Чжао Гунмин достал Жемчужину, Умиротворяющую Море, с силой надавил ею себе на глаза, и из них брызнули две маленькие струйки воды.
Даожэнь Добао усмехнулся, его глаза забегали — неизвестно, о чем он подумал.
Святая Матерь Цзиньлин с любопытством наклонилась и взглянула на драгоценную картину в руках Чжао Гунмина. На её прелестном лице отразилось странное выражение; глядя на нынешний облик Ли Чаншоу, она пробормотала:
— Шиди, неужели ты перед каждой встречей с Юньсяо-шицзе пересматриваешь эти свои великие творения?
Ли Чаншоу с улыбкой ответил:
— Это лишь для самообороны, но зачем мне обороняться от Юньсяо-сяньцзы?
Юньсяо, поджав губы, тихо рассмеялась, но ничего не сказала.
Даос Тай-и со смехом вздохнул:
— Неудивительно, что нынешние ученики врат Дао меркнут на твоем фоне. Шуйшэнь, ты способен на то, что не под силу обычным людям; ты — человек выдающийся.
Ли Чаншоу улыбнулся, но промолчал. Перехватив инициативу в разговоре, он медленно произнес:
— Отыскав Хоуту-няннян, я долго беседовал с ней. Как появились воплощения Ци-цин1 и почему они родились — полагаю, все шисюн и шицзе уже поняли, так что не буду вдаваться в подробности. Скажу лишь о том, как нам действовать. Согласно наставлениям Хоуту-няннян, для разрешения трудностей с воплощениями Ци-цин необходим процесс высвобождения и прорыва. Эти чувства невозможно подавить, их можно лишь направить. Этот процесс требует, чтобы все воплощения Ци-цин явились в мир одновременно, влияя друг на друга и сдерживая друг друга, пока не достигнут стабильного состояния, подобного чувствам обычного человека. После этого Великая Добродетель Хоуту вернется из этих воплощений, и спасение будет завершено.
Он сделал паузу, давая мастерам немного времени на раздумья.
Даожэнь Добао в задумчивости произнес:
— Нужно заставить все воплощения появиться одновременно и достичь их равновесия? Это будет непросто…
Ли Чаншоу кивнул и подвел итог:
— Всего этот процесс делится на четыре этапа. Первый шаг — вернуть Сяо Ай к Диску Шести Путей Реинкарнации. Второй — освободить воплощения Ци-цин Хоуту-няннян. Третий — отрегулировать силу воплощений, и четвертый — спасти саму Хоуту-няннян.
Святая Матерь Цзиньлин нахмурилась:
— А как же Сяо Ай?
Ли Чаншоу на мгновение замолчал.
— Разве не тебя называют первым стратегом среди учеников учения Жэнь? — на лице Святой Матери Цзиньлин отразилось сострадание. — Почему ты не можешь спасти её?
— Можно, но нельзя.
Ли Чаншоу передал голосом:
— Они изначально являются частями Хоуту-няннян, просто приобрели разные склонности характера и обрели независимое средоточие Дао. Ни ты, ни я не являемся ими и не знаем, какую боль причиняет такое разделение средоточия Дао. Разве истинная суть воплощений Ци-цин — это не сама Хоуту-няннян?
Святая Матерь Цзиньлин хотела что-то возразить, но промолчала. Её понимание Дао было глубоким, и сейчас на неё лишь временно повлияла печаль. Она понимала, что слова Ли Чаншоу — истина.
Ли Чаншоу взглянул на Юньсяо, тут же отвел глаза и продолжил:
— Сейчас нам нужно распределить обязанности для третьего этапа. Позже я составлю подробный план. Среди нынешних сил Ци-цин Сяо Ай самая сильная, Злоба — на втором месте, Вожделение — на третьем. За ними следуют Страх и Гнев, а в самом конце — Любовь и Радость. В конце концов, существа, идущие на смерть, редко испытывают радость или веселье, поэтому Хоуту-няннян оставила в себе не так много Любви и Радости… Злоба и Гнев обладают наибольшей агрессивностью, но нам нужно ослабить силу Злобы и увеличить силу Гнева, чтобы смягчить злые помыслы и позволить ярости быстро возрасти. Со Злобой уже сражался мой дашисюн, так что пусть он и дальше разбирается с ней. Что думаете об этом, шисюн и шицзе?
Дафаши с улыбкой кивнул, и остальные бессмертные также выразили согласие.
Ли Чаншоу добавил:
— Теперь возник вопрос: кто сможет за кратчайшее время быстрее всего привести воплощение Гнева в еще большую ярость?
Бессмертные задумались, и восемь пар глаз одновременно уставились на…
…красивого и элегантного даоса Тай-и в красных одеждах.
Уголки губ даоса Тай-и слегка дрогнули. Он достал зеркало, взглянул на себя и невозмутимо произнес:
— В наши дни даже искреннего бессмертного мужа могут так притеснять! Что ж, этот бедный даос пойдет разбираться с воплощением Гнева!
— Это действительно подходит, — Ли Чаншоу прищурился от улыбки. — В конце концов, общая сила воплощения Гнева не так уж велика.
Даос Тай-и со смехом выругался:
— Ах ты, Чангэн! Будет время — заходи ко мне на гору Цяньюань выпить!
— Непременно, — пообещал Ли Чаншоу и продолжил обсуждать кандидатов с бессмертными.
Вскоре список был утвержден.
Чжао Гунмин отвечал за воплощение Страха, а даос Юйдин вызвался справиться с воплощением Вожделения. Святая Матерь Цзиньлин взяла на себя воплощения Любви и Радости, задача с которыми была проще всего. Ли Чаншоу и Юньсяо-сяньцзы объединили усилия против самого заразительного воплощения — Печали. Гуанчэнцзы и даожэнь Добао стали «пожарной командой», готовой вовремя прийти на помощь в любом месте.
Ли Чаншоу наставлял:
— Это не просто битва техниками. Например, наша цель с воплощением Радости — сделать её ещё счастливее. Для воплощения Любви есть другие меры; здесь подразумевается не только любовь между мужчиной и женщиной в узком смысле, но и все виды любви в мире… Гуанчэнцзы-шисюн, здесь есть одно дело, в котором понадобится помощь сект учения Чань.
Ли Чаншоу достал нефритовую печать и передал её Гуанчэнцзы. Тот прочел её, кивнул и пообещал немедленно всё устроить. Приготовления были почти такими же, как и со стороны учения Цзе.
Юньсяо-сяньцзы тихо спросила:
— Как же нам сделать Сяо Ай хоть немного жизнерадостнее?
Дафаши рассмеялся:
— Чангэн, сходи и покажи Юньсяо-шимэй пример, заодно продемонстрируешь остальным, как это делается.
— Слушаюсь, шисюн.
Ли Чаншоу поднялся, отвесил поклон всем шисюн и шицзе, а затем на облаке направился к озеру.
— Эх… — Вздохи и бормотание Сяо Ай донеслись издалека. — Бедная я, меня ещё и в качестве примера выставляют… Печаль так велика, чем же её заполнить?
Ли Чаншоу спустился с облака и мягко произнес:
— Даою — не я, откуда тебе знать, что я не ведаю твоих страданий?
Сяо Ай бессильно ответила:
— А разве нужно это взаимное понимание? Неужели кто-то действительно хочет понять другого? Всё это лишь для того, чтобы получить ответ. Люди просто притворяются, будто понимают других. Неужели это не утомительно?
Ли Чаншоу: …
Не переспорить, никак не переспорить. В такой ситуации, какие бы доводы он ни приводил, на него обрушится ещё больше чужой логики. Что ж, тогда нужно просто сменить подход.
- Ци-цин (七情, qīqíng) — семь чувств или семь эмоций, которые в традиционной китайской философии и медицине включают радость, гнев, печаль, страх, любовь, ненависть и желание. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
