Глава сто девяносто восьмая. Я, Ао И, ни за что не…
— Лин-эр, если однажды я смогу обрести плод пути долголетия, на этом пути мы обязательно должны быть вдвоём.
В тот год задний склон пика Сяоцюн был усыпан цветами чайного дерева, и две фигуры со смехом догоняли друг друга…
— Догоняй меня, ха-ха-ха! Если ты меня поймаешь, я позволю тебе…
— Ха-ха-ха!
Картина сменилась.
— Лин-эр, в последнее время я был занят уединённым совершенствованием. Учителя возлагают на меня такие большие надежды, и я не могу их подвести, просто я немного пренебрёг тобой, Лин-эр.
— Вот и сиди в своём уединении, впредь не смей приходить ко мне.
В тот год перед пещерой для уединённых практик на пике Потянь остался лишь силуэт уходящего в гневе человека.
— Лин-эр, не надо…
— Вы — Линьцзян-саньжэнь, даою Цзян Лин-эр?
Нить звука проникла в её уши, заставив погружённую в воспоминания Цзян Лин-эр мгновенно вздрогнуть.
В этот момент она пряталась в расщелине подводной скалы, скрыв своё присутствие и облик, и распространила бессмертное сознание в радиусе нескольких сотен ли.
Однако до того, как эта передача достигла её ушей, Цзян Лин-эр не смогла обнаружить ни следа противника.
Мастер маскировки!
Подплыла плоская морская рыба и прямо перед Цзян Лин-эр превратилась в седовласого старого небожителя с добрым лицом, который добровольно проявил ауру своего ранга.
Начальная стадия ранга Небесного Бессмертного.
Цзян Лин-эр молча подняла руку и ухватилась за рукоять огромного клинка за спиной. Несмотря на то, что они находились глубоко под водой под сильным давлением, оба были защищены бессмертной силой ранга Небесного Бессмертного, так что это ничем не отличалось от пребывания на суше.
— Кто вы, даою?
Кто он?
Естественно, это был Ли Чаншоу… его бумажный даос.
Ли Чаншоу получил весточку от Цзян Лин-эр, услышав, что в городке Дафан на краю земли видели, как «Ао И» в компании группы могущественных глубоководных демонов распивал вино и вёл беседы. Он тут же понял: это ни в коем случае не может быть его второй глава учения.
Использование облика Ао И для сотворения бед наверняка было мелкой уловкой Западного учения…
Точнее говоря, это должен быть один из нескольких планов, которые Западное учение осуществляло одновременно.
Тут же Ли Чаншоу попросил Цзян Лин-эр подождать его здесь, чтобы позже она стала проводником.
Следом Ли Чаншоу активировал бумажных даосов, спрятанных за воротами секты Дусяньмэнь, собрал отряд из бумажных воинов и заставил одного из них на полной силе использовать технику перемещения пяти стихий, чтобы на предельной скорости примчаться сюда.
В то же время Ли Чаншоу с помощью божественной мысли известил Ао И, чтобы тот попросил короля драконов найти несколько надёжных мастеров, в которых он был бы абсолютно уверен — чем выше ранг и мягче характер, тем лучше, — чтобы те встретились с ним в этом месте.
Ли Чаншоу не ожидал, что прибудет первым, а Ао И и остальные немного задержатся.
С улыбкой Ли Чаншоу произнёс:
— Я получил весть от Чаншоу и специально прибыл встретиться с вами, даою.
Цзян Лин-эр скривила губы и пробормотала:
— Так и знала, что мой младший внучатый ученик не так прост. Как вы подтвердите свою личность, даою? В Хунхуане полно опасностей, я вынуждена быть начеку, так что прошу вас не винить меня.
— Это в порядке вещей, — мягко ответил Ли Чаншоу. — Я слышал от юного друга Чаншоу, что его старший дядя-наставник Вань Цзянъюй в данный момент всё ещё является духом дерева и ему осталось всего несколько лет жизни. Его наставник пока не знает о том, что старший дядя уже встретил свою участь и переродился.
Цзян Лин-эр отпустила рукоять меча и рассмеялась:
— А он и впрямь об этом на каждом углу трезвонит. А как же вы, даою, узнали меня?
Ли Чаншоу на мгновение задумался.
— Юный друг Чаншоу дал мне подробное описание.
— О? Какое же?
Ли Чаншоу улыбнулся:
— Он сказал, что даою в покое подобна тихой деве, в движении — свирепому демону1, носит за спиной огромный нож и предпочитает облачаться в доспехи. Должно быть, это и есть вы.
Цзян Лин-эр хмыкнула и небрежно заметила:
— Будем считать, что он умеет красиво говорить. И это ты тот самый «мастер», о котором он упоминал? Скажу прямо, при наших с тобой силах, если нас обнаружат во время разведки, мы тут же расстанемся с жизнью.
Стоило ей договорить, как в морской воде возникло несколько едва уловимых давящих аур. Ли Чаншоу опустил взгляд на зажатый в руке камень обнаружения: это место уже взяли на прицел несколько бессмертных сознаний.
Вскоре вода осталась неподвижной, но перед ними причудливым образом возникли четверо старцев с драконьими головами.
Один из них поднял рукав, и из него выскользнул маленький зелёный дракон, который превратился в Ао И.
— Глава!
— Мгм, — Ли Чаншоу тут же кивнул в ответ и немедленно передал Ао И мысленное послание, велев не раскрывать связь между Морским Богом Южного моря и учеником секты Дусяньмэнь Ли Чаншоу.
Ао И незаметно кивнул и посмотрел на Цзян Лин-эр, слегка улыбнувшись ей.
Ли Чаншоу сложил руки перед Цзян Лин-эр:
— Даою, прошу вас, помогите нам, станьте проводником. Нужно лишь привести нас туда и указать на того человека.
Цзян Лин-эр посмотрела на четырёх суровых, хранящих молчание старцев с драконьими головами. Она нахмурилась, кивнула и не удержалась от того, чтобы шепнуть воплощению Ли Чаншоу:
— Что это за ранги такие? Неужели те самые легендарные Дало Цзиньсяни? Почему я совершенно не могу их разглядеть?
Ли Чаншоу слегка улыбнулся. Род драконов на этот раз наконец-то выставил свои истинные накопления.
Поскольку он уже дважды отсекал своё состояние и укреплял основы пути, сейчас он мог выносить их давление и отличать Цзиньсяней от Дало.
Давление, исходившее от этих четверых, было очень сильным, но они ещё не достигли ранга Дало Цзиньсяня.
Дало — это когда путь уже доведён до совершенства, и для этого нужно, чтобы собственный путь не имел изъянов, а также необходимы удача, судьба и понимание — ни без чего из этого не обойтись. Ранг Дало не обрести просто долгой жизнью.
В великой войне древности драконий род растратил почти всех своих мастеров, чтобы подавить род фениксов, а после лишился удачи и благодати, неся на себе бескрайнюю карму за разрушение Хунхуана…
Поэтому, какими бы глубокими ни были закрома драконов, сейчас у них вряд ли могло быть много Дало Цзиньсяней.
Рифма пути Дало Цзиньсяня заметно отличается от уровня Цзиньсяня: она, напротив, не вызывает столь сильного чувства подавленности…
Например, как у того же Юньчжунцзы, приносящего благодать, или у некоторых учеников святых, появлявшихся на собрании трёх учений.
А что касается его собственного старшего наставника, соседа Чжао Дае, прекрасной, как картина, Юньсяо-няннян или старших учеников учений Цзе и Чань — это уже совсем другой уровень… то есть другой уровень совершенствования!
Но среди этих четверых драконьих мастеров двое определённо были выдающимися Цзиньсянями, их аура давила на Ли Чаншоу очень весомо.
Присмотревшись, можно было заметить, что четверо драконов были похожи друг на друга лицом, а их ауры могли сливаться воедино. Если бы они объединили силы, то стали бы мощью, с которой нельзя не считаться.
Ао И представил их:
— Четверо дядей, это и есть глава моего учения Морского Бога Южного моря. Глава, эти четверо — стражи моего отца-вана. Со времён глубокой древности они следовали за ним бесчисленное множество лет, им можно абсолютно доверять.
Четверо старцев с драконьими головами синхронно сложили руки в даосском приветствии:
— Приветствуем даою.
Ли Чаншоу поспешно поклонился в ответ и с улыбкой сказал:
— Прошу прощения за то, что заставил вас проделать этот путь.
— Морской Бог может называть нас, четырёх братьев, как ему угодно, — с улыбкой произнёс Лун И. — Наши имена — Лун И, Лун Эр, Лун Сань и Лун Сы. Нам приказано сопровождать наследника, и по воле его величества мы полностью поступаем в ваше распоряжение, даою.
Ли Чаншоу поспешил заверить, что не посмеет командовать, и в свою очередь представил Цзян Лин-эр, попросив её в подробностях рассказать о том, что она видела.
Цзян Лин-эр собралась с духом и заговорила:
— Я проходила мимо города Тянья рядом с Тянья Хайцзяо и совершенно случайно заметила группу великих демонов из глубокого моря. Они приняли человеческий облик и распивали вино в компании вот этого принца Ао И. Они даже не скрывались, всё выглядело крайне разнузданно, к тому же среди них было как минимум несколько Цзиньсяней, и от них так и несло демонической аурой.
Ли Чаншоу спросил:
— И чем же занимался этот самозванец в облике Ао И?
Цзян Лин-эр дважды кашлянула и отвела взгляд к поверхности моря:
— Обнимал двух развратных девиц… вёл себя крайне бесстыдно.
— Мерзавец! — Ао И пришёл в ярость. — Скоро моя свадьба, и это попытка очернить моё имя! Как мог я распускать руки с кем-то, кроме Сиси!
Ли Чаншоу, напротив, слегка нахмурился и произнёс:
— Брат И, не гневайся, в этом деле есть странности. Что думают четверо почтенных старцев?
Старец Лун И ответил:
— Кто-то хочет помешать свадьбе.
— Верно, — Ли Чаншоу медленно кивнул. — Свадьба брата И с принцессой племени цзяожэней — это верный шаг для драконьего рода, чтобы усмирить четыре моря.
- цзин-жо-чу-цзы, дун-жо-сюн-мо (静若处子，动若凶魔, jìng ruò chǔ zǐ, dòng ruò xiōng mó) — в покое подобна тихой деве, в движении подобна свирепому демону. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
