Глазурованная пагода, хотя и была достойным врожденным духовным сокровищем, пригодным как для нападения, так и для защиты, была предначертана судьбой Ли Цзину. Именно эту пагоду, способную усмирить Нэчжу, в будущем должен был держать Небесный владыка Тота Ли.
Ли Цзин сейчас совершенствовался в секте Дусянь, и Ли Чангэн воспользовался случаем, чтобы прибрать это сокровище к рукам. Теперь он мог полностью разорвать связь этого будущего великого маршала небесных воинств с учением Будды!
Это стало очередным испытанием границ дозволенного Небесным Дао со стороны Ли Чангэна.
К тому же, эта Глазурованная пагода совершенно не шла в сравнение с Владыкой Та-е, который обладал необычайным происхождением и был удостоен заслуг становления святым самого Тайцин-лаоши.
Увидев, что Ли Чангэн забрал пагоду, Чжао Гунмин, стоявший рядом, оказался в затруднительном положении…
Причина была проста: среди сокровищ Раньдэна, за исключением того самого светильника, который невозможно было унести, не было ничего, что могло бы его заинтересовать.
То, что он ранее взял ценные материалы, вовсе не было проявлением жадности. Во-первых, он хотел разделить тяготы со своим будущим зятем, а во-вторых, эти материалы нельзя было назвать бесполезными — их можно было забрать и раздать младшим братьям и сестрам по учению Цзе для переплавки в артефакты.
Сам Чжао Гунмин совершенно не интересовался богатством!
Собрание материалов Раньдэна состояло из редких диковин далекой древности, но если бы Чжао Гунмин взял эти духовные сокровища, это могло бы заставить окружающих подумать, будто он не видел в жизни ничего ценного…
Поглаживая бороду, Чжао Гунмин покачал головой и подмигнул Ли Чангэну. Вместе они направились к Кун Сюаню и, сложив руки в приветственном жесте с обеих сторон от него, принялись убеждать его проявить милосердие.
Оставшиеся материалы, разумеется, предназначались Кун Сюаню, но при его гордости он наверняка не стал бы их забирать…
Так что Раньдэну в каком-то смысле повезло.
Голоса этих трех могущественных существ разносились по всем уголкам звездного неба.
— Собрат по Дао, сейчас ты полностью завладел преимуществом, — сказал Чжао Гунмин. — Раньдэн всё же является заместителем главы учения Чань. Прошу, окажи мне милость и пощади его на этот раз.
Кун Сюань холодно ответил:
— Если я не убью его сегодня, то не станет ли бедой то, что в будущем он нападет на меня исподтишка?
— Собрат по Дао, нельзя так думать! — поспешно вмешался Ли Чангэн. — Сегодня заместитель главы Раньдэн напал на тебя первым, и ты лишь ответил ударом на удар, не желая сносить оскорбление. Заместитель главы Раньдэн — прославленный старец и верховный мастер Пустоши. Неужели он может настолько потерять лицо, чтобы, проиграв тебе сегодня, завтра напасть из-за угла? Если это случится, он намеренно очернит величие учения Чань и погубит доброе имя Даосизма.
Кун Сюань медленно кивнул и, позволив слабой улыбке коснуться губ, произнес:
— Раз так, сегодня я уважу вас обоих и не стану более с ним считаться.
Внезапно раздался приглушенный стон — один из старейшин учения Чань внизу, не в силах сдержать негодования, склонил голову и сплюнул кровь.
Кун Сюань обвел их взглядом, и бессмертные последователи учения Чань замерли, словно перед лицом великого врага.
Лицо одного старика покраснело от гнева, он уже собирался выступить вперед с гневной отповедью, но несколько сильных рук тут же схватили его и прижали к месту!
Ли Чангэн с улыбкой сказал:
— Собрат по Дао, внизу находятся последователи нашего общего учения, позволь мне обменяться с ними парой слов.
Кун Сюань ответил:
— Поступай, как знаешь, собрат по Дао.
Ли Чангэн сложил руки перед бессмертными секты Даовэй и звучно произнес:
— Сегодняшние события произошли на ваших глазах. Заместитель главы Раньдэн первым напал на собрата по Дао Кун Сюаня, но встретил отпор и был спасен благодаря Чжао Гунмину из учения Цзе. Я, Водный бог Небесного двора, желаю сегодня выступить миротворцем между собратом Кун Сюанем и заместителем главы Раньдэном. Пусть на этом кармические узы между ними будут разорваны!
Закончив речь, Ли Чангэн обернулся, его улыбка исчезла. Удерживая башню Сюаньхуан над головой, он отвесил глубокий поклон в сторону гор Куньлунь и громко воззвал:
— Ученик почтительно просит святого владыку рассудить нас! Ранее у заместителя главы Раньдэна и ученика возникли разногласия из-за дел клана Драконов, что привело к вражде. Сегодня заместитель главы Раньдэн намеревался причинить вред ученику, и потому я пригласил двух друзей на помощь. Ученик строго следует наставлениям святого владыки и всегда помнит о долге последователя Даосизма, не имея ни малейшего намерения посягать на величие учения Чань! Если святой владыка решит покарать меня, то ученик беспрекословно примет любое наказание, ибо это не имеет отношения к двум моим друзьям.
С этими словами Ли Чангэн поклонился еще трижды.
Чжао Гунмин тоже подошел и с улыбкой отвесил поклон в сторону Куньлуня.
Кун Сюань, немного подумав, встал по другую сторону от Ли Чангэна, совершил даосское приветствие в сторону Куньлуня и спокойно представился:
— Кун Сюань из рода Фениксов, не имел намерения оскорбить величие святого.
Едва они закончили приветствие, как с северо-запада внезапно ударил луч пурпурного света!
Мощь Жемчужин, усмиряющих моря, мгновенно растворилась в этом сиянии. Свет, несший в себе непостижимую и чудесную рифму Дао, окутал Раньдэна, который всё еще был запечатан Пятицветным божественным светом…
Раньдэн тут же обрел свободу. Сплюнув кровь, он немедленно схватил свой Светильник из гроба, в его глазах застыл ужас и неуверенность.
Однако его уровень совершенствования всё еще оставался запечатан Пятицветным божественным светом, и он был совершенно неспособен продолжать бой.
Неужели это вмешался святой Юаньши?
Так легко разрушить силу Жемчужин, усмиряющих моря, и Пятицветного божественного света!
Это разительно отличалось от действий одного даоса, покинувшего общие ряды, которому пришлось строить коварные планы, чтобы одолеть Кун Сюаня!
В этот момент с запада прилетел белый журавль, на спине которого стоял старец с необычной внешностью.
В чем же заключалась его странность? Лоб старца выдавался вперед, будто он распух от удара камнем.
В остальном старец выглядел добросердечным. В руках он сжимал посох из персикового дерева; от него не исходило явной рифмы Дао, но вокруг разливалась атмосфера такого спокойствия, что сердце само собой наполнялось умиротворением.
Бессмертный Старец Южного Полюса!
Скрытый великий мастер учения Чань!
Разве могло быть слабым существо, которое совершенствовалось вместе со святым Юаньши Тяньцзунем в обители Трех Чистых?
Старец, прищурившись, улыбался. Почти в мгновение ока он оказался рядом и обменялся приветствиями с Ли Чангэном, Чжао Гунмином и Кун Сюанем.
Бессмертный Старец Южного Полюса мягко произнес:
— Я прибыл по приказу учителя, чтобы забрать заместителя главы Раньдэна обратно в Дворец Юйсу. Водный бог Чангэн, всё остальное здесь ты волен уладить сам.
Ли Чангэн снова поклонился в сторону гор Куньлунь:
— Ученик благодарен святому владыке за проявленное понимание.
Бессмертный Старец Южного Полюса снова улыбнулся:
— Шиди1 Чангэн, учитель в последние годы часто хвалит тебя. В учении Жэнь и так немного последователей, и то, что ты делишь заботы с Да-шибо2, помогая Небесному двору и защищая порядок Небесного Дао — дело благое. Ты истинный талант, способный стать опорой Даосизма. Чангэн, если будет свободное время, заходи почаще в Дворец Юйсу.
Ли Чангэн тут же просиял, снова совершил даосское приветствие и воскликнул:
— Благодарю за наставление, шисюн Сяньвэн! Как только выкрою время, обязательно посещу Куньлунь.
«Ну да, времени-то у меня никогда и нет».
— Хорошо, — Бессмертный Старец Южного Полюса с улыбкой кивнул, а затем перевел взгляд на стоявшего рядом в жалком виде Раньдэна.
Даже при всей мягкости нрава и широте познаний этого старца, его румяное лицо невольно дернулось несколько раз.
Как-никак, он был великим мастером древности, и вдруг такое…
- Шиди (师弟, shīdì) — младший брат по учению, обращение к младшему ученику своего наставника или союзного учения. ↩︎
- Да-шибо (大师伯, dàshībó) — старший дядя-наставник, обращение к старшему брату своего учителя (в данном случае к Лао-цзы). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
