Глава 261. Уверен, что на этот раз пройдёшь испытание?
Неужели он позвал этих двух обожающих подслушивать соучениц только ради пары наставлений?
В небе над островом Саньсяньдао Великий архимаг Сюаньду, глядя на трёх знаменитых сестер из учения Цзе, чья грозная слава гремела повсюду, почувствовал легкое колебание.
Он всего лишь хотел позвать с собой Юньсяо; о том же, что Цюнсяо и Бисяо по натуре обожают всяческие забавы, Великий архимаг Сюаньду тоже прекрасно знал…
— Сюаньду-шисюн, мои младшие сестры тоже хотят пойти и посмотреть, почему бы не взять их с собой? — мягко произнесла Юньсяо.
Было заметно, что Юньсяо и сама оказалась в затруднительном положении, не сумев устоять перед мольбами двух сестер.
— Будьте покойны, Сюаньду-шисюн! — поспешила добавить Цюнсяо. — Мы с четвертой сестрой ни в коем случае не станем мешать, просто понаблюдаем издалека. Нам, знаете ли, просто любопытно: что же это за ученик такой, ради которого вы, Сюаньду-шисюн, так стараетесь?
Стоявшая рядом Бисяо тоже весьма послушно кивнула, а в её больших глазах читалось предвкушение…
— Хорошо.
Великий архимаг Сюаньду с улыбкой согласился, впрочем, не опасаясь, что они станут безобразничать в его присутствии.
— Раз так, давайте отправляться, не стоит заставлять его долго ждать.
В тот же миг в ладонях Великого архимага Сюаньду заструились инь и ян, а вокруг возникли клубы вьющейся облачной дымки.
Заведя левую руку за спину, Великий архимаг Сюаньду правой сделал приглашающий жест, после чего первым шагнул в это облако. Фигура архимага исчезла, но дымка осталась на месте.
Это была не просто магическая техника — здесь использовалась мощь Картины Великого Предела.
Цюнсяо и Бисяо уже собирались ступить вперед, но Юньсяо жестом велела им подождать. Она вошла в облако первой и, убедившись, что всё в порядке и это всего лишь проход сквозь пространство, позволила сестрам следовать за ней.
Великий архимаг Сюаньду негромко усмехнулся, дымка быстро сжалась и бесследно исчезла над островом Саньсяньдао.
В то же время над пустынной горой, которую Ли Чаншоу выбрал для прохождения испытания и где находилось его истинное тело, бесшумно возникло облако, из которого вылетели четыре фигуры.
Едва появившись, они тут же ощутили в небесах мощь собирающегося безбрежного небесного величия!
Испытание уже началось?
Четверо подсознательно хотели немедленно переместиться отсюда, дабы не навлечь на себя случайную кару небес, но следом они уловили некие чудесные колебания дао-резонанса. Все разом посмотрели вниз, на великий строй на пустынной горе.
Среди этих четверых один был Великим архимагом из города Сюаньду, единственным учеником Тайцин-лаоши и старшим братом всех даосских учений. Остальные три были знаменитыми во всем мире бессмертными, входившими в четверку великих внешних учеников главы учения Тунтяня — тремя владычицами Сияо…
Одиночный строй, который Ли Чаншоу возвел здесь, мог бы преградить путь взору Золотого Бессмертного, но он не мог скрыть ничего от глаз этой четверки.
И то, что они увидели, заставило Великого архимага нахмуриться, Юньсяо — невольно вскрикнуть от удивления, а Бисяо и Цюнсяо — ошарашенно захлопать ресницами…
Там, внутри строя, в ничем не примечательной расщелине скалы, молодой культиватор, который должен был в этот момент проходить испытание, сжимал в руках золотой драгоценный меч и с силой обрушивал его на собственный лоб!
— Техника стадии Разрезания Дао1? — почти вырвалось у Юньсяо.
Великий архимаг среагировал ещё быстрее: его фигура со свистом исчезла и тут же возникла внутри нижнего строя!
Опасаясь случайно ранить Ли Чаншоу, Великий архимаг не посмел вмешиваться в такой момент и лишь поспешно выкрикнул:
— Нельзя, я уже здесь!
Хвать!
Золотой меч в руке Ли Чаншоу с силой полоснул по его лбу!
Словно враждуя с самим собой.
В мгновение ока посыпались искры, замелькал золотой свет, и сформированный Ли Чаншоу «меч стадии Разрезания Дао» разлетелся на куски, а его вполне обычный лоб остался цел и невредим!
При этом достигший совершенства дао-резонанс Ли Чаншоу превратился в три двенадцатилепестковых лазурных лотоса величиной с глубокую чашу. Теперь они сгустились вокруг его тела, слегка подрагивая. Из этих чистых, прозрачных, почти невидимых лепестков осыпались мельчайшие крупицы нечистот…
Аура Ли Чаншоу начала медленно снижаться — примерно на одну тысячную, нет, пожалуй, менее чем на одну десятитысячную долю.
Следом три лазурных лотоса исчезли, а дао-резонанс вокруг Ли Чаншоу быстро свернулся.
Даже всегда невозмутимый Великий архимаг, стоя рядом, замер в оцепенении, а уголки его рта слегка дрогнули…
Учитель милосердный, что он только что видел?
Лазурный лотос — это символ даосских учений. То, что три цветка приняли форму лотосов, означало, что практикующий следует ортодоксальному пути и находится под защитой удачи Дао. Чем больше лепестков у лотоса, тем совершеннее основа пути, тем больше потенциал и тем выше будущий предел достижений. А чем прозрачнее и ярче лотос, тем стабильнее основа и глубже понимание Дао…
Но эти три двенадцатилепестковых лазурных лотоса, прозрачных до невидимости…
Это уже чересчур!
Великий архимаг Сюаньду внезапно понял, почему Учитель уделяет такое внимание этому юному ученику. Этот парень Чаншоу не просто сообразителен, красноречив, искусен в стратегии и планировании — он сам по себе обладает потенциалом войти в ряды величайших мастеров Дао!
В краткий миг, пока Ли Чаншоу ещё не успел открыть рот, мысли Великого архимага уже устремились в ином направлении.
Нужно найти способ, чтобы Юньсяо-шимэй узнала о потенциале Чаншоу!
С другой стороны, Ли Чаншоу в этот момент тоже чувствовал себя неловко.
Если бы Великий архимаг появился на пару вдохов раньше, он бы не стал наносить этот удар мечом!
Девять — это предел нечетных чисел. Девять раз пребывая на стадии Разрезания Дао, он девять раз обманывал Небесное Дао. Если спровоцировать небесное испытание в десятый раз, то с огромной вероятностью на него падет небесная кара.
Э-э… почему здесь кто-то ещё?
Ли Чаншоу смотрел на три спускающиеся с неба фигуры, и в его голове медленно начали всплывать вопросы.
В этот момент, с помощью находящегося вне строя бумажного даоса и собственного божественного чутья, он уже разглядел этих трех прекрасных небожительниц. Те не пытались намеренно скрыть свой облик и не использовали никаких техник «мозаики», а совершенно открыто спускались с неба на облаке.
Фея слева первой приковала к себе взгляд Ли Чаншоу. Она была стройной и высокой, её простое белое платье сидело безупречно, белоснежная кожа казалась сотканной из лунного света, а прекрасный лик кружил голову.
Разве это не Юньсяо?
Рядом с Юньсяо находились девушка в нежно-зеленом платье и женщина в короткой светло-красной юбке. У каждой было прелестное лицо, и обе они выглядели весьма мило. Естественно, это были Бисяо и Цюнсяо.
Стоит сказать, что каждый раз, когда фея Юньсяо являлась миру, её наряд и прическа слегка менялись, но она всегда оставалась столь прекрасной, что на неё невозможно было наглядеться.
Однако сейчас главным казалось иное…
Почему три владычицы Сияо появились здесь?!
— Ученик поступил слишком поспешно, не гневайтесь, Великий архимаг… — поспешно заговорил Ли Чаншоу. — Прошу вас, подождите ещё час-другой, я сейчас же успокою сердце, постигну истину и как можно скорее пройду испытание. Но это… Великий архимаг… Кто это там наверху… и что происходит?
— Это вот как, — рассмеялся Великий архимаг Сюаньду. — Чтобы ты мог спокойно пройти испытание и получить все выгоды от невзгод Золотого Бессмертного, я специально попросил Юньсяо-шимэй прийти и подсобить тебе. Цюнсяо-шимэй и Бисяо-шимэй просто пришли посмотреть на зрелище. А Золотой ковш Первозданного хаоса2 Юньсяо-шимэй — вещь совершенно необыкновенная…
Тут же Великий архимаг вкратце поведал Ли Чаншоу о силе этого артефакта.
Сердце Ли Чаншоу мгновенно наполнилось благодарностью — благодарностью такой силы, что ему даже захотелось съязвить в адрес Великого архимага…
Чуть позже, во время испытания, ему, возможно, придется выложить все свои козыри. То, что их увидит Великий архимаг — полбеды, в конце концов, тот был его главной опорой. Но если их увидят три феи Сияо… Разве это не будет огромной потерей?
Поразмыслив, Ли Чаншоу решил, что любые его козыри до становления Золотым Бессмертным в глазах мастеров такого уровня — не более чем шутка, так что не страшно, если они раскроются. Великий архимаг проявил такую заботу о нем, скромном ученике, — о чем ещё можно просить?
Ли Чаншоу отвесил Великому архимагу глубокий поклон и вздохнул:
— Ученик никчемен, раз заставил вас так утруждаться.
— Ха-ха-ха, не нужно церемоний!
Великий архимаг Сюаньду издал несколько виноватых смешков и, дождавшись, пока три феи Сияо спустятся в строй, представил им Ли Чаншоу.
К счастью, сейчас истинное тело Ли Чаншоу пребывало в облике маленького мага Учения Людей, и последняя тайна о том, что он является учеником секты Дусяньмэнь, пока не была раскрыта… наверное.
Однако во время предстоящего прохождения небесной скорби1 он на восемьдесят процентов — нет, определенно — должен будет явить свой истинный облик перед Саньсяо-сяньцзы.
Это вызывало у Ли Чаншоу в глубине души некоторое беспокойство…
Он шагнул вперед и совершил ритуал приветствия, подобающий ученику; Юньсяо, слегка повернувшись, приняла его лишь наполовину и с улыбкой кивнула ему.
- небесная скорбь (渡劫, dùjié) — священное испытание, которое проходит заклинатель для возвышения и обретения бессмертия. ↩︎
- 混元金斗 (hùnyuán jīndǒu) — Золотой ковш Первозданного хаоса, могущественный артефакт, способный поглощать божественные силы и изменять судьбу. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
