Ли Шицин сама не понимала, то ли ей страшно, то ли она слишком сильно нервничает. Все заранее подготовленные слова вырывались наружу, совершенно бессвязно, из глаз градом катились слёзы, и она рыдала навзрыд.
— Если твоя дочь действительно пострадала от несправедливости, то если вы сейчас вот так умрёте, разве это не заставит ликовать тех, кто её погубил? Те, кто смеялся над вами, не почувствуют вины из-за вашей смерти, они будут лишь рады!
Она дрожала всем телом и от сильного напряжения даже икала во время речи. — В интернете не только плохие люди, я знаю, что случилось с Ван Мэнмэн! Как только вернусь, я сразу опубликую пост, я расскажу всем о вашей беде, я призову пользователей сети найти свидетелей тех лет! По этому маршруту ездит столько людей, кто-нибудь обязательно что-то да знает о том, что произошло!
— Умоляю тебя, не сдавайся! Полиция тоже вам поможет, не совершайте самоубийство!
— Откуда ты знаешь?
Услышав её слова, Ван Синдэ опустил голову и посмотрел на девушку в своих объятиях. От шока он на мгновение замер.
— Я знаю, я всё знаю! Я знаю, что вы сегодня пришли повидаться с дочерью! Твоя дочь прямо здесь и смотрит на тебя!
Ли Шицин чувствовала себя совершенно беспомощной, она могла лишь громко рыдать и нести всякую околесицу.
— Это она велела мне остановить вас! Она не хочет, чтобы вы вот так пришли к ней! Она не хочет, чтобы ещё больше людей погибли так же непонятно, как она!
— Она здесь, дядя, она прямо здесь!
Почему именно она попала в цикл?
Почему именно в этот день она попала в цикл?
Неужели это и правда произошло потому, что душа Ван Мэнмэн на небесах всё видит?
Постепенно Хуаи Дашэнь, чьё лицо было накрыто курткой, стала сопротивляться всё слабее, пока её движения и вовсе не прекратились.
— Парень, отпускай!
Видя, что машина больше не заводится, инспектор Чжан тут же решительно отдал команду.
Сяогэ разжал руки, и скороварку тут же крепко подхватили наготове стоявшие внизу инспектор Чжан и инспектор Цзян.
Заполучив скороварку, инспектор Чжан, прижимая её к себе, со всех ног бросился бежать по пустынному мосту. Инспектор Цзян бежал следом, не сводя глаз со скороварки в его руках.
— Сорок четыре минуты!
Бросив взгляд на экран телефона, Сяо Хэюнь высунулся из окна и с покрасневшими глазами прокричал им в спину:
— Быстрее бросай!!!
— Хр-р-а!
Инспектор Чжан внезапно схватил ручки пластикового пакета и, описав правой рукой широкую дугу, с яростным криком швырнул скороварку с моста.
Бум — !
Скороварка испытала сильнейшее сотрясение и взорвалась в тот самый момент, когда только начала падать с моста!
Вслед за оглушительным, потрясающим небо и землю грохотом, волна раскалённого воздуха отшвырнула двух ближайших полицейских. Осколки взрывного устройства брызнули на опоры моста, словно град, с глухим металлическим перестуком.
Остальные люди в полицейских машинах заранее получили приказ держаться подальше. Как только скороварка была выпущена из рук, они тут же повалились на землю и инстинктивно закрыли уши. Но даже так, некоторые вскрикивали от боли, когда в них попадали разлетающиеся осколки.
Лежащий на земле инспектор Чжан смотрел в небо. Из его ушей медленно потекли две струйки крови, но на лице застыла довольная улыбка.
«Ставка сыграла…» — радостно подумал он, и напряжение в его сердце мгновенно отпустило.
Он позволил сознанию погрузиться в полную темноту.
— Лао Чжан!
— Быстрее открывайте двери!
— Быстро-быстро-быстро, звоните в ближайшую скорую, пусть врачи едут сюда!
Когда гул от взрыва затих, пассажиры в автобусе в оцепенении переглядывались.
— Она… почему она не шевелится…
Первым пришёл в себя помогавший Дайбао-дашу. Заметив, что прижатая им Хуаи Дашэнь не двигается, он в панике откинул куртку, закрывавшую её лицо.
— Неужели задохнулась?
Хуаи Дашэнь, которая до этого отчаянно сопротивлялась, лежала на полу без сознания, её лицо приобрело багрово-синюшный оттенок.
В той ситуации толпа навалилась на неё, лишь бы не дать сбежать: кто-то давил на одежду, кто-то на плечи. То ли из-за неразберихи, то ли ещё почему, но кто-то прижал куртку к её лицу, перекрыв дыхание, и она начала задыхаться.
— Это не мы, это ты нас просил помочь!
— Я вообще только её ноги прижимал!
Услышав, что человек мог умереть, толпа пассажиров тут же рассосалась.
— Остановите машину, откройте двери, вы окружены! — командовал полицейский снаружи.
Видя, что всё кончено, водитель Ван Синдэ медленно разжал руки на руле, его глаза застилали слёзы.
В его затуманенном взоре лицо всхлипывающей перед ним девушки странным образом слилось с лицом его дочери.
Он поднял палец, призрачно касаясь контура лица дочери, и позвал Ли Шицин по имени.
— Мэнмэн…
В ушах Ли Шицин стоял звон от взрыва. Она растерянно вытирала бегущие по лицу слёзы, совершенно не слыша, что говорит водитель.
— Мэнмэн, если винишь, вини де… — на губах водителя появилась горькая улыбка, он пробормотал: — Это де никчёмный, бестолковый. Твоя нян говорила, что если мы сделаем это, полиция расследует то старое дело и добьётся для тебя справедливости…
— Но раз уж ты не хочешь, чтобы мы так поступали, мы не будем. Де и нян пойдут и сдадутся.
Он нажал на кнопку открытия дверей.
С шипением выходящего воздуха передняя и задняя двери распахнулись одновременно.
Полицейские запрыгнули внутрь.
А он лишь продолжал смотреть на свою «дочь».
— …Ты не плачь, когда плачешь — некрасивая…
От автора:
Петель больше не будет. Когда водитель обрёл покой и отпустил всё, цикл завершился.
Тсс, никакой мистики. После основания КНР оборотням запрещено обретать разум, и никакая нечисть не может появиться в социалистическом обществе…
В этой истории осталось ещё несколько глав, в которых будут раскрыты некоторые детали, а также рассказано о жизни сяогэ и девушки после завершения инцидента.
Но эта книга ещё не закончена, впереди ещё одна часть!
Заранее поздравляю всех с праздником Середины осени. Не хочу заставлять вас тревожиться в праздник, завтра напишу побольше о чём-нибудь радостном!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
