертные души человеческих культиваторов. Повсюду разгорелось пламя, и внутри скрывающего построения всё окрасилось в зелёный цвет.
Девушка прохаживалась туда-сюда, сфера захвата душ стремительно вращалась…
Внезапно из зелёного пламени вырвался кровавый луч и полетел прямо к девушке, впившись ей в шею. Девушка склонила голову, взглянула на этот кровавый свет и слегка прихлопнула его ладонью.
Хлоп!
Комар с кровавыми крыльями и чёрным тельцем был с лёгкостью раздавлен.
Ещё несколько кровавых лучей попытались приблизиться, но были подхвачены сгустками истинного огня и вмиг сгорели, превратившись в облачка кровавой ци.
— Этот комар не был настоящим; казалось, он был создан божественной способностью и соткан из кровавой ци.
…
В то же время, неизвестно как далеко отсюда, в каменной пещере неподалёку от горы Линшань на Западном Континенте Синюхэчжоу, Вэньцзин-даожэнь в кроваво-красном одеянии открыла глаза. Её взгляд был полон потрясения.
Марионетки, которых она собирала долгое время… как это треть из них была уничтожена так тихо и бесследно?
Из-за огромного расстояния Вэньцзин-даожэнь только сейчас заметила неладное. Но самым важным было другое…
Кем была та девушка? Почему она совершенно не смогла обнаружить её бессмертную душу? Неужели вмешался какой-то мастер?
Вэньцзин-даожэнь прищурилась, в глубине души ощутив опасение. Хотя эти потери были внезапными, трое самых важных культиваторов с острова Цзиньаодао не пострадали, так как скрывались в тылу, поглощая силу кровавого лотоса. Значит, её замысел не провалился окончательно.
Вэньцзин-даожэнь снова закрыла глаза, пытаясь почувствовать происходящее, но теперь она совершенно не могла «видеть», что творится внутри того великого построения.
Марионетки были мертвы.
Восточный Континент Дуншэншэньчжоу, тот самый лесной массив.
Под землёй.
Заметив те кровавые лучи, Ли Чаншоу и Вань Линьюнь переглянулись…
Старейшина Вань Линьюнь рассуждал просто и лишь вздохнул:
— Хорошо, что ты, Чаншоу, проявил бдительность. Если бы нас застали врасплох, секта Дусяньмэнь оказалась бы в опасности!
Ли Чаншоу же задумался о большем…
Комары? Способные через укусы контролировать разум людей? Есть ли в Хунхуан настолько могущественные насекомые? Неужели это те самые… что в эпоху Великой Брони иссушили дух Гуй Лин, ученицы секты Цзе, а затем поглотили три лепестка из двенадцати Золотого Лотоса…
Чёрные кровокрылые комары! Целый рой? Неужели это действительно тот самый великий мастер?
Мир Хунхуан воистину слишком опасен!
— Старейшина, ни в коем случае не выходите. Пройдитесь здесь повсюду истинным огнём.
— Да будет так!
Тотчас повсюду взметнулось зелёное пламя, пожирая деревья.
Ещё через полчаса внутри построения стало абсолютно чисто, не осталось ни единого следа, а земля превратилась в пустошь, где не росло ни травинки…
Несколько фигур выбрались на поверхность. Они быстро собрали пепел с помощью магической силы и свалили его в одну кучу. Различные уцелевшие или повреждённые огнём артефакты и сокровища были убраны в несколько мешочков.
Затем один из них начал мерно ударять в деревянную рыбу, и все вместе принялись читать каноны.
Под землёй Вань Линьюнь в недоумении спросил: — Чаншоу, а это зачем?
Ли Чаншоу с улыбкой ответил: — Чтение канонов устраняет кармические причины. Если остались частицы душ, которые не смогла вобрать сфера, мы отправим их в Дифу на перерождение, чтобы избежать дальнейших забот. Чуть позже вы, старейшина, ударите снова и развеете этот пепел повсюду. Прах к праху, земля к земле. Путь совершенствования сам по себе есть присвоение духовной энергии Неба и Земли, так пусть после смерти они вернутся в природу. Это вполне соответствует пути нашей секты Дусяньмэнь.
Старейшина Вань Линьюнь с улыбкой кивнул.
Когда пение канонов наверху стихло, «бессмертный яда» взмахнул рукавом даосского халата прямо из-под земли. Огромная куча пепла взлетела на воздух и рассыпалась по всей территории построения.
Ли Чаншоу тихо вздохнул.
Наступила полная завершённость… Пусть он и не действовал лично… Но чувство ритуала присутствовало…
Старейшина Вань Линьюнь моргнул: — Завершённость? Что это значит?
Ли Чаншоу поспешно пояснил: — О, это значит, что у нас больше нет поводов для беспокойства.
После этого он быстро убрал яшмовую подвеску, которую держал в руке, перестав транслировать свои мысли.
Старейшина Вань Линьюнь, вспоминая весь процесс уничтожения врага, невольно проникся глубоким чувством, и его взгляд на Ли Чаншоу…
Всё больше нравились.
Затем те человеческие фигуры нырнули под землю, превратились в бумажных человечков, и Ли Чаншоу убрал их в пустой драгоценный мешочек.
Вернувшись, их нужно будет продезинфицировать, прежде чем использовать снова…
Яд старейшины Ван Линьюня он тоже не осмеливался недооценивать.
— Старейшина, давайте возвращаться. Передадим эти вещи и жемчужину пленения душ секте, пусть они сами с ними разбираются.
— Хорошо.
— Ах да, старейшина, есть ещё одно дело. В этот раз, пожалуйста, не говорите, что ученик был рядом…
Так и так, эдак и эдак.
Ли Чаншоу всю дорогу давал наставления, и старик с юношей под землёй проскользнули обратно в ворота секты Дусяньмэнь…
- Хунхуан (洪荒, hónghuāng) — Великая Пустошь, первобытный хаос или эпоха до сотворения мира в китайской мифологии. ↩︎
- Саньмэй чжэньянь (三昧真炎, sānmèi zhēnyán) — Истинное пламя трёх самадхи, сверхъестественный огонь, способный испепелить всё сущее. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
